Сестра луны - Мара Вульф

– Нельзя вмешиваться в судьбы людей, кроме того, я не назвала бы Керис ссылкой. Вы получили прекрасные богатые земли. Вообще-то ведьмы и колдуны собирались забрать их себе. Вы сами позволили Регулюсу их уничтожить.

– Мерлину стоило отдать их вам, – согласился Аарванд к моему удивлению. – Так мне рассказывать историю или нет? – раздраженно добавил он. – Или тебе хочется обсудить со мной вопрос, чьи жизни ценнее: одаренных или демонов?

Я поджала губы.

– Рассказывай давай. Я не могу ничего вспомнить.

– Вероятно, из-за того, что ты постоянно витала в мыслях об Эзре, когда тебе их читали, – проворчал он, скривившись.

Этот парень просто выводил меня из себя, но не дав мне ничего сказать, он начал:

– Ланселот был самым отважным рыцарем Артура. Непобедимый в своей воинственности и не знающий границ в своей любви к Гвиневре.

Словно черный как ночь бархат, его голос струился по воздуху, вызывая у меня мурашки по всему телу. Я приглушила огоньки свечей и улеглась поудобнее. Кажется, это место подарило мне передышку в жизни.

– Рыцарь повстречался с королевой, когда она была совсем юной девушкой, задолго до Артура. Однажды она заблудилась в тумане между Авалоном и Гластонбери. Он влюбился в нее, а она в него.

– Он ее спас, – вставила я. – Она заблудилась в тумане и никогда бы оттуда не выбралась. – На Авалоне богини обучали своих жриц. Сегодня никто больше не мог попасть на Авалон, «остров яблок». Даже ведьма. Остров исчез.

– Вполне возможно. – Его голос стал жестче. – Но хороший поступок еще не делает мужчину героем. Ланселот был самовлюбленным нарциссом, который любил брать то, что ему не принадлежало.

Я негодующе помотала головой.

– Хочешь поспорить?

– Нет. Как будто я бы когда-нибудь рискнула поставить под вопрос твои познания.

– Ты опять забываешься, кто я такой.

– Ну, значит, хорошо, что ты периодически мне об этом напоминаешь.

Он пробубнил что-то себе под нос, но продолжил рассказ:

– Они столкнулись снова, когда Ланселоту поручили сопровождать невесту Артура в Камелот. В его защиту следует отметить, что он понятия не имел, кто эта невеста. При первой встрече она не назвала ему своего имени. Он искал ее, но так и не нашел.

– Увидеть ее вновь и одновременно навсегда потерять – наверное, для него это было тяжело. И для нее.

– Все равно он обязан был устоять. И как раз потому, что знал, что она его будущая королева.

– Как скажешь. Случилось бы чудо, если бы мы хоть раз сошлись во мнении. – Почему я должна пытаться объяснять ему то, чего он не понимал?

– То есть тебе кажется правильным, что Ланселот обманывал своего лучшего друга с его супругой?

– А разве ты не собирался рассказывать историю про Элейну? – раздраженно спросила я. – Все это случилось давным-давно, и половина скорее всего вообще неправда, потому что существует множество версий происходящего.

– Элейна тоже жила в Камелоте и была придворной дамой королевы. Она полюбила Ланселота, но тот не сводил глаз с королевы, хотя говорят, что Элейна была сказочно красива. Поэтому она прибегла к уловке. Ей сварили волшебное зелье, которое придало ей облик Гвиневры.

Если бы мы еще владели тем искусством, я бы в обличье Веги могла прийти к Эзре. Пугающая мысль и не лучше того, как поступил Утер.

– Элейна пользовалась этим обманом много раз и забеременела. Ланселот раскусил подлог лишь тогда, когда настоящая Гвиневра застала их вдвоем. Королева была раздавлена, а Ланселоту ничего не оставалось, кроме как жениться на Элейне. Брак получился несчастливым, как ты понимаешь.

– А какой брак будет счастливым, если заключен по принуждению? Ланселоту наверняка трудно было наблюдать, как несчастлива Гвиневра.

Аарванд закатил глаза. Это оказалось так непривычно, что я не сдержала улыбку.

– Ты слишком романтична. Раньше об отношениях так не думали, – недовольно объяснил он.

– Возможно, но браки все равно нельзя заключать по принуждению. – Представляя, что грозило нам с сестрами, если я не найду артефакты, я чувствовала, как в желудке все переворачивалось. Почему он вообще выбрал конкретно эту историю? Гвиневру тоже вынудили выйти замуж за Артура, наполовину демона, хотя она любила Ланселота, а Артур был влюблен в свою единоутробную сестру Моргану. Эти четверо явно познали всю глубину несчастья.

– Полагаю, Элейна была так же романтично настроена, как ты, – заявил Аарванд. – Она надеялась, что когда-нибудь Ланселот ответит на ее любовь взаимностью, но он так никогда этого и не сделал. Даже когда она родила ему сына. Существовало пророчество, что именно он станет самым благородным рыцарем в мире – рожденным, чтобы найти Святой Грааль в далекой стране. Элейна умерла в одиночестве, а Ланселот больше ни разу к ней не притронулся. Но во всем этом она виновата сама.

– Почему ты так к ней придираешься? – разозлившись, воскликнула я. – Тебе не хуже меня известно, что Моргана приготовила ей то зелье и первая внушила ей эту глупую идею.

– Элейна украла у Гвиневры кольцо, – произнес он тем самым отвратительным надменным тоном, который всегда использовал, когда хотел положить конец дискуссии. Вот как хорошо я узнала его к этому моменту. – Оно было необходимо ей, чтобы чары подействовали как надо.

– Так вот что тебе не нравится? То, что она использовала магию? Почему вы так одержимы идеей создать демонов с магическим даром, если настолько ненавидите магию?

– Я не одержим и воздержусь от участия в экспериментах Регулюса.

– Ну, разумеется. Ты бы не стал пачкать руки о ведьму.

– Рассказать историю было дурацкой идеей. – Он встал и прошагал обратно к письменному столу. – Чай, пожалуйста! – рявкнул Аарванд, и возник поднос.

А я обулась и направилась к книжным шкафам. Наобум достала какой-то том. Это оказался научный трактат о феномене времени, и я не поняла ни слова. Водрузив его на место, я принялась изучать следующие.

– Как думаешь, тот, кто тут жил, отыскал путь обратно? – повернулась я к демону. Он выдвинул один ящик из стола и держал в руке книгу. Из ее страниц выскользнул листок бумаги и упал на пол.

– Нашел что-то интересное?

– Можно и так сказать. Во всяком случае, если это то, о чем я думаю. – Князь крутил и переворачивал книгу в ладонях. Я отметила это лишь краем глаза, потому что кусок ткани в ящике заинтересовал меня в тысячу раз больше. Светлый материал искрился золотом.

Опустившись на колени, Аарванд поднял выпавшую бумажку. Нахмурившись, он прочел вслух то, что было на ней написано:

– «У меня не осталось воспоминаний. Я больше не знаю, кто я и откуда. Это вуаль. Мне слишком поздно это открылось. Столько времени ушло на поиски артефактов, а теперь это станет моей погибелью. Ни одна попытка ее уничтожить не увенчалась успехом, я не знаю, как это сделать. Она не горит и не рвется. Нельзя, чтобы она попала в руки существа, которое использует ее силу в плохих целях. Это предупреждение, и я надеюсь, что кто-нибудь его найдет. Уничтожит ее. У меня не получилось, но должен быть какой-то способ».