Драконы мага песочных часов - Трейси Хикмэн

— Ты должен признать, если мы узнаем, каким образом дух смог заблокировать саму Темную Королеву, это станет очень важной информацией, — холодно бросила Ладонна. — Я просто задам Джесле несколько вопросов. Ты в меньшинстве, Пар-Салиан, Юстариус согласен со мной.

— Это вопрос о большей пользе, — кивнул Юстариус, засовывая несколько свитков за пояс, увешанный мешочками с компонентами.

Пар-Салиан покачал головой — слова чародейки не убедили его.

— Ты сможешь присутствовать на допросе, — уступила Ладонна с явным неудовольствием, — а потом сам увидишь, как я отпущу Джеслу.

— Теперь ты удовлетворен? Этот глупый спор лишь отнимает наше время, — сказал Юстариус.

— Прекрасно, пусть будет так, — согласился наконец Пар-Салиан. — Итак, Ладонна первой применит заклинание, удалит дух Джеслы и спрячет его в безопасном месте. А Юстариус своим заклятием изменит природу Камня Основания…

— …ради Добра, которое затем воспоследует, — пробормотала, заканчивая предложение, Ладонна.

— Мы уже сто раз все обговорили! — ощетинился Юстариус.

— И еще сто раз повторим, если потребуется, — ехидно сказала Ладонна. — Слишком важное дело мы затеяли.

— Она права, — подтвердил Пар-Салиан. — Некоторые из нас, кто сегодня отправится в Нераку, могут не вернуться живыми. Мы должны быть максимально сплоченными. Повторите свои выводы.

— Опять? — взвился Юстариус.

— Опять, — кивнул Пар-Салиан.

Юстариус тяжело вздохнул:

— Камень Основания был создан из белого мрамора, благословлен и освящен Богами. Такхизис сотворила собственное магическое «благословение» в попытке извратить артефакт. Но Пар-Салиан и я согласны, внутри камня все еще сохраняется чистота, которая и позволяет духу Джеслы оставаться в его сердце. Если извращение будет удалено, камень вернется в свое первоначальное состояние, а мощнейшие охранные заклятия Пар-Салиана не позволят Такхизис снова вмешаться в его структуру.

— А поскольку над камнем выстроен Храм Такхизис, после преобразования Камня Основания Храм рухнет, навсегда запечатав Темную Королеву в Бездне, — добавил Пар-Салиан.

Ладонна сидела молча. Теперь, когда, закончив, замолчали и оба архимага, тишина стала напряженной и давящей. Каждый из них понимал, насколько поверхностен их план, насколько он шит белыми нитками в попытке заглушить главную мысль, сидящую в сознании каждого из них. Наконец Ладонна высказала то, о чем думали они все:

— Я просила благословения Нуитари. Но Бог черной луны не внял моим просьбам. Я не верю, что оскорбила его, но все же…

— Ты не одинока, Ладонна, я обращался к Солинари — и с тем же результатом, — произнес Пар-Салиан. — А ты, друг мой?

Юстариус покачал головой:

— Лунитари не говорила со мной. Это тем более странно, потому как Богиня любит болтать о любых пустяках. Наш план — самое опасное свершение трех магов с тех пор, как Трое Святых закончили Вторую Драконью Войну. А моя Богиня молчит! Здесь что-то не так.

— Возможно, нам лучше отказаться… — начал Пар-Салиан.

— Не будь таким трусом! — презрительно сказала Ладонна.

— Я просто практичен. Если Боги не дают нам…

— Тихо! — резко выкрикнул Юстариус, вскидывая руку. В наступившей тишине они услышали громкие вопли, проникающие даже через тяжелую дверь. — Что это за шум?

— Перепили эльфийского вина, — буркнул Пар-Салиан.

— Это не веселье, — встревоженно сказала Ладонна. — Больше походит на мятеж.

Крики становились все громче, скоро маги услышали топот ног множества людей, бегущих по коридору. В дверь забарабанили кулаки, створка задрожала от ударов. Маги в коридоре выкрикивали имена своих лидеров: одни звали Пар-Салиана, другие Юстариуса, третьи Ладонну.

Рассерженный таким непочтительным поведением, Пар-Салиан вскочил на ноги, бросился к двери и откинул засов. Он пораженно замер — коридоры были темны. Магические огни, освещавшие все переходы Башни, погасли. Заметив в стоящей толпе магов со свечками и фонарями, архимаг исполнился очень нехороших предчувствий.

— Что все это значит? — грозно рыкнул он, гневно окидывая взглядом толпу магов. — А ну, прекратите шум!

Маги притихли, но лишь на несколько мгновений.

— Скажите ему…

— Да, скажите! — поддержал другой голос.

— Сказать мне — что?

Несколько голосов хором начали говорить, но Пар-Салиан жестом остановил их, выискивая в толпе наиболее подходящего докладчика.

— Антимодес! — обрадовался Пар-Салиан, увидев друга. — Объясни мне все!

Толпа расступилась, позволяя Антимодесу протолкнуться ближе. Он был старым магом, всеми уважаемым и широко известным. Происходя из богатой семьи, Антимодес и сам имел изрядные сбережения. Он был страстным поборником идеи продвижения магии в мире, и множество молодых чародеев получали от него неплохое содержание. Как купец, Антимодес всегда был холодным и бесстрастным, поэтому, видя сейчас его бледное лицо, Пар-Салиан ощутил, как сердце словно сжала ледяная рука.

— Друг мой, ты выглядывал наружу? — спросил Антимодес. Он говорил вполголоса, но толпа напряженно ловила каждое слово, немедленно повторяя его.

— Наружу! Наружу! Смотрите туда!

— Тихо! — вновь прикрикнул Пар-Салиан, с трудом успокаивая толпу. Многие продолжали ворчать и шептаться между собой.

— Выгляни наружу сам, а кроме того, засвидетельствуй вот это, — серьезно продолжал Антимодес. — Он поднял руку и, указав пальцем на стену, произнес заклинание:

— Сула вигис долбикс!

— Ты сошел с ума? — завопил Пар-Салиан, со страхом ожидая увидеть пламенную реку огня, взметнувшуюся из рук друга. Но ничего не случилось. Слова заклинания унеслись порывом ветра, как опавшие листья.

Антимодес вздохнул:

— В последний раз я не смог сотворить заклинание в шестнадцать лет, друг мой, поскольку думал о девчонках больше, чем о магии.

— Пар-Салиан! — позвала Ладонна сдавленным голосом. — Тебе надо это увидеть!

Она высунулась в окно и, выгнув спину, опасно свесившись над пропастью, смотрела в небо.

— Ночь безоблачна. Звезды сияют. Но…

Ладонна повернула к Пар-Салиану помертвевшее лицо.

— Луны пропали!

— Так же как и Вайретский Лес, — мрачно прибавил Юстариус, вглядываясь вдаль из-за плеча Ладонны.

— Мы утеряли магию! — завопила какая-то женщина из коридора. От ее крика толпа загудела еще громче.

— Вы что, овражные гномы, чтобы так себя вести?! — взорвался Пар-Салиан. — Отправляйтесь в свои кельи. Надо сохранять спокойствие, разобраться в происходящем. Наставники, я хочу, чтобы коридоры опустели!