Господин моих ночей. Книга 2 - Алиса Ардова

— Так как ты считаешь? — повторил горгул и толкнул в бок понурившегося дракона.

— Считаю, что пара, — ответила твердо. Вздохнула и добавила: — Но хотелось бы знать точно.

— Точно вам ответят только жрецы Сахтара. Вот покажут тебя совету. объявит Айт о своих намерениях и, если оба согласны, пройдете проверку в храме. Там и узнаете.

— А ты не скажешь?

— Фамильяры пар для своих связанных не ищут и определять их не могут, — клацнул зубами Хвич. Зыркнул на меня исподлобья, оскалился в усмешке. — Но ты — Хозяйка. Другое дело. Я с первого взгляда увидел, что Айтон твой. Так тебе и твердил. И ему. Да только вы не поверили. Когда дело касается пар, нам никто не верит. Он еще и смеялся… дурак, — проворчал горгул обиженно.

Мишь заерзал на месте, явно пытаясь сдержаться, но не вытерпел.

— Тэйн тоже твой, — затянул он привычную песню.

— Тоже моя пара? — ужаснулась я.

— И что? — насупился Хвич. — У нее вообще может быть много пар. Что ж ей теперь, разорваться на кучу маленьких Хозяек, чтобы всем досталось?

Пресветлая и Темнейший, этого еще не хватало

— Ройс не все, — не сдавался верный Мишь. — Он хороший. Если бы ты выбрала его... — он запнулся. — Но ты ведь уже решила… Выбрала другого, да?

— Да! — подтвердила серьезно.

Хвич горделиво приосанился, а его приятель сник еще больше.

— Как бы ни сложилось, вы все равно останетесь моими друзьями, Мишь. Ты и Хвич.

Потянулась к опечаленному дракону, чтобы обнять его, утешить, и резко замерла, ощутив, как натягивается и нетерпеливо дрожит невидимая нить, с недавних пор связывавшая меня с загадочным кристаллом в питомнике. Там в родильной что-то происходило. И я, кажется, догадывалась, что.

Неужели?..

Бросилась к выходу, намереваясь предупредить Айтона, что ухожу, и прямо в дверях столкнулась с самим алхором.

— Элис? — Айт придержал меня за плечи. — Что случилось?

— Не знаю пока. Мне надо в питомник. Срочно. Прости. Очень надо, — выпалила я, почти приплясывая от нетерпения. — Хвич, Мишь, вы со мной?

— Угу...

— Еще бы...

— Я тоже, — мгновенно вскинулся Айтон. — Пока не пойму, что происходит... Без меня не пойдешь.

— Да что Хозяйке в питомнике угрожает? И фамильяры рядом.

— Одну не отпущу, — отчеканил мужчина.

Взглянула на его решительное лицо и махнула рукой.

— Хорошо.

В родильной, судя по всему, собрались все без исключения фамильяры, которые находились на этот момент в питомнике. И не только фамильяры. Вон дед с прадедом. Сами догадались или просто заинтересовались общей суетой? Сейчас и отец придет. Его-то уж точно подопечные известят.

Все это я отметила лишь мельком, полностью сосредоточившись на нетерпеливо подрагивающем на стене серебристом кристалле. Именно к нему меня и тянуло с невероятной силой.

Не стала противиться. Подошла, обхватила ладонями и почувствовала, как в сердце что-то аккуратно толкнулось. Будто кто-то осторожно попытался открыть невидимую дверцу.

В тот же миг по пещере пронесся низкий раскатистый гул. Кристалл завибрировал сильнее, вырвался из моих рук и упал вниз, с протяжным звоном распадаясь на мелкие осколки, которые тут же окутались радужными сполохами. Несколько мгновений ничего не происходило, потом сияние медленно погасло, и я увидела на полу среди потускневших обломков крошечного золотого лиса с острой мордочкой и смешными длинными ушами.

Как зачарованная опустилась на колени, и звереныш тут же неуклюже дернулся вперед, ловя мой взгляд. Некоторое время мы, не отрываясь, смотрели в глаза друг другу, потом лисенок, пискнув, ткнулся мордочкой мне в ладонь, и я почувствовала, как меня омывают теплы волны счастья. Да, пожалуй, это было именно оно. Счастье.

Взяла кроху на руки и поднялась, прижимая детеныша к себе. Он тут же заурчал и неожиданно поменял цвет шерсти с золотого на серебряный. Снова обернулся золотым, но уже с рыжиной, точь-в-точь, как мои волосы. Опять серебряным... Словно не мог определиться, каким ему все-таки быть.

— Все-таки фамильяр… Личный фамильяр Хозяйки. Надо же. Такого никогда раньше не случалось, — выдохнул отец.

Похоже, он еще не до конца поверил в то, чему только что стал свидетелем.

— Найтири. Очень необычно. И, насколько могу судить, магический хамелеон, — подхватил прадед. — Редкость. Я о них только читал.

— Найтири... Хамелеон... — ревниво буркнул Хвич, придвигаясь ближе. — Зачем он Хозяйке? У нее и так много фамильяров. И.... У нее есть я. Я ведь лучше какой-то там найтири, а?

Он с надеждой уставился на меня.

Лисенок вздрогнул, испуганно съежился, выцветая, и исчез. То есть, он по-прежнему сидел у меня на руках, но стал абсолютно незаметным.

Все присутствующие алхоры ахнули.

Я почесала малыша за ухом, успокаивая, дождалась, пока он перестанет дрожать и снова «проявится», и протянула его на раскрытых ладонях горгулу.

— Посмотри, какая она маленькая и беззащитная. Возьмешь под свою опеку? Я полностью тебе доверяю.

Лисенок сначала попытался отползти, а потом остановился, встряхнулся, разбрасывая вокруг разноцветные искорки и, распрямившись, лизнул горгула в нос.

После чего оба дружно чихнули.

— Ладно уж, — проворчал Хвич, тщетно пытаясь спрятать довольную ухмылку. — Так и быть, помогу воспитать это недоразумение. Куда вы без меня?

Я снова прижала лиса к груди и благодарно улыбнулась.

— Хозяйка. Личный фамильяр. Магический хамелеон. И, похоже... хм... самочка, — ошарашено пробормотал отмерший Дивен. — Совет точно сойдет с ума.

***

День ежегодной публичной церемонии неумолимо приближался, и вместе с этим росло волнение. Да, я понимала, что родственники будут рядом, а Айтон — где-то в зале, и они не дадут меня в обиду, но все равно... Как же страшно!

От тревожных мыслей отвлекала только Тири — так я, не мудрствуя лукаво, назвала свою новую подругу. Лисичка, чувствуя беспокойство хозяйки, почти не отходила от меня. И оставаться одна в детской категорически отказалась, впала в полное отчаяние, непрерывно звала меня и тоненько скулила. Даже Хвич не выдержал и строго велел «не мучить ребенка». Он удивительно быстро привязался к моей фамильяшке и проявлял поистине родительскую заботу. Впрочем, как и Мишь. Тири отвечала им горячей любовью, выделяя среди всех остальных обитателей питомника.

Пришлось брать малышку с собой, а на ночь устраивать в своей постели. Оборудованную для нее лежанку Тири все равно игнорировала и упрямо перебиралась на кровать.

Отец только рукой махнул.