Мой ядовитый шеф - Марина Дарман

Свет возвращался постепенно. Он противно моргал, слепил и вызывал тошноту.

– Очнулась, – послышалась сквозь тряпки, которыми набили уши.

Свет снова исчез, испугавшись голубого покрывала, не иначе. Зато добавился противный заунывный звук, точно сеточник подвис, оборвав мелодию на самой высокой ноте.

– Как-то ты неправильно ее лечишь, – в этот раз мне удалось опознать Ортегаса. – Раньше она не выла. А теперь так и тянет повернуть голову до щелчка.

– Легко думаешь. У меня резерв почти на нуле, – проворчал Хрум, а слой тряпок чуть-чуть уменьшился.

– Так что ж ты сразу не сказал! Держи, в общем.

Мои неказистые спасители, наконец, сообразили стянуть с меня голубое одеяло и вернуть свет. А я запоздало сообразила: надо мной ясное небо, глаза я то открываю, то закрываю, и вою тоже я. Сообразила и заткнулась. Что это, в самом деле?!

– Пошел я, в общем, – булькнул кто-то очень знакомый рядом, и я развернулась на звук голоса. Ириа тяжело поднимался, покряхтывая от натуги. – Буря стихла. Надо спешить, пока снова не разыгралась.

Он неловко топтался на месте и явно не знал, что сказать на прощанье.

– В гости пригласишь, когда всплывете? – практичный Ортегас, наверняка уже просчитал выгоду от возможных контрактов с подводными жителями.

– Спрашиваешь? Я не только вас приглашу. Для того и поднимаемся.

Мужчины пожали друг другу руки, и Ириа пошлепал шару, покачивающемуся на волнах. Он неловко улыбнулся, точно не сумел выразить словами то, что чувствовал, и залез внутрь. Погружался он куда медленнее, чем всплывал. Ириа скрылся из виду, а мы остались, растерянно переглядываться. Формально – уговор выполнен. Мы на суше. Практически – от этого островка до настоящей суши еще плыть и плыть. Вопрос на чем?

– Есть предложения?

– Есть, – тут же отозвался приятель, плюхаясь на землю. – Сперва отдых, потом трудовые подвиги. Я все равно пуст, – растерянно закончил он и прикрыл глаза. И то верно, сон лучшее средство для восстановления резерва. Скорпиус подумал и последовал его примеру. Он тоже хорошо потратился, делясь силой с лечащим меня Хрумом. Я прилегла рядом и честно постаралась уснуть. Я вроде как болею. Надо хоть немного отдохнуть перед очередным марш-броском.

Не знаю сколько так выдержала, но коварный сон не пришел, тогда как мужчины преспокойно дрыхли. Я посмотрела на одного, на второго: скучно! Силы возвращались, хоть и медленно. Я уже могла пройти шагов десять и не упасть, а если держаться за стеночку, то все двадцать. Это ли не повод для подвигов?

– Эй, болезная, ты куда поперлась? – ласково прикрикнул мне вслед Орт.

Именно таким я помню шефа, чей гадостный характер известен всем в его офисе. Самое время поквитаться со мной и слинять. И как вовремя, Хрум обезврежен и у меня нет сил, чтобы сбежать.

Размышляя о ерунде, я добрела до высокого круглого строения, похожего на гигантское дерево. Дверь протестующе скрипнула, но задержать не смогла. Выходит, я еще ого-го-го! Внутри царил полумрак. Свет проникал лишь через заляпанное грязью окошечко, такое маленькое, что даже я сквозь него не пролезу. Пыль серым покрывалом припорошила уцелевшую мебель. Она лежала настолько толстым слоем, что сомнений не осталось: тут давно никто не живет. Помощь ждать бесполезно.

Покружив по комнатушке, я наткнулась на винтовую лестницу, чьи ступеньки скрывались в темноте. Преодолела парочку, когда дверь скрипнула:

– Мало приложилась? Решила добавить падение с лестницы? – спросил Ортегас, догоняя меня.

– Тебе-то что! Мстить не придется.

– Да я об этой мести столько времени мечтал. Как ты можешь лишить меня единственного развлечения?! – патетически провозгласил он, вставая так, чтобы идти шаг в шаг за мной.

– Тогда скинь сразу и мне не придется мучиться, – прокряхтела я. Степень выздоровления я переоценила, но не признаваться же.

– Не-е-ет, это и будет местью, – усмехнулся коварный шеф, – вверх и вниз, полностью самостоятельно.