Сестра луны - Мара Вульф

От этих слов у меня внутри словно зазвонил колокольчик, а ткань начала гореть в руке. Такое возможно? Прямо сейчас я держала Вуаль забвения? Вот так просто? Когда Регулюс говорил о ней, я даже не задумывалась о том, на что эта Вуаль способна. Но Эзра рассказывал мне, что произошло на его посвящении, когда ему пришлось выпить из Кубка призыва и заглянуть в Зеркало памяти. Это было кошмаром. А Вуаль могла привести к чему-то еще хуже. Мысль, что ты забудешь, кто ты и что делает тебя самим собой… Наверное, это все равно что слепо блуждать в безвременье. Более жестокое наказание невозможно себе представить. Я понятия не имела, как долго Вуаль пролежала в этой комнате, но покинуть ее она не должна.

– Вианна! – донесся до меня будто сквозь туман голос Аарванда. Мгновение мы пристально смотрели друг другу в глаза. – Отдай ее мне, – потребовал он.

– Нет. – Я спрятала Вуаль за спиной.

– Живо.

– Чтобы ты вручил ее Регулюсу и тот распоряжался ей по своему усмотрению? С ее помощью он сможет каждого из вас заставить забыть, кем вы являетесь. Ты забудешь Калеба и Нэа.

Он побледнел, но все равно вскинул одну бровь:

– Я бы не сделал подобную глупость и не стал бы пользоваться Вуалью.

– А что, если Регулюс вынудит? Не думаю, что он спросит у тебя разрешения. Он зло. Наитемнейшее зло. Пока ты его союзник, но вдруг однажды он изменит свое мнение?

– Я тоже демон. Уже забыла? С чего бы ему применять ее против меня?

– Ты и сам прекрасно знаешь. Сейчас ты еще, возможно, его любимчик, но Маррок уже плетет против тебя интриги. Он внушает Регулюсу, что у тебя свои секретные планы. – Я кусала губы. Все это меня не касалось.

– И что же ты намерена предпринять? – Князь положил книгу на стол. Ее запирала странная печать. – Я могу отнять ее у тебя силой.

– А я могу наложить на тебя чары, чтобы ты весь день не двигался.

– Туше. Видимо, это называется тупиком. Итак, как поступим? – К моему удивлению, он улыбнулся, и это делало его лицо совершенно другим.

– Не знаю, – призналась я. – Кто бы здесь ни жил, он явно куда-то пропал.

– Можно дать совет?

– А я могу удержать тебя от шанса осчастливить меня твоей мудростью?

– Нет. Итак, я считаю, что в какой-то момент он вышел наружу и позволил пожирателям магии себя сожрать.

Меня пробрала ледяная дрожь.

– Зачем бы ему это делать?

– Он все потерял. Даже самого себя, и, хотя в этих четырех стенах получал все, что ему нужно, наверняка чувствовал себя бесконечно одиноким, а без воспоминаний и вовсе не знал, куда ему возвращаться.

Я медленно кивнула.

– Звучит правдоподобно. Но умирать из-за этого?

– Должно быть, это его гримуар. Можем проверить, не вел ли он записи. – Аарванд подтолкнул томик в мою сторону.

Так он всего лишь старался меня отвлечь. Мы стояли друг напротив друга, как враги, которыми и являлись. Я крепко сжимала в ладонях Вуаль. И тем не менее решила поближе взглянуть на книгу. Колдовские семейства хранили в гримуарах свои тайны. Это очень личный предмет, полный магии и чар, который передавался потомкам из поколения в поколение. Порой гримуар скрывал свою силу даже от собственного рода.

– Ты туда уже заглядывал? – подозрительно спросила я.

– Как видишь, он запечатан. Я пробовал сломать печать, но мне он не открывается. Может, ты попытаешься.

Книга была обмотана обыкновенным шнурком. Заканчивался он на кожаной обложке в углублении, залитом красным воском, в котором кто-то оставил оттиск своей печати. Рисунок состоял из трех колец. Справа над ними изображался крохотный треугольник, а слева – маленький полумесяц. Под кругами посередине различалась нечеткая звезда. Я приложила к печати раскрытую ладонь. Все это викканские руны. Послышался шепот, а затем книга с облегчением вздохнула.

– Сестра звезд, – пробормотала она. – Одна из трех нашла меня.

Я испуганно отдернула руку. Печать щелкнула, после чего завязка, не дававшая открыть гримуар, упала на пол.

– Почти как я и думал, – самодовольно сказал Аарванд.

Не обращая на него внимания, я вновь положила книгу на стол и раскрыла ее. Как обычно, в ней были записаны заклинания и заговоры, однако на полях кто-то ровным почерком добавил заметки – и датировал эти примечания. Я нахмурила лоб.

– Это день моего рождения, – тихо произнесла я. – Я родилась 21 ноября.

– Хм. – Аарванд перегнулся мне через плечо, его дыхание коснулось моей щеки, и я прижала Вуаль к груди. Несомненно, книга интересовала его в последнюю очередь.

– Если Гламорган нас выпустит, надо оставить Вуаль здесь.

– То есть ты предпочитаешь, чтобы Регулюс выдал вас с сестрами за демонов и заставил с ними… – Он кашлянул, но я была благодарна, что он не стал это произносить. – Чего от тебя требовал Эзра? – недоверчиво спросил он затем. – Ты разговаривала с ним, прежде чем мы попали сюда. Нет даже смысла отрицать. Так он велел тебе поступить? Вы должны пожертвовать собой, потому что у него не хватает мужества за вас бороться? – Последние слова хлестнули, как плеть.

Да что этот демон о себе возомнил?

– Нет, все не так! – напустилась на него я. – Что он сделает в одиночку против твоего жестокого народа? Думаешь, я хочу, чтобы ради меня он подвергал себя смертельной опасности? Он просил, чтобы я постаралась вернуться в наш мир. Если у меня появится такой шанс.

Я даже не представляла, что он мог выглядеть еще злее.

– А как же твои сестры? Что будет с ними, если ты не придешь обратно? Что, по мнению Эзры, с ними потом сделает Регулюс?

– Я ответила ему, что не поступлю так. – Это была моя попытка успокоить его и саму себя. – Ни за что я бы их не бросила. Одних – с вами.

Взгляд Аарванда помрачнел.

– Он просто хотел, чтобы ты спряталась в безопасном месте, или за этим кроется что-то еще? Скажи мне!

Ни в коем случае нельзя говорить ему, что я должна передать сообщение Ложе и Конгрегации. Если Аарванд доложит об этом Регулюсу, тот сделает с Эзрой что-то страшное. К тому же Вега уже беременна. Нужен ли теперь Эзра вообще верховному королю? Будет ли он его пытать, а потом запрет в камере вместе с Эйденом или сразу уничтожит?

– Наши жизни не играют никакой роли, – отозвалась я, стараясь вложить в это предложение всю свою силу убеждения. – Регулюс не должен воспользоваться Вуалью в темных целях. Маэль и Эме поймут, когда я объясню им, чего он добивается. Мы обязаны сказать королю, что ничего не нашли.

– Быть может, я вообще не отдам ему Вуаль. – Он внимательно наблюдал за мной.

– Я тебе не верю. Это стало бы ошибкой, если учесть, что Калеб причинил Эме. Мы считали, что он на нашей стороне.