Джига со смертью - Дмитрий Дашко

— Три!

Я ахнул талисман об каменный пол, он ударился с сухим треском и мгновенно разлетелся на тысячи маленьких осколков. Никого не задело. Осколки нас пощадили и пролетели мимо.

Я постоял в ожидании. Ничего не случилось.

Не выдержав, мастер Фирг бросился на колени и стал разгребать руками глиняные черепки, рискуя порезаться или надышаться мелкой крошкой. Ловкие руки профессора мелькали как бабочки. Мы не сводили с них глаз.

— Ну, что там? — задыхаясь от волнения, спросил мастер Таг. — Не тяните, Фирг. Вы нашли?

Профессор с удвоенными усилиями раскидал обломки по сторонам, потом встал, отряхнул запачканные брюки и с опустошением произнес:

— Ничего, — он вздохнул. — Ничего… Обычные глиняные черепки.

— Этого и стоило ожидать, — буркнул Гром, закатывая рукава.

Похоже, он собирался набить кому-то морду. Надеюсь, не мне.

Мастер Таг застонал и схватился руками за голову.

— Ах, я дурак, какой же я дурак! — Из его груди вырвался стон, похожий на плач раненого зверя. — Все пропало, я погиб, мой род обесчещен. Что подумают порядочные гномы?

Он зашатался, на лице его выступили крупные капли пота. Гром схватил Тага за плечи, чтобы тот не свалился на пол без чувств. Я поискал глазами кувшин с водой. И тут Лиринна громко ойкнула. Мы как один обернулись на ее возглас.

— Смотрите, смотрите! — закричала она, судорожно хватая ртом воздух.

Смотреть было на что. Пока наше внимание отвлекала истерика мастера Тага, с частями разбитой статуэтки стало твориться что-то неладное. Пол засиял и стал переливаться разными цветами: красный, фиолетовый, синий, желтый… Цвета меняли друг друга, причудливо сочетаясь как в калейдоскопе, образуя сложные и завораживающие узоры, порой складывающиеся в знакомые образы. Я видел фигуры непонятных животных, бредущих по аллее, выложенной из звезд. Через мгновение ее сменили геометрически правильные каналы, только затем, чтобы раствориться в хаотическом нагромождении смутных образов и ярких бликов.

— Это магия? — с изумлением спросил мастер Таг.

— Волшебство Прародителей, — пояснил Фирг.

— Оно опасно?

— Нет, если мистер Гэбрил действительно тот, кто родился раньше.

Я впервые видел подобные вещи, хотя Алур не раз вытворял перед мной различные фокусы. Однако сейчас действовало волшебство более высокого порядка. Магия в чистом виде.

Раздался мелодичный перезвон. После него сразу, как по команде, пылинки и осколки разбитой статуэтки вздрогнули, оторвались от пола, поднялись в воздух до самого потолка и закружились в стремительном вихре, ускорявшемся с каждой секундой. В гигантскую воронку втягивались все новые и новые предметы, но мы, удивительным образом оказались нетронуты.

Я смотрел на это представление, открыв рот, и наблюдал, как невидимый режиссер ставил потрясающий воображение спектакль, где каждый акт был непохож на предыдущий.

Бешеная пляска закончилась так же внезапно, как и началась. Сверкнула вспышка, похожая на изогнутую дугу грозы. Она оказалась ослепительно яркой, я на мгновение лишился зрения и оказался в кромешной тьме. Стало страшно — вдруг это навсегда? Я потерял всякое представление о времени и пространстве. Повеяло холодом. Зубы заклацали сами по себе. Я словно превратился в ледяную сосульку. Неведомая сила стиснула тисками. От нестерпимого холода бросило в жар. Загорелись щеки, я попытался добраться до них руками и не смог: миллионы булавочных иголок вонзились в тело. Я закричал от боли и услышал эхо моего крика, отраженное от невидимых стен. Казалось, что кричит сама темнота. Потом боль прошла.

Когда я унял дрожь, то обнаружил, что слепота исчезла, но очертания окружающих предметов стали смутными и размазанными, как будто отстоящими за давно не мытым стеклом. Протер глаза, чтобы избавиться от мириад прыгающих солнечных зайчиков, и увидел, что гномы обступили непонятный предмет, висевший в воздухе, и смотрят на него с благоговением. До меня доносился их робкий шепот. Судя по всему, гномы легко отделались и быстро пришли в себя. Я стал вслушиваться в обрывки разговора.

— Что это такое? — я не различал лиц, но по голосу догадался, что говорившим был мастер Таг.

— Позвольте, — взмолился профессор. — Посторонитесь, пожалуйста. Дайте пройти.

Он склонился над предметом.

Мне стало интересно, и я подошел поближе.

— В чем дело?

Гномы не удостоили меня ответом. Они галдели как школьники на перемене.

Лиринна отклеилась от стены и тут же прильнула ко мне. Девчонке досталось. Она едва держалась на ногах и шаталась. Я почувствовал прерывистое дыхание на моей груди.

— Милая моя, как ты? С тобой все в порядке?

— Гэбрил, я не знаю. Мне было так плохо… Что случилось?

Внутри что-то екнуло. Захотелось стиснуть Лиринну, покрыть ее поцелуями, пожалеть.

— Фирг сказал, что это магия. Очень древняя. Дряхлая, как мир. Ты не испугалась?

— Я испугалась… за себя, за тебя, Гэбрил. Было жутко больно, я ничего не видела. Не знала, что с тобой происходит.

— Кажется, обошлось, — ободряюще произнес я. — Мы живы и здоровы.

Эльфийка всхлипнула.

— Гэбрил, мне показалось, что я умерла.

Я поцеловал ее в губы.

— Да нет, с тобой все в порядке. Хочешь, ущипну?

— Лучше поцелуй снова.

— С удовольствием.

Желание любимой — закон. Я коснулся ее губ. Они были солеными, как слезы. Лиринна расслаблено улыбнулась и ответила на поцелуй нежно и робко, потом стряхнула с себя оцепенение и стала целоваться все сильнее и сильнее. Прошла целая вечность, ставшая для нас единением сердец.

— Чем вы тут занимаетесь, мистер Гэбрил? — послышался недовольный возглас Тага.

— А вы не видите? — раздраженно спросил я, отстраняясь.

— Мне кажется, вы выбрали неподходящее время для телячьих нежностей, — раздраженно произнес гном.

— А в чем дело? Я нашел статуэтку и теперь могу делать, что хочу и когда хочу. Я свободен как ветер.

Гном огорчился — с формальной точки зрения я был полностью прав. Он снял очки, протер стекла, затем водрузил на место и с робкой надеждой спросил:

— Вам нужны деньги? Хотите заработать премию?

Я посмотрел на Лиринну. Она кивнула, тогда я осторожно прощупал почву:

— Деньги не помешают. А что вы хотите?

— В статуэтке находилась карта. Она приведет нас к одному из самых удивительных артефактов в истории мира.

— Поздравляю. Значит, я не зря разбил Ган-Ли на кусочки.

— Да, мы рады, что нашли в себе силы преодолеть страх. Мы вам очень благодарны.