Господин моих ночей. Книга 2 - Алиса Ардова

— Хозяйка с фамильяром. Более странную пару даже представить сложно. Наверное, ее и воспитывать надо по-особому. Слушай себя, Элис, поступай, как сердце подсказывает.

Дед только вздохнул. А прадед расхохотался и ласково потрепал лиску по голове.

Вечером перед церемонией специально легла пораньше, но заснуть так и не удалось. Проворочалась почти до полуночи, потом встала, торопливо оделась, подхватила на руки сонную Тири и теневой тропой ушла в питомник. Туда, куда последние несколько часов меня неодолимо тянуло. В пещеру Ларуит.

«Если захочешь пообщаться, приходи в комнату с зеркалом. Позови. Я услышу», — сказала, прощаясь, бывшая Хозяйка.

А как звать?

Шагнула к зеркалу, медленно обвела пальцами завитки-веточки. С тех пор, как мне показали здесь встречу Айтона с семейством Тэйнов, гладкая поверхность так и оставалась слепой и безжизненной. Как я ни просила.

Тири тихонько завозилась у меня на руках, подняла голову, принюхиваясь, и я решилась.

Перехватила лисичку поудобнее, положила правую ладонь в центр зеркала.

— Ларуит, если слышите меня, отзовитесь... — Молчание. — Я хочу вас кое с кем познакомить.

Несколько мгновений ничего не происходило, а потом раздалось веселое:

— Разумеется, слышу. Я мертвая, а не глухая.

Неподвижная гладь пошла рябью, прояснилась, и я увидела сидящую в глубоком старинном кресле Ларуит. Не призрачно-полупрозрачную, а вполне себе настоящую, будто живую. Легкое, струящееся платье, элегантная прическа, озорные глаза, сочные, чуть припухшие губы.

Моя прапрапра-не-знаю-сколько-раз-бабушка дождалась пока я закончу ее рассматривать, насмешливо подмигнула и перевела взгляд на лисичку.

— Что там у тебя? Показывай?

— Вот… — Я погладила Тири и, проверяя внезапно мелькнувшую догадку, произнесла: — Это ведь благодаря вам я ее получила? Об этом «маленьком» подарке вы тогда говорили?

— Ну, признаюсь, остальные тоже были не против и немного помогли.

Хозяйка наклонилась вперед, изучая лисичку. Та тоже вытянула мордочку, всматриваясь в зеркало.

— Хороший зверь. И спутник из нее получится просто отличный.

— Спасибо!

— Не за что, — Ларуит выглядела довольной. — Я помню, как мечтала о собственном, только моем питомце, и подумала, что тебе он точно не помешает. Но порода и вид — целиком твоя заслуга. Найтири еще в кристалле напиталась твоей магией. Подстроилась под нее, твои желания и потребности. Идеальный фамильяр.

Она выпрямилась, на миг прикрыла глаза, а потом властно потребовала:

— Рассказывай. Что происходит? Что у тебя нового? Я, конечно, знаю в общих чертах, но часто приходить в мир смертных мы не можем, так что... Говори.

Наверное, духам, действительно, скучно там, в своем небытие… или где они обитают, потому что слушала Ларуит очень внимательно. Вникала в подробности и детали, переспрашивала. Особенно ее заинтересовало долгое молчание Серкуса и его угроза придумать для Айтона что-нибудь необычное.

— Хм... Хотелось бы мне ошибиться, но эти Тэйны во все времена отличались амбициозностью и мстительностью. Никогда их не любила, — женщина передернула плечами и задумчиво постучала ноготками по подлокотнику. — Вот что, девочка, видишь там на раме зеркала плод граната? Нет, не этот, выше... Еще выше… Да, правильно. Сожми его в ладони и повторяй за мной, только слово в слово и с той же интонацией: «Дахз хо раш-ша»...

Не стала задавать лишних вопросов, сделала, что от меня требовали. Старательно выговорила слова незнакомого заклинания и почувствовала, как по пещере пронесся резкий порыв ветра, обжигая кожу ледяным дыханием.

— Твоя магия и в самом деле созвучна моей.

Ларуит удовлетворенно откинулась на спинку кресла.

— Посмотри там, за твоей спиной, чуть левее, в стене должна открыться ниша.

Ниша действительно была. Узкая и неглубокая, она скрывала лишь один предмет — тонкую книжку в простом темном переплете.

— Мои исследования, — с гордостью пояснила Хозяйка. — Долгие годы я собирала сведения о женщинах-алхорах. Малейшие упоминания, слухи, намеки, легенды, правду и небылицы. Все, что сумела отыскать. Возьми и обязательно прочитай. Есть у меня предчувствие, что завтра тебе это может пригодиться.

Я вынула тетрадку из ниши, и углубление в стене тут же закрылось, словно его никогда и не существовало.

— Замечательно, — улыбнулась Ларуит. — А теперь, прости, мне пора. Долго держать открытой дверь между мирами нельзя.

Она кивнула, прощаясь. Изображение в зеркале растаяло, и я, бросив последний взгляд на помутневшее зеркало, поспешила к себе. Меня ждала бессонная или почти бессонная ночь. В обнимку с Тири и книгой.

Заснула я лишь под утро, но, несмотря на это, встала удивительно свежей, отдохнувшей и готовой к встрече с советом. И не только с советом. Со всем алхорским обществом, если понадобится.

***

Центральный храм Сахтара был не отдельно стоящим зданием, а целым храмовым комплексом и занимал огромную территорию в самом сердце Равейла — столицы Лагора. Многочисленные строения самых причудливых форм, священные стелы и обелиски, места силы, усыпальницы, тренировочные площадки, лаборатории жрецов Темнейшего, рощи и водопады и, наконец, величественные глянцево-темные очертания основного храма. Чьи хищные, резкие, как черные молнии, шпили вспарывали облака и исчезали высоко в небе.

Я не раз любовалась всем этим, разглядывая иллюстрации в учебниках по истории и культуре Лагора, и надеялась увидеть лично, своими глазами. Когда-нибудь моя мечта обязательно сбудется. Но не сегодня.

Каждый род имел на территории храма собственное, закрепленное за ним крыло. Туда мы и перешли, открыв портал из Хуспура прямо в наши комнаты. Здесь нам надлежало ждать своей очереди.

Кронерд проводил нас с мамой к креслам у низенького столика, на котором тут же появился кувшин с укрепляющим отваром и легкие закуски.

— Элис, Гестина, — отец придвинул к нам наполненные бокалы. — Это именно то, что вам сейчас нужно.

Пригубила освежающе-прохладный, необыкновенно вкусный напиток с капелькой целительной магии — семейный повар, зная, что нам предстоит, сегодня особенно расстарался. Рассеяно откинулась на спинку кресла, и на коленях тут же завозилась Тири, устраиваясь поудобнее и подставляя под мои пальцы шею, покрытую особо мягкой пушистой шерсткой.

С утра мне пришлось выдержать настоящий бой с упрямой лисичкой. Сколько я ни уговаривала, как ни объясняла, найтири ни в какую не желала отпускать меня одну.

Первым, как ни странно, сдался Дивен.

— Она все равно не успокоится. Если фамильяр считает, что ему необходимо находиться возле связанного, никто не заставит его отказаться. А твоя лиса от рождения очень своевольна, это сразу видно. Оставишь ее дома — будешь потом на церемонии переживать, дергаться. Да и вообще, неизвестно, что еще выкинет обиженный питомец. Бери ее с собой. Только попроси «накинуть» невидимость.