Веслом по фьорду! - Андрей Белянин

В тот миг, когда многое повидавший за свои тридцать лет сын Торна Кузнеца, переживающий фазу раздвоения личности, и человек-легенда, дорогостоящий шпион-телохранитель со шрамом на лице, в которое могла бы влюбиться каждая домашняя принцесса, дружно орали «ложись!», оглушая и заплёвывая ничего ещё не знающего о предстоящем открытии И-Титя, — огурцы столкнулись с проблемой выбора.

Вторая важная особенность представителей этого удивительного вида космических овощей состоит в том, что в соке любого из них, горький он или нет, заложен сильнейший ген коллективизма. Именно по этой причине впоследствии на упаковке семян или ящике с рассадой стали писать предупреждение: «Перед стрельбой плоды пробовать на вкус».

Итак, что же случилось?

Масса надвигающегося летательного модуля превысила массу гигантского помидора — Готлиба, а из шести выпущенных огурцов оказалось три реверсирующих. Окажись их не поровну, позыв большинства мог подавить устремления меньшинства, но в этой ситуации выбор цели стал смертельной угрозой для самих снарядов.

На перепутье прогремел взрыв!

* * *

Шакарра сорвался с потолка и рухнул на голову пролетающей мимо Епона-матери. Ударная волна сбила модуль с курса и отбросила назад вместе с пилотом и пассажиром — туда, откуда он, собственно, и взялся.

Часть коридора в радиусе пяти метров от места взрыва покрылась чёрной копотью, едкий дым пополз во все стороны, а обшивка стен загорелась.

— Плам, хватай и выноси ящера! — распорядился чёрный прыщ, поднимаясь с «салата из осьминогов». — Горим, чёрт побери!

Викинг с чувством полного отвращения взвалил вялого многощупальца на спину и побежал к выходу в пещеру. Сейчас трудно объяснить, почему И-Тить не сопротивлялся — то ли подействовало снотворное с иглы, то ли взрыв, то ли слишком громкое «ложись!», то ли Пламен сверху, а возможно, по очереди повлияло всё.

Стилету пришлось совсем тяжко. Из клубов дыма лейтенант появился с Епона-матерью на одном плече и Чакой Шакаррой на другом. Хорошо ещё, зулус пытался идти самостоятельно.

Человек-помидор, застрявший прямо в дверном проеме, вызвал у черного прыща и его верного помощника бурю эмоций. Оставив дорогой груз на полу, напарники посвятили долгую, смертельно опасную минуту борьбе с тромбом. В узком коридоре пещеры со стенами, по которым стекали ручейки подземных вод, его приходилось постоянно катить перед собой. Когда свободного пространства открылось больше, краснобокую помеху оставили в покое.

И тогда помидор сам покатился вслед за ними.

— Мы потеряли рассудок, правда? — прохрипел в ухо Стилету сильно хромающий зулус, — Ведь если это рассказывать… особенно про него, — кивок в сторону француза, — меня примут за полного идиота. Ни одна легенда не стерпит таких нелепых приключений.

Раздвоенный язык Епона-матери вывалился из пасти. Она была почти в полном беспамятстве и, как ни странно, весила куда меньше, чем могло бы казаться, учитывая её динозавристое тело…

— Мы должны вернуться, — сказал вдруг лейтенант, — Когда я сопровождал людей на поверхность, среди них были и островитяне. Они пытались что-то объяснить. Сейчас я понял, что…

— Есть ещё одно хранилище с золотом? — попытался угадать Пламен.

Стилет покачал головой:

— Нет… А вы что-то нашли?

— Нашли, но сразу потеряли.

— Когда мы только входили в голубое подземелье, если помнишь, та, что у меня на плече, раздавала поручения. Помнишь её слова?

— Так, в общих чертах. Из нас собирались сделать ультра… какую-то бумагу.

— Да, а потом сказала про блок низких температур, в который твой должен был отвести десять человек. Вероятно, в этом месте хранят ещё нескольких туземцев.

— Вы действительно хотите вернуться? — недоверчиво вытаращился зулус. — Там всё в огне. Рвануло так, что мама Африка не горюй!

— Если мы не попытаемся, племя может расценить это как нарушение сделки. Помните двух несчастных, в которых я случайно попал, бросая камни?

Плам и Чака кивнули.

— Их казнили. Я видел. Безопасность барона дель Сико не гарантирована.

— А что делать с этими дарами из космоса? — буркнул викинг, намекая на маму с сыном.

Чёрный прыщ посмотрел на окружающий его социум и распорядился:

— Мсье Помидор, Готлиб, вплоть до вашего обследования специалистами поручаю вам оставаться здесь и присматривать за осьминогами. Если попытаются бежать, разрешаю сесть на них и не менять положения, пока не поспеет помощь. Разговаривать или хотя бы кричать можете?

Помидор отрицательно повертел туловищем.

— Тогда выполняйте приказ молча. Чака, ты ранен, но должен выбраться на поверхность. Люди с «Бёдер Беатриче» ждут нас. Скажешь им, что опасность миновала и я приказываю им спуститься сюда. Надо вынести пленных и забрать трофеи. Если в блоке низких температур кто-то есть и они не в состоянии передвигаться, нам понадобится помощь.

— Слушаюсь! — подтвердил зулус.

— А осьминогов свяжите, — подсказал Стилет, — порвите здесь что-нибудь на лоскуты, и чтобы ни одно щупальце не вывалилось.

— А что говорить про это? — Негр кивнул на сияющий краснотой гигантский помидор.

— Скажи, что он с нами. Пусть не едят. Бежим, Плам!