Досадный случай - Алла Матвеева

Ответ был полон недоверия, переходящего в стадию подозрительности.

— Как странно. Сначала вас замечают рядом со зданием, в котором должна пройти встреча, а потом вам же совершенно случайно поручают искать украденный договор, который, попади он в нужные руки, погубил бы всю верхушку заговора разом. Вам не кажется подозрительным такое удачное стечение обстоятельств?

Так это, оказывается, удача была? А я-то, дурак, думал, что мне не повезло. Как бы то ни было, сомнения фаэты надо рассеять, пока она вообще не отказалась со мной разговаривать.

— Видите ли… Меня интересует не заговор, а один конкретный человек, который в нем участвует по причине, с заговором никак не связанной. Сначала я искал его, для того и в стражу устроился, а потом, когда произошло ограбление, — не договор, а шкатулку, в которой хранился украденный документ, чтобы использовать ее для поиска. Насколько мне известно, вы в курсе о том, что через артефакт можно найти его создателя.

— Да. — На этот раз взгляд у леди вышел скептически насмешливым. — Но зачем столько трудностей? Спросите у любого жителя столицы, и вам ответят, что могила великого Шекреха находится на Глинском кладбище в западном предместье Нилхоры, очень красивый склеп, кстати. И, я вас уверяю, заговор, в котором участвует дядюшка Селрих, не такой древний, как вы, похоже, думаете.

Эта тоже о Темном не знает, хорошо законспирировался, гад.

— Верю. Шкатулка тоже не такая древняя, как вы думаете. И делал ее не Шекрех, иначе придется предположить, что он восстал из могилы, сменил герб и уехал из Нилхоры куда-то в эти края. — Недоверчивое выражение на лице фаэты сменилось нахмуренными бровками, но перебивать девушка не стала, поэтому я продолжил: — Я искал встречи с вами, так как надеялся, что вы опознаете герб и немного расскажете о его обладателе.

— Для подделки та шкатулка имела слишком хорошую защиту, но вы правы, поиск создателя через артефакт осечек не дает. Хорошо, я помогу вам. Но только с двумя условиями: во-первых, вы должны объяснить, зачем вам понадобился один из моих соседей, а во-вторых, должны дать слово, что после этого вы поможете мне.

Приемлемо. Конечно, разбираться с заговорами не мое дело, но, с другой стороны, король мне ничего плохого пока не сделал, а заговорщики похитили, избили, пытались убить и снова похитили. Да и предупредить кого-нибудь о личности Темного мага не помешает, мало ли что со мной случится.

— Я согласен. Тем более что наши дела очень удачно пересекаются, так что помогать друг другу будет не в тягость. Для начала не могли бы вы сказать мне немного о том, кого я ищу? Человек, которого я увидел через шкатулку с помощью зелья поиска, имеет герб: три серебряных гонта в зелени. Пожилой сухощавый мужчина с легкой сединой.

— Фэт Файраг. Поразительно! Не думала, что ему по силам создать такой хороший артефакт, что его можно принять за работу мага. И как вы на него вышли? Он очень хорошо скрывает свою принадлежность к числу заклинателей, я знаю его с детства и обнаружила то, что он одаренный, совершенно случайно. — Ивэлия немного помолчала, собираясь с мыслями. — Он хороший человек. И с заговором спутался только из-за единственного племянника, которого обожает куда больше, чем этот мелкотравчатый интриган заслуживает. Какие неприятности у него еще, помимо родственников?

— Самые разнообразные. А из-за него и у меня тоже. Вышел на него, когда у меня начались проблемы, и начал искать виноватого. Насколько я понял, он ваш сосед?

Едва заметно дрогнувшие брови стали единственным проявлением недовольства обтекаемыми формулировками, которое позволила себе фаэта.

— Не совсем, его имение через одно к северу от нашего графства. Довольно богатое.

— Чем он увлекается?

— Да ничем особенным. Время от времени путешествует, умеет читать, хотя и не любит. Имеет довольно много книг, штук десять, наверное, — они ему от прадеда достались. Охотиться любит. Когда срочных дел нет, неделями может в своем охотничьем домике пропадать.

Пока все сходится — ритуалы проводил во время путешествий, подальше от дома, а в охотничьем домике можно заниматься чем-нибудь менее заметным для инквизиторских амулетов, особенно если подходящую защиту накрутить. По многу слуг в таких местах не держат, обычно — один-два самых доверенных, так что расползания слухов можно не бояться.

— А в последнее время с ним не было связанно чего-нибудь странного?

— Нет… Я за последний год его только один раз и видела — полторы недели назад.

— И что, совсем-совсем ничего странного не было?

Ну не мог же он вообще никак не проявиться? Когда люди нервничают, они ошибаются, а поводов для беспокойства у него было предостаточно.

Пожатие плечами. Гораздо более оптимистичный жест, чем отрицательное мотание головой.

— Быть может, вы сочтете за странность то, что за все три дня, пока фэт Файраг гостил у нас, он ни разу не снял перчатки, даже за едой. Но я думаю, у него просто какая-то болезнь суставов, которую он не хочет выставлять напоказ. Перчатки, конечно, были грубые, и что-то конкретное разобрать было сложно, но кисти рук выглядели каким-то… корявыми, что ли. И глаза мутные.

Леший. Дотянул. Стадия физического изменения началась, значит, и психические не за горами.

Леди всмотрелась в мое лицо и резко выпрямилась.

— Вы скажете наконец, в чем вина этого человека?

— В увлечении Темной магией. Подождите, не перебивайте. Я лично чистил за ним место проведения ритуала, чтобы из него не начала расползаться всякая измененная мерзость, так что я не мог ни перепутать, ни ошибиться. Под перчатками он прячет начавшиеся изменения тела. Вы знаете, какая следующая стадия?

— Да. Исторические хроники и сказки читали не только вам. — Зябко поежившись, Ивэлия встала и заходила по комнате. — У вас есть доказательства?

Доказательства… Доказательства… Самая слабая часть моего выступления.

— У меня есть зелье поиска. Могу открыть «окно», и вы своим даром внушения убедите его снять перчатки. Если там окажутся не изменения, а обычное воспаление суставов, поеду к нему и лично извинюсь. Вы ведь можете на него воздействовать?

— Да, с трудом, но могу. На одаренных мои способности действуют плохо. — Ивэлия наконец села, избавив меня от необходимости крутить головой. Нет, определенно мне нравится эта леди — никаких истерик, собранность и деловитость. Сосредоточенное выражение лица, взгляд в себя — заново перебирает в уме все, что ей известно о соседе. — Вы можете провести ритуал прямо сейчас?

— Разве что вы согласитесь пройти ко мне домой. Вы же не думаете, что я беру с собой зелье поиска каждый раз, когда выхожу на улицу?

Гордо вскинутая голова и раздраженный прищур на миг сделали ее похожей на Селриха. Надо же, за все время знакомства — первый раз, когда я между ними родственное сходство уловил. Впрочем, оно тут же исчезло — решительно поджатые губы снова сделали ее похожей на взъерошенного воинственного цыпленка.