Страж Вьюги и я - Лана Ежова

Лорд-хранитель зверствовал: отдав приказ проверить артефакты защиты на стенах днем, он повторил его и ночной смене. Я бегала по своему северо-западному участку, не приседая, почти до утра. И как же я была счастлива!.. Провести диагностику, подправить плетение, заменить накопитель – привычные и отработанные действия. Быть при деле, стоять на страже покоя людей – лучше и не пожелаешь.

И все же утро я встретила с радостью.

Эйдена сменили раньше, и он пришел за мной на северо-западный участок стены.

– Как ты смотришь на то, чтобы позавтракать у Хельги?

Муж благосклонно кивнул:

– Положительно. Я и сам хотел предложить, чтобы мы не готовили, а сразу легли спать.

На душе потеплело: он собирался помочь мне с завтраком. Чудо, а не муж. Главное, чтобы теперь дожил до храма Тьмы. Гадкая мысль пристала надолго – я не могла избавиться от нее, пока не пришли в трактир.

В «Снежную ведьму», несмотря на ранний час, явились не только мы. Сменившиеся стражи, гости города, старатели – все без исключения выглядели нервными и встревоженными.

– Что случилось? – спросила я у подошедшей Вилмы, старшей дочери помощника Хельги.

– Госпожа Изольда, здесь такое было! – Взволнованная девушка хотела прижать руки к груди и чуть не упустила поднос с посудой и хлебом. – Ой, секунду.

Расставив тарелки, она посмотрела на нас горящими глазами и выдала как на духу:

– Госпожа Хельга ударила постояльца!

Кажется, я раскрыла рот от изумления. Моя практичная подруга могла колючим словом прогнать хама, выставить из трактира дебошира, но кого-то ударить?

– Так что произошло? Причина должна быть весомой.

– Постоялец спустился, заказал похлебку и пироги, но не стал есть, – Вилма говорила громко, не кроясь. – Вместо этого он напал с ножом на своего соседа!

Представляете?!

– Поругались?

– Нет. Я была в зале, все видела. Он просто набросился на мужчину, приговаривая что-то про пустошь.

– «Белая пустошь зовет»? – предположил Эйден.

Вилма удивилась.

– Да, откуда вы знаете, господин Фрост?

Мы переглянулись с мужем, но ничего не стали объяснять подавальщице, самим бы разобраться. О Добрике, твердившем эти слова, мы не разговаривали.

– И как же Хельга его побила? – напомнила я о причине разговора.

– О, госпожа его ударила заклинанием онемения, а потом ткнув сапогом, связала на полу полотенцами. Страже осталось только забрать его.

– Спасибо, Вилма, что вместо меня рассказываешь вкусные сплетни.

Глянув поверх моей головы, девушка густо покраснела и скороговоркой сообщила, что сейчас принесет нам завтрак. Причина бегства выяснилась быстро: к нам подошла Хельга.

– Похоже, я уже не могу похвастаться своими подвигами? – с иронией поинтересовалась она. – Вот что за люди? Лишают единственного в жизни удовольствия.

– Ты можешь рассказать еще раз, – предложила я, смеясь.

– Когда я повторялась? – Хельга вскинула светлые брови. – В «Снежной ведьме» самые свежие истории.

– И сплетни, – добавила я.

– Кстати, о сплетнях, – ведьма нахмурилась. – Говорят, это не первый случай, когда мужики в бреду бросаются на окружающих, поминая пустошь?

Добрик не бросался, только бредил, а вот Кастанос, можно сказать, кидался на меня. Завтракая, я поведала, что слышала и видела сама. К моменту, когда нам принесли чай, в трактире собралось людей больше обычного для утра. Это отметил и Эйден.

На его замечание Хельга пожала плечами.

– Буран. Люди интуитивно чувствуют его приближение и не решаются идти в лес или на рудники.

– Вы совсем не боитесь? – Кромешник пытливо вгляделся в лицо моей подруги.

– Снега и ветра? Под крышей дома – нет. Подумаешь, сожжем дров больше обычного.

– О нападении нечисти слышали?

– Летуны пытались прорваться в город? Так это случается регулярно.

– Не трижды за одну ночь, – возразил Эйден. – К стенам других градов подходили горбачи, стая летунов существенно потрепала стражу Снежного.

– Вы хотите сказать, что вместе со снегом придет нечисть? – За легкомысленностью Хельги ощущалась тревога. – Я слышала разговоры стражей, но посчитала, что подавальщиц запугивают, чтобы произвести впечатление.

Мой муж не ответил, и Хельга напряженно поинтересовалась:

– Чем могу помочь я и мой трактир?

– Вам вчера приносили ки?

Точно. Эйден продуманный – если будет сражение, нам всем не помешает восполнить резерв с помощью ягод.

– Чуть-чуть. Зато много тепличных ягод, – заметив мою гримасу отвращения, Хельга добавила: – Из них можно сделать отвар, приправив медом.

Выращенная людьми чудо-ягода почему-то всегда получалась кислой, хоть и не теряла своих свойств. И решение подруги делать сладкий напиток порадовало – оскомина после ки из теплицы не проходила часами.

– Хорошо, займитесь приготовлением. Если лорд-хранитель не оплатит вам работу, это сделаю я.

Щедрое предложение. Я с удивлением посмотрела на Эйдена. Неужели верит, что Свер может отказаться? Ведь идея с ки стоящая!

Хельга снисходительно фыркнула:

– Чтобы я брала деньги за спасение близких? Лучше берегите мою девочку, – она посмотрела на меня с тревогой. – Все-таки она девушка, хоть и маг-защитник.

– Хельга!

Подруга, ведущая себя, как чересчур заботливая мамочка, не обратила внимание на мой оклик, смотрела только на кромешника. И тот не разочаровал ее, дал слово, что проследит, чтобы я не высовывалась.

– И да, если нечисть подойдет к стенам Вьюги, вам лучше остаться здесь, – заявила Хельга уверенно. – Буран начнется сегодня.

– Когда? – Фрост подобрался.

– Простите, время сказать не могу, но до ночи точно.

Мы вняли предупреждению и отдыхать отправились в дом моих предков. Я волновалась, все-таки впервые веду мужчину к себе, пускай он и законный супруг, почему-то было неловко.

* * *

Лорд-хранитель поднялся на северную стену, где находились центральные ворота. С боевого хода отлично просматривались шапки бело-серых гор в массиве темно-зеленого леса.

Погода ухудшилась. Небо затянули пепельные тучи. На душе у Свера ещё мрачнее: беспокоили происходящие в городе странности и отсутствие вестей от племянника.

Йохана он любил, как сына, и несчастье с Мартой удручало. Ее отравительницу не поймали – не оповещенная о случившемся вчера стража выпустила преступницу из города. Она уехал на ньйоре в одиночестве – это не возбранялось, хоть и вызвало недоумение у воинов. Девушка без сопровождения могла и не добраться в соседнюю крепость. Лучше бы так и было…