Колдун. Земля которой нет - Кирилл Клеванский

– Ах ты ж! – в очередной раз отдернул я палец и задул на него с таким усердием, словно пытался наполнить парус в мертвый штиль.

Я потряс рукой и с ненавистью посмотрел на молоток, так неудачно слетевший со шляпки гвоздя. На доски вновь закапала кровь. Покачав головой, я изучил кровлю. За два дня я успел прибить почти все доски, при этом истратив сотни гвоздей и явно несколько литров крови, а также пару мотков нервов.

Казалось бы, чего проще – залез на стремянку, поднялся на крышу, подтянул доски и знай себе приколачивай их к поперечным балкам. Но нет, то гвоздь хромой подломится, то молоток по пальцам проедет, то доска криво ляжет, то Мии вдруг что-то от меня понадобится. В эти минуты, когда весь мир вдруг падал на мои хрупкие плечи, я осознавал, что постепенно познаю дзен. Во всяком случае я больше не матерился сквозь зубы и не пытался убить молоток путем раскалывания его об очередной брак.

– Тим! – раздался крик, и я, глубоко вздохнув, начал спускаться вниз.

Как бы то ни было, мне все равно предстояло поднять наверх ящик с черепицей, так что к вынужденному путешествию по лестнице я отнесся философски. На земле меня уже ждала дочь визиря.

– Как тебе? – спросила она.

Девушка закружилась, демонстрируя свое голубое платье. На нем были вышиты разные узоры, а по подолу и вовсе крепились какие-то перья и прочие атрибуты чего-то там мне неизвестного.

Мия засмеялась и вновь закружилась, а я переводил взгляд с ее платья на стройные ножки и обратно.

– Потрясающе, – честно ответил я.

Я хотел сказать что-то еще, дабы убедить Мию в том, что она великолепна в этом наряде, но тут налетел ветер, заставив трещать крышу и скрипеть ставни. Прикрыв глаза, я замер, слушая вести, принесенные из самых дальних уголков этого забытого богами мира.

Не знаю, сколько я так стоял, видимо, долго, потому как смуглянка не вытерпела.

– Что слышно? – спросила она, подходя ближе.

Я открыл глаза, увидел ее манящие алые губы, но стойко выдержал это испытание. Впереди еще черепица, а по окончании я подписался на общественные работы – на хуторе полным ходом шла подготовка к дню Огня.

– Ничего, – пожал я плечами, вытирая руки о замызганную тряпку. – Рыжий и компания все еще где-то скрываются, только не пойму где.

Лицо Мии вдруг помрачнело, но стоило мне в него вглядеться, как красавица тут же улыбнулась. На сердце стало как-то легче.

– Я же тебе говорила, – напомнила она, – твои друзья уехали сразу после обвала. Еще тебя хотели забрать, но мы не дали.

– Да, говорила, – согласился я. – Просто странно это все. Не может быть, чтобы Дирг оставил меня с незнакомыми людьми.

– Это я-то незнакомая? – возмутилась девушка, надувая ямочки на щеках, но по блеску в глазах я видел, что она просто шутит.

– С незнакомыми ему, – поправился я.

– Они очень торопились, и та ледышка его подгоняла, – в который раз напомнила Мия.

– Да, – протянул я, посмотрев на все же немного мрачное лицо девушки. Мне захотелось почесать макушку, но я вовремя удержал себя от этого. Совсем параноиком заделался, еще и компаньона заставляю волноваться. – А хочешь, фокус покажу?

Красавица рассмеялась. Слушая этот звонкий заразительный смех, я невольно улыбнулся, становясь похожим на школьника на первом свидании.

– Тим, я видела уже сотни твоих фокусов.

– Одним больше, одним меньше, – пожал я плечами, заговорщицки подмигивая.

Девушка посмотрела мне в глаза, затягивая в свои зеленые омуты, и кивнула, складывая руки в замок за спиной. Ветер поднял ее густые черные волосы, и я невольно прикрыл веки, вдыхая лавандовый аромат, вскруживший голову.

– Хорошо. Давай.

– Закрой глаза и отвернись.

– Ты серьезно?

– Мия, – протянул я.

– Ладно. – Девушка выполнила мою просьбу.

Я немного постоял, убедившись в том, что она не собирается нарушать слово, а потом позвал ветер. Налетел порыв, и я вновь побежал по дорогам, не видимым никому, кроме меня. Вокруг проплывали облака, слышен был смех духов бриза, ощущался яростный грохот жителей штормовых туч, доносился щебет дождливой мороси, а рядом обретался мой друг ураган.

Наконец я замер, как и замерло все вокруг. Еще недавно солнце находилось в двух часах после полудня, а теперь – почти в четырех. Пару мгновений назад вокруг была деревня, а я стоял под крышей своего дома, но теперь все это исчезло.

Теперь вокруг раскинулось лишь море, море из цветов. Некогда я уже бывал здесь. Я говорю «некогда», потому что хоть это и случилось чуть больше года назад, но мне казалось, будто прошли все десять лет. Да, это были Цветущие холмы, лежавшие за многие мили от Гальда и его окрестностей.

Я наклонился, вдыхая причудливый, ни с чем не сравнимый аромат. Вновь мне почудилось, что это место создано для сказочных эльфов, их песен и терпкого вина. Застывшая здесь весна, какой ее описывают в легендах и балладах, немного пьянила.

Сев на корточки, я провел рукой по ковру из цветов, заставляя их следовать за моей ладонью, как стадо послушных овец следует за умелым пастухом. В воздух взметнулся сонм лепестков, унесенных потоком ветра куда-то к небу. Пожалуй, если я и буду скучать по чему-то, то только по этому месту. Цветущие холмы навсегда останутся для меня сокровищем Ангадора.

Впрочем, я не мог позволить себе задерживаться здесь. Мия обладает многими положительными качествами, но терпение в этот перечень не входит. Вздохнув, я стал аккуратно рвать цветы. Флорист из меня еще тот, но какой-никакой букет собрать получилось. Я уже собирался вновь уходить вместе с порывом ветра, но что-то все же смущало меня.

Внимательно вглядываясь в цветочный ковер, я наконец увидел то, что искал. Там среди ярких бутонов притаилось маленькое черное пятнышко. Вновь присев на корточки, я лишь устало покачал головой. Это был гнилой цветок. Наверное, удивительного в этом мало, если бы не одно «но»: в Цветущих холмах никогда ничего не гниет.

– Константин, Константин, – покачал я головой, взмахом руки превращая гниль в прах. – Что ж ты делаешь, щегол неразумный.

– Пора, – дотянулся до меня далекий шепот, смешавшийся в шорохе зашедшихся в танце бутонов.

Вздохнув, я позволил порыву ветра унести меня домой.

Мия, надо отдать ей должное, так и не повернулась, и я просто не удержался от маленькой шалости. Наклонился к ней и осторожно дунул в ушко. Девушка вскрикнула и повернулась. Судя по гневным глазам, она хотела выказать свое недовольство, но тут увидела букет.

Веки ее распахнулись, и она протянула руки. Я с гордостью вручил Мии подарок, с улыбкой наблюдая за тем, как она зарывается в него лицом. Цветы, обрамляя красивое смуглое личико, словно тянулись лепестками к нежной бархатистой коже, так и не загрубевшей после двух сезонов жизни на хуторе.