Отбор для неудачницы - Маргарита Дюжева

— Да, — отпираться уже поздно, все что могла я уже разболтала, — Стояла, смотрела, как ты с ней сюсюкаешь.

— А потом уехала? — спросил, нагло вскинув брови.

— Потом уехала, — ответила с вызовом, — или должна была остаться и дальше любоваться?

— Ты что, ревнуешь?

— Что? Нет! Делать мне больше нечего! — фыркнула и отвернулась, очень надеясь, что он не заметит, как предательски начинают краснеть щеки. Зачем я вообще завела разговор про сестру?

— Я так и понял.

— Ну раз ты такой понятливый, то давай заканчивать с этой бессмысленной беседой. Мне пора спать. Завтра рано вставать, хочу успеть на переправу в первый заход.

— И куда же ты так рвешься? — усмехнулся он. Мне даже показалось, что настроение у него улучшилось. С чего бы это?

— К барьеру.

Снова на меня уставился. Снова хмуро и напряженно.

— Зачем?

— Мое место там. Я должна помочь…

— Помочь??? — взвился он, — ты после подземелья решила, что всесильная? Или смелость в одном месте взыграла?

— Что ты орешь?

— Я не ору! — все так же ярился Нольд, — у Барьера опасно. Там на каждом шагу то тварь поджидает, то разрыв, то черные болота. Зазеваешься и все — поминай как звали. А ты ни черта не похожа на собранного человека! Обязательно куда-нибудь влезешь.

— Я не так уж неуклюжа.

— Да ты что? У меня до сих пор ноги болят, после того несчастного бала.

— Ах, прости, что отдавила тебе любимую мозоль, — я обиженно насупилась.

— Ксана, поверь мне. Это страшное место. Я там два года служил.

— Никто и не говорит, что это увеселительная прогулка. Просто мне туда нужно.

— Нет. Не нужно.

— Ты не понимаешь, — я судорожно вздохнула.

— Так поясни.

— У меня вот здесь болит, когда думаю о Барьере, — руку к груди приложила, чувствуя, как бешено бьется сердце, — я должна помочь. Сделать все возможное. Все, что в моих силах.

Огненный маг впился в меня пронзительным взглядом.

— Пойми ты. Это мое призвание. Моя судьба. Я не смогу жить, если останусь в стороне.

— Стоит тебе только появиться и твари обезумеют. Начнут на тебя охоту.

— Не начнут. Я многое поняла. Знаю, как скрывать свою силу, знаю, как становиться невидимой для них.

— Я хочу, чтобы ты вернулась со мной в Ралесс, — внезапно произнес он.

— Зачем?

— Станешь моей женой.

Сердце забыло, что надо биться. Я замерла, уставилась на него изумленно, а где-то в душе начала расцветать неожиданная радость.

— Же..женой? — даже заикаться начала.

— Да.

— Ты же не хотел этого?

— Обстоятельства изменились.

— Какие обстоятельства? — голос предательски дрожал от волнения.

— Я же не знал, что ты ведунья.

— Ах, вон оно что, — едва зародившаяся радость мгновенно потухла, оставив за собой обожжённый след.

— Если бы об этом было известно, я бы тебя еще на подходе к городу поймал и под венец потащил.

Черт. Почему так горько во рту и больно в груди? Наверное, потому что я непроходимая дура.

— Понятно, — бесцветно отозвалась на его признание, — пожалуй, я вынуждена отказаться.

— Да почему???

— Меня ждут дела. Барьер. Твари и прочие радости простой жизни, — я все-таки встала из-за стола.

Нольд поднялся следом за мной.

— То есть ты отказываешься?

— Отказываюсь. Прости, — попыталась уйти, но он перегородил дорогу.

— Отлично. Значит я поеду с тобой к Барьеру.

— Как хочешь, — равнодушно пожала плечами и все-таки смогла его обойти, — а сейчас мне пора спать. Спокойной ночи.

Вместо того, чтобы оставить меня в покое, он пошел следом.

— Ты и впрямь решил остаться?

— Да, — произнес раздраженно, — пойду сниму комнату. В таких местах обычно есть хороший номер для особых гостей.

— Боюсь, я его уже заняла, — произнесла прохладно, — Придется тебе довольствоваться обычной комнатой.

Нольд раздраженно скрипнул зубами.

— Я уже говорил, что ты меня бесишь?

— А я говорила, что никто тебя не держит? И если что-то не нравится — можешь идти на все четыре стороны? — и, не оглядываясь, прошла мимо него, мечтая поскорее остаться в одиночестве.

***

— Как спалось? — весело спросила, когда растрепанный сердитый блондин спустился к завтраку. Он посмотрел на меня неласково и тяжело опустился на лавку.

Лично мне повезло. Моя комната выходила на сумрачный тихий переулок, и за всю ночь меня потревожил только наглый кот, решивший, что ему во что бы то ни стало надо влезть в окно. Кота я, конечно, не пустила. Повернулась на другой бок и дальше спать, а утром вскочила ни свет ни заря, бодрая и полная сил.

Чего не скажешь об огненном. Видок у него был такой, будто всю ночь не спал, а в поле пахал. Усталый, тени под глазами, настроение еще хуже вчерашнего.

Если честно, едва проснувшись, я хотела опять по-тихому улизнуть, оставив его с носом, но потом подумала и решила, что не стоит. В дороге взрослый сильный маг — очень полезный путник. С ним и через лес напрямик можно, и в любую таверну без опаски. Поэтому осталась и теперь имела счастье лицезреть хмурую физиономию.

— Плохо спалось, — пробурчал он.

— А что так? Подушка жесткая попалась? — я над ним откровенно потешалась.

— Подушка? — парень хмыкнул, — у тебя была подушка?

— Даже две.

— А у меня был каменный блин, об который можно голову сломать, — проворчал он, — И одеяло из картона. И Кровать скрипела. А еще какие-то пьяницы устроились под моим окном. Сначала пили, потом пели. Потом одного из них тошнило, а второй решил …не важно. В общем, ночь не удалась.

— Надо же какой нежный, — я изо всех сил пыталась не смеяться. Бедолага выглядел таким несчастным, что мне даже стало его жалко. Самую малость. Желание посмеяться было сильнее желания пожалеть, — Вроде с виду и не скажешь.

— Издеваешься? — посмотрел на меня с упреком.

— Нет. Что ты. Как можно, — взглянула на него преданно, а потом не выдержала и добавила, — а у меня еще и ванна есть.

— Издеваешься. — кивнул убежденно.

Я предпочла промолчать и только поглядывала на него поверх кружки с чаем.

Проворный трактирщик уже выставил завтрак перед огненным магом и, растекаясь в улыбках, пожелал приятного аппетита. Нольд нехотя взял ложку, скептично заглянул в тарелку и начал ковыряться в каше.