Морозная гряда. Первый пояс - Михаил Игнатов

Похоже, сделка. В ином случае меня бы сюда не привели. Большая комната: шагов тридцать в длину каждая из её стен, множество перегородок вдоль них, занавесей, стоек со светочами в разноцветных фонарях. Придумано хорошо, но против меня совершенно бесполезно. По центру зала за широким столом полулежал на диване небритый здоровяк: знакомая школьная печать Указа, соученик из прошлых выпусков, дорогая, но мятая и несвежая одежда, перед ним фрукты и кувшины с вином. Похоже он и есть главный в этой скупке краденного. Скупщик смерил меня взглядом и приложился прямо к горлышку одного из них. Не дождавшись от него ни слова, я начал разговор сам:

— Признаюсь, я ожидал более радушной встречи.

— А я надеялся, что смогу здесь ещё месяц пьянствовать и бездельничать. Но припёрся ты. Чего хочешь?

— Мой мастер решила продать вещи, которые она не хочет и дальше держать у себя.

— Хватит плести кружева. Если уж припёрся, то говори толком, что у тебя.

— Мастер привыкла путешествовать налегке...

Здоровяк стукнул о стол кувшином, буркнул:

— Ты решил пересказать жизнь своего мастера?

— Это часто заставляет людей совершать необдуманные поступки, — я не обратил внимания на его грубость, продолжая рассказывать свою историю. — На неё имели глупость напасть двое. Сначала этот слуга думал, что это обычные разбойники, но с удивлением обнаружил в их поясах пилюли.

— Пилюли? — скупщик подобрался, поднимаясь с подушек.

Это не ускользнуло от меня, и я усмехнулся:

— Да.

— Кто твой мастер?

— Имя старшей вам ничего не скажет. Наши родные земли далеко отсюда.

— Странное нежелание назвать имя.

— Ещё более странное желание узнать его. Если бы мастер хотела огласки, то пришла бы в дом Аукциона.

— И всё же... Я правильно понимаю, что это, — он помедлил, выделил голосом, — пилюли?

— Верно.

— Когда это случилось? Наш город давно не слышал о сектантах.

— На днях... Но даже жалкий слуга госпожи знает, что вы сейчас сказали неправду. Вернее будет сказать, что город лишь недавно утих и вернул патрули с дорог после множества смертей и исчезнувших обозов.

— Так кто твой мастер, и как она сильна?

— Это уже становится оскорбительным. Она достаточно сильна, чтобы прислать сюда своего слугу... И не бояться.

Скупщик ухмыльнулся:

— Не хочешь по-хорошему?

— Кажется, старший сам хочет совершить ошибку. Такие дела строятся на доверии. Вы хотите испортить свою репутацию?

— Молчи, щенок, — огрызнулся здоровяк и в голос скомандовал. — Взять его!

Ну, это ожидаемо. На мне уже нет ограничения, да и обмануть меня у них не вышло. Ведь я отчётливо видел людей, что прятались за занавесками и ширмами. Множество контрактов, горевших там, выдавали их с головой. Я вытащил руки из рукавов, заученно взмахнув правой. Вчерашние тренировки не прошли даром. Во все стороны от меня полетели Призрачные Иглы. Браслет сектанта столь же исправно служил мне, как и своему прежнему владельцу, превращая направленную в него силу в технику. Каждая игла нашла свою цель, заставив разразиться раненых криками. Кое-кто даже успел создать Покров, но преимущество браслета в том, что его можно использовать без ограничения остывания меридианов, пока есть энергия. Левую руку я подставил под Лезвие. Два вдоха, взмах руки — и новые иглы пронзили ноги уцелевших Воинов, у которых закончилась защита. Ни один из них не сумел даже увернуться. Слабаки, которые забыли об укреплении тела. А я уже замер, снова спрятав руки в рукава.

— Ты не Закалка! — соученик, ушедший в теневую гильдию успел вскочить из-за стола, и его ладонь всё ещё была направлена на меня.

Я засмеялся от того искреннего возмущения, которым был полон его голос:

— Да и вы не хотите вести дела честно.

— Ты же понимаешь, что зря оскорбил гильдию?

— А ты понимаешь, что терпение моего мастера небезгранично?

В зале раздавались только стоны и проклятья раненых, а здоровяк молчал. Я представлял, о чём он думает. Вернее, надеялся, что достаточно раз повторил одно и то же, чтобы в его голове сложилась нужная мне картина. Приезжая — сильный Воин, в учениках которой — совсем ещё мальчишка. Мальчишка, способный обмануть их массив проверки, за несколько мгновений убить всех его подручных и голой рукой погасить Лезвие. Я надеялся, что ему хватит внимательности заметить: осколков не было, и техника пропала бесследно. Должен же он задуматься о том, насколько сильна мой мастер, если ученик может использовать Духовную Защиту? И я всё сделал верно — небритый скупщик, явно не от хорошей жизни лакавший здесь вино, рухнул обратно на диван и крикнул:

— Заткнулись, ублюдки! — он сделал глоток из кувшина. — Хорошо. Что ты хочешь продать?

— Всё как мастер и говорила, — я кивнул, заставив качнуться ткань бамбуковой шляпы. — Ей не занимать опыта жизни. Пилюли.

Я вынул руку из рукава, на этот раз демонстрируя на ладони предмет разговора — одинокую пилюлю.

— Где и когда?

— Разве не ясно? Здесь и сейчас.

Здоровяк оглядел меня ещё раз. Мы смотрели глаза в глаза прямо через завесь тонкой полупрозрачной ткани, что свисала с полей моей шляпы, а затем он возразил.

— Так обычно дела не делают.

— Мастер торопится. Кто я такой, чтобы спорить со старшей? Я продам всё сейчас или вернусь к ней за наказанием.

— Мне нужно вызвать оценщика. Он на другом конце города и это займёт время.

— Мне известно, что ты, младший, можешь сам назначать цену. Для этого ты здесь и сидишь.

Я добился своего, то, как уверенно назвал его слабее себя, похоже, сломило упрямство. А я и не обманул. Стоило мне сбросить с себя ограничение, как я перестал видеть в нём противника. Точно слабее тигра Карто, хотя и может похвастаться четвёртой звездой.

Удивительно, но оценщик нашёлся в соседней комнате, и им оказался старый Воин первой звезды. Зато опыта ему было не занимать: алхимик, видевший такие пилюли множество раз. Он уверенно называл их, едва увидев символы на сосудах. Раскладывал пилюли на огромном белоснежном подносе, внимательно их осматривал и даже обнюхивал. Мне мало что говорили названия, но я старательно делал пометки в своём жетоне. При открытии очередного альбарелло не удержался и едва слышно хмыкнул. Удачно.

— Теперь это.

Я выложил на стол два свитка. Тех самых, с Лезвиями второго созвездия, добытых с тел наёмников. Раз уж мама не пойдёт этим путём, то и держать их при себе бессмысленно. Лучше превратить в деньги. А вот пустые основы мне ещё пригодятся, как и остальные трофеи с сектанта. Флаг? Глупо рассказывать сказку, что такая вещь оказалась в руках простых марионеток. А оружие, способное ранить призрачных тварей, возможно, ещё послужит мне в будущем. Главное, не думать о том, из чьих костей оно сделано.