Мохито для изгнанника Тьмы - Ольга Иванова

— Яблоки вообще фрукт Светлых. — Он все же взял одно и подбросил на ладони. — И я их никогда не ел… — И с этими словами вонзил в него зубы.

— Но там же… Свет, — растерянно произнесла я.

— Да какая уже разница? — Реллингтон продолжал задумчиво есть яблоко.

— Я принесла тебе полотенце, вытрись хотя бы им. — И накинула ему на голову. — Простынешь же…

Он на миг опешил от моего поступка и, кажется, даже смутился, потому что торопливо проговорил:

— Темные не простужаются. — Стянул полотенце и отдал его мне. — Кстати, Светлые тоже.

Да уж, лорд Реллингтон, не привыкли вы, чтобы о вас заботились. Все на жалость пеняете.

— Вкусное хоть яблоко? — спросила его с усмешкой.

Он пожал плечами.

— Съедобное. Но от второго воздержусь.

— У меня есть мясо, готовила себе на ужин, но так и не съела, хочешь? Да, еще мохито. — Мне нравилось наблюдать за смущением, которое Реллингтон пытался скрыть за своей излюбленной холодностью.

— Я не голоден. Но давай, — ответил он, будто сделал одолжение, но в глазах при этом вспыхнул интерес. — Мохито…

— Его можно не бояться пить. — Я поставила на стол кувшин и два стакана, разлила коктейль. — Ром и содовая из бара, остальное, понятное дело, тоже из магазина. Моей воды тут нет.

Реллингтон взял стакан и сделал несколько жадных глотков.

— Ты точно чувствуешь себя хорошо? — спросила я с беспокойством. — Все-таки уже прошло почти полчаса, как ты здесь.

— Действительно, — он посмотрел на часы и недовольно сдвинул брови, — уже прошло столько времени, а Джо все нет! Где он запропастился?

Так, значит, игнорируем мой вопрос. И это наводит на подозрения. Как бы не оказалось, что приступы вернулись.

— Милорд, — произнесла я уже более строго, — наверное, вам стоит покинуть этот дом. Я дам вам зонт.

Реллингтон заметно вздрогнул и посмотрел на меня в замешательстве, потом сузил глаза.

— Ты выгоняешь меня?

Ответить я не успела, за окном моргнула фарами подъезжающая машина.

— А вот и Джо, — сказала я и двинулась к дверям.

Но Реллингтон схватил меня за руку, останавливая:

— Ты отказываешься ехать со мной?

— Обсудим это позже, — ответила его же словами. — А теперь идем.

Потом взяла кувшин с остатками коктейля, закрыла горлышко крышкой и вручила ему.

— Это можно забрать с собой. И это. — Уже в прихожей я дала ему один зонт, второй достала себе.

Погасила в доме свет, дверь закрыла на ключ, на всякий случай. Реллингтон все это время настороженно молчал и следил за моими действиями.

— Ты все-таки решила ехать? — спросил он, когда я захлопнула за собой дверцу автомобиля.

— Я уже еду, разве не видно? — Я разгладила складки на платье, которое уже тоже успело намокнуть за те минуты, пока шла от дома до ворот. И решила его поддразнить: — Хотя на самом деле меня несколько покоробила ваша уверенность, что я непременно последую за вами. А если бы я отказалась, милорд?

— Я рад, что вы не отказались, миледи, — отозвался он совсем тихо и бросил взгляд на Джо: не подслушивает ли?

— Тебе лучше? — спросила я уже другим тоном, нашла его руку и накрыла своей ладонью.

Реллингтон улыбнулся одним краешком губ, будто только что разгадал мою уловку, и кивнул.

— А как прошли последние дни? — осторожно поинтересовалась я дальше. — Лекарство помогало? Или все по-прежнему?

— Мне было уже не так плохо, — помедлив, отозвался он. — Уже терпимо. Иногда даже совсем отпускало. Наверное, привыкаю… к тому, что внутри меня. — В его голосе не было больше злости, скорее печаль и некая обреченность. И «свет» он намеренно не произнес.

На этот раз слуги в доме Реллингтона встретили меня еще более настороженно. Кроме Джо конечно же. А Берта и вовсе почернела, особенно когда Реллингтон сообщил:

— Миледи отныне будет жить в моей комнате. Клара, ты остаешься ей прислуживать.

— Постой, но у меня же была другая комната, — сказала я, когда слуги разошлись. — И, наверное, будет неприлично…

— Неприлично, если моя жена будет спать со мной в одной комнате? — Его бровь удивленно изогнулась.

— А как же развод? — напомнила я.

— Не было никакого развода. Я не подписал те бумаги.

— Очень интересно, — протянула я. — Значит, ты тоже нарушил наш договор?

— Я просто решил отложить это на время. — Он быстро спрятал ухмылку.

— Зачем же откладывать? — Я передернула плечами. — Можешь сделать это прямо сейчас. Я не стремлюсь быть леди Реллингтон, мне хорошо и без этого титула, и без статуса твоей жены. Я привыкла быть свободной женщиной. В нашем мире это нормально. И вообще… — Но мне не дали договорить, заткнув рот поцелуем.

Мне захотелось прильнуть ближе к Реллингтону, но я наткнулась на препятствие: нечто объемное и твердое уткнулось мне в грудь. Я нащупала это рукой и отпрянула в удивлении.

— Что это?

Оказалось, мой кувшин с мохито.

— Ты сама мне его дала, — невозмутимо ответил Реллингтон.

Я расхохоталась.

— И ты до сих пор носишь его?

— Не отдавать же слугам. — Он тоже усмехнулся и, взяв меня за руку, потянул за собой. В свою спальню.

Там Реллингтон сразу стал избавляться от одежды, которая все еще была мокрой.

— Темные и Светлые правда не простужаются? — спросила я, прохаживаясь в это время по комнате. Я была здесь всего пару раз, но едва успела что-то разглядеть.

— Правда. — Я не смотрела на него, только слышала за спиной шелест сбрасываемой одежды. — Мы вообще редко болеем.

— Но ведь обращаетесь же иногда к врачу или в аптеку. Вон у мастера целых два Темных клиента — ты и Паттисон.

— У меня особый случай. А проблемы Паттисона меня не волнуют.

— Там что-то с его бабушкой…

— Да плевать. — Меня обняли сзади, и кожу на шее обожгло поцелуем.

Я прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновением его губ, которые теперь осыпали поцелуями плечи и ключицы.

— Марк… — Я впервые назвала его по имени, даже самой волнительно было произносить, а реакции страшилась еще больше.

Его губы на миг замерли, а затем раздался хриплый шепот:

— Да?

— А если бы я на самом деле все забыла?

— Я бы все равно заставил тебя вспомнить…

Молния на платье поехала вниз, и вскоре оно лежало на полу у моих ног. Реллингтон подхватил меня на руки и перенес на кровать.