Мир миров - Павел Майка

– Тебе Басенька про мораль нашептала? – издевательски хмыкнул упырь и через мгновение завыл, когда мара вцепилась ему в горло. Любовница ее носителя ей не нравилась, но, когда она почувствовала, что Кутшеба сейчас сам бросится на упыря, она не могла не отреагировать.

– Завтра ночью. – Мирослав не обращал внимания на крики упыря. Мара скалила клыки в миллиметре от лица купца. Она шипела, как кошка. Буртовецкий умолял о милосердии и уверял, что ничего плохого не хотел сказать. – Ты попытаешься атаковать дом. Я сделаю для тебя проход, и в этот раз ты проберешься. Но на тебя набросятся призраки, которые его охраняют.

– Я буду гонять их по всему дому! Клянусь!

– В полночь.

– В полночь!

– Отпусти его.

Как только мара спряталась обратно в Кутшебу, упырь рассеялся.

«Мне было нужно, – промурлыкала она, – немного развлечься, а ты так жесток ко мне. Постоянно встречаешься с этой бабой… хоть это уже и не нужно».

Он напрасно объяснял ей, что если бы бросил Басеньку, то мог вызвать подозрения. Он и сам не верил в эти аргументы.

На следующую ночь он связал свою любовницу, чтобы её не подозревали в соучастии. Она следила за ним ошеломленным взглядом и, когда он выходил, пыталась что-то сказать, силясь выплюнуть кляп. Прощаясь, он вел себя настолько обходительно, насколько мог. Хоть и без нежности.

– За валом, на развилке, где стоит часовня Матери Божьей, госпожи Танненбергской, я закопал для тебя немного золота и серебра. Тебе хватит, чтобы много лет жить безбедно. Не едь туда сразу. За тобой будут следить. Выдержи год, если сможешь. Его никто не выкопает, не волнуйся. Черт, который стережет эту развилку, получил свою долю. Он тебя знает и только тебе отдаст сокровище. Это всё. Прощай.

Стражники купеческого поместья знали его и пропустили через ворота в стене, которая напоминала оборонный вал, защищающий дом Буртовецкого. Когда его никто не видел, Кутшеба нацарапал на боковых дверях дома, предназначенных для слуг, круг, способный пропустить упыря.

Всё началось, как только колокола закончили бить полночь.

Он вошел через другие двери, потому что у первых уже торопились потревоженные души, завывавшие, как нечестивцы. Они поставили на ноги всю охрану. Кутшеба уже бежал между стражей и кричал, что их атакуют дикари. Никто не пытался его задержать, тем более учитывая, что уже начали взрываться петарды, которые он разместил во дворе.

Фальшивый Буртовецкий спрятался в специально подготовленном на этот случай укрытии, способном выдержать и артиллерийский обстрел. Там он был защищен от нападения духов и мог отступить одним из трех путей, на тот случай, если закончатся собранные запасы провизии, которых должно было хватить на три недели. Все это официально служило защитой от нападения неидентифицированных бандитов, атаки зараженных или наступления Революции. Кутшеба же знал: всё это должно было защитить от него человека, скрывающегося под личиной Буртовецкого.

Ему понадобилось три месяца, чтобы превратить убежище в ловушку.

«Я не пойду с тобой туда! – предупредила его мара. – Не смогу!»

Они остановились перед порогом. Четверо стражников умирали на полу. Кутшеба держал в руках дымящиеся пистолеты.

– Жди меня там, где мы договорились.

«Ты мог всё сделать иначе».

– Не думаю.

У стражи не было ключей от укрытия. Когда купец прятался там, дверь можно было открыть только изнутри.

Однако Буртовецкий не знал, что работники, которые последними дорабатывали конструкцию, оставили открытую форточку для Кутшебы. Сделали они это после того, как он привел их к безымянным могилам в лесу и показал кости их предшественников.

– В древние времена фараоны убивали всех, кто знал тайны пирамид, – говорил он тихо, но уверенно. – Буртовецкий использует тот же метод. Вы можете сделать свою работу и погибнуть или сделать немного больше и выжить, потому что я буду руководить людьми, которым дадут задание убить вас. Но вы должны кое-что для меня сделать. Мелочь. Никто и не заметит.

Их мастер даже не спросил о гарантиях. Потому что Кутшеба давал ему не гарантии, а всего лишь шанс.

Не было такой горелки, которая могла бы выжечь дыру в воротах убежища, не было разрывного снаряда, который мог бы подорвать их, не завалив заодно всё поместье… Хотя даже тогда с воротами, наверное, ничего бы не случилось – их защищали специальные заклятия.

И именно эту защиту повредили люди, которым Кутшеба обещал сохранить жизнь.

Он произнес заклинание, которое агент Корыцкого привез ему с Ближнего Востока, из мира пустынь и джиннов в лампах. Духи, которые гонялись за упырем убитого купца, услышали его и с ужасом завыли, осознавая, как их обманули. Они бросились к убежищу, но замок на его вратах уже открылся, засовы и щеколды опустились.

Надеясь, что фальшивый Буртовецкий слышит сопровождающие открытие ворот звуки и начинает понимать, что его участь решится в любой момент, Кутшеба переступил порог и быстро захлопнул за собой створки ворот перед носами озлобленных и отчаявшихся духов. Он слышал их крики, когда спускался вглубь укрытия.

Через какое-то время он вышел через один из тех коридоров, которые давали Буртовецкому путь к отступлению. Он верил в то, что сделал правильный выбор. Упырь уже ждал его.

– Ты убил их всех? – призрак терял терпение.

– Только его.

– Предатель! – он бы бросился на Кутшебу, если бы его не задержала мара, которая успела вернуться в душу мстителя чуть раньше. – Подлый предатель! Неблагодарный!

– Я убил его. Теперь ты ничего не хочешь от меня, а я ничего не хочу от тебя. Я свое сделал.

– Но я не сделал!

– А это уже твоя забота. Оставь меня в покое.

Взгляд духа пылал ненавистью.

– Я записал тебя в свой список, – прорычал он и исчез.

Кутшеба уселся на землю, ожидая, когда его найдут. Он притворялся, что массирует косточку в ноге, как будто повредил ее во время побега. Он надеялся, что первым его найдет Евгений, он не хотел убивать невинных стражников.

– Чт-то ты т-тут делаешь? – спросил удивленный Евгений, когда добежал до него. Он был один, хотя голоса его подчиненных уже слышались где-то неподалеку. – Почему ты не со своими людьми?

Он еще не понял. Даже когда Кутшеба – довольный, что так хорошо подгадал, что именно командир прибудет первым к выходу из туннеля, – бросил оружие и протянул ему руки для кандалов, Евгений не понимал, что происходит.

– Т-ты что, брат?

– Я не буду стрелять в тебя, Евгений. Кого я должен был сегодня убить, я уже убил.

– Т-ты? Т-ты убил?

– Я.

– Почему?..

– Это был не настоящий Буртовецкий. Прикажи показать тело, и увидишь. После смерти его покинет магия, и он будет выглядеть иначе. Меня пленил призрак неотмщенного. Он приказал его убить.