Черный полдень - Скотт Вестерфельд

Конечно, никому и в голову не могло прийти, насколькоужасающее представление намечается на самом деле.

Сегодня Рекс и Мелисса должны были ограбить последний изгородских киосков с фейерверками, в то время как остальные трое — вытащитьракеты из магазина «Скобяные изделия и ключи». У них была надежда, что послеэтого Рекс даст им наконец отдохнуть несколько ночей. До Хэллоуина оставалосьшесть дней.

Джессика сердито посмотрела на большой бумажный скелет,приклеенный скотчем к стеклянной двери; скелет слегка покачивался, покаДжонатан подбирал ключ. Вся школа сейчас тоже была украшена к празднику, итыквенные физиономии таращились на Джессику со стен столовой. Каждый раз, когдаДжессика видела очередную бумажную ведьму или черную кошку на дверях класснойкомнаты, она вспоминала о надвигающейся катастрофе.

— Наконец-то! — воскликнула Десс, когда замокщелкнул.

— Дамы, прошу! — сказал Джонатан, с поклономраспахивая дверь.

— Ладно, давайте поспешим, — проворчала Джессика,углубляясь в проход между стеллажей с инструментами, всякими приспособлениями ибанками с краской. — Констанца думает, что я в ванной.

Джонатан фыркнул.

— Да уж, если ты исчезнешь из ванной, она точносвихнется!

— Очень смешно! — устало бросила Джессика, глядя,как Джонатан начинает складывать нужные им предметы в большой пластиковыйпакет.

Утром в понедельник, через два дня, Констанца улетала вЛос-Анджелес. Официально считалось, что всего на неделю. Но она по крайней мерераз в день напоминала Джессике, что, скорее всего, никогда уже не вернется вБиксби.

И сегодня Констанца последний раз позвала Джессику в гости сночевкой, чтобы попрощаться.

Джессика поплотнее закуталась в куртку, гадая, сколькихзнакомых она потеряет на следующей неделе.

— Эй, посмотри-ка на это, — сказала Десс.

Джессика обернулась.

— Пустая банка из-под краски?

— Это прежде она была скромной и незаметнойбанкой. — Десс взмахнула находкой, держа ее за проволочную ручку. — Ав новом перерождении она станет важным взрывным устройством!

Джессика покачала головой. Кое-что из того, что запланировалРекс, было почти безумием. Но пути назад все равно не было.

Она достала из кармана составленный Десс список и пошлавдоль залитых синим светом полок, ища гвозди, проволоку и металлическиеинструменты. Всей этой стали хватит на сотни единиц оружия.

Знать бы еще, хватит ли этого, чтобы всех спасти…

Полчаса спустя Джонатан хлопнул ее по спине.

— Идем! — Он предложил ей руку. — Нам надопоспешить, если ты хочешь вернуться вовремя.

— А мне послышалось, ты говорил, что очень забавно,если я исчезну из ванной.

— Ну, извини. — Он осторожно коснулся ее руки, иполуночная невесомость на мгновение наполнила ее тело. — Тебе надо бытьтам. А здесь мы с Десс и сами теперь справимся.

— Рада была помочь. — Она передернулаплечами. — Ночные посиделки не слишком-то веселая штука, если хозяйкапревратилась в «манекен». — Джессика посмотрела в глаза Джонатану. —К тому же терпеть не могу, когда в тайный час не удается полетать.

Он протянул ей руку, улыбаясь.

— Так полетели!

— Уговорил. — Она приняла его руку, чувствуя, какукрепляется связь между ними, как ее тело становится легким, словновоздух. — Увидимся утром, Десс!

Десс, складывавшая украденные товары у двери, подняла глаза.

— Конечно, Джесси. Эй, Летун! Если ты не вернешьсявовремя, я оставлю все это в твоей машине с огромной запиской для шерифа!

— Не беспокойся, я вернусь.

Они полетели к дому Констанцы, перепрыгнув пустую лентускоростного шоссе и скопление больших зданий у кольцевой дороги. Джонатанзапрыгнул с Джессикой на крышу, как раз рядом с открытым окном ванной комнатына втором этаже.

Джессика посмотрела на часы; у Джонатана оставалась еще уймавремени, чтобы вернуться к магазину до окончания полуночи.

— Спасибо, что подвез.

— Послушай, я знаю, что тебе необходимо побыть сКонстанцей этой ночью. — Он немного помолчал. — Похоже, она твояединственная подруга из нормальных людей, ну и все такое…

Джессика внимательно посмотрела на него, пытаясь понять, неязвит ли он.

— Я серьезно говорю, Джесси. — Джонатан явночувствовал себя немного неловко. — И мне очень жаль, что я с ней неподружился.

— Спасибо. — Джессика вздохнула. — Но ведьона не вернется сюда после того, что произойдет, да?

— Думаю, да. Зато в Лос-Анджелесе она будет в безопасности.

— Конечно. — Джессика опять глубоковздохнула. — Просто я ненавижу прощания.

Перед тем как она переехала в Биксби, последние три месяца вЧикаго были сплошными прощаниями. А теперь, похоже, она снова должна всепотерять.

— Ну, я-то никуда не денусь, — сказалДжонатан. — Не забывай.

Очутившись внутри, Джессика снова переоделась в пижаму истала дожидаться конца полуночного часа. Когда синее время иссякло, дом,вздрогнув, вернулся к жизни, и она, спустив воду в унитазе, вышла в коридор.

— Так о чем мы говорили? — сказала Констанца, кактолько Джессика открыла дверь. — Эту кофточку можно и выбросить, верно?

Джессика посмотрела на черный пуловер с красными полосами наплечах.

— Да уж. Выглядит ужасно старомодно.

— Фи!

Констанца швырнула пуловер в кучу ненужных вещей, потомповернулась к трем открытым гигантским чемоданам, стоявшим на полу. Чемоданыбыли битком набиты платьями, юбками, блузками, брюками, свитерами и десяткамипар разнообразной обуви.

— А твои родители ничего не заподозрят? Ну, то есть тыведь собираешься вроде как всего на неделю?

Констанца фыркнула.

— Я всегда беру с собой столько на неделю. Ты просто неповеришь, сколько еще всего остается. Но думаю, этого хватит.

— То есть… мы уже все собрали? — с надеждой спросилаДжессика.

Они укладывали вещи целый день.

— На сегодня — все. — Констанца встала, оглядываяразгромленную комнату. — Спасибо, что так помогла мне, Джесси. Терпеть немогу укладываться! — Она жалобно заглянула в огромную гардеробную. —Все эти наряды так здесь и останутся… столько всего!

Джессика против воли улыбнулась. Всю неделю она вместе сполуночниками только и делала, что готовилась к битве, победить в которой небыло почти никакой надежды. И так приятно было заниматься простым и понятнымделом, пусть даже такой чепухой, как упаковка чемоданов Констанцы. Когда оттвоего выбора не зависят чужие жизни, все гораздо легче…