Инфинит. Империя на крови - Анастасия Феникс

— Новая преподавательница боевой магии, — сказала я, — а вы, я так понимаю, местный некромант?

— Верно подметили, — ответили мне, — а вас интересует это направление?

— Как мага Тьмы — естественно, да и сама немного фанатею от этой магии, — рассмеялась я.

— Приглашаю вас ко мне после уроков завтра, — выдал мужчина теплым голосом, но глаза оставались холодными как лёд, — мне как раз нужен ученик или ученица, стар я стал, пора бы уже и об отдыхе подумать.

Мужчина кашлянул в платок, который сразу же спрятал, но даже с моими скудными способностями я смогла почувствовать кровь. Видимо, у него чахотка. Жаль старичка, не позавидуешь.

— Ольвальд, зачем она вам? — выдал вампир, скривившись. А я честно про него забыла, и была бы возможность — забила.

— Препарировать буду, — съязвил магистр, — этаж четыре, зал некромантии.

Я коротко кивнула и наконец дошла до деканата. Грузная женщина поблагодарила, что я принесла пораньше и сказала, чтобы я выметалась. Ничего удивительного, я уже привыкла к такому отношению, здесь-то я не королева.

— Три танкиста, три веселых друга, экипаж машины боевой… — напевала я, засевшую в голове песню. И только я снова решила выйти из-за угла, как зашла обратно. Притаившись за колонной, я стала ждать, пока моя проблема пройдет. И это был далеко не Йоханнесон.

Чинно вышагивая, по коридору шла делегация Дарксида — Мария, Татьяна и Сайрес, болтавшие с ректором. От волнения я перестала дышать, чтобы не шуметь. Мне удалось даже уловить часть разговора.

— Так вы не видели этих двух красавиц? — спросила Мария. Я осторожно выглянула из-за колонны. Мария?! Почему она так постарела? Шарлиз Терон из фильма «Белоснежка и Охотник», ей Богу! Сетка морщин разукрасила все лицо, волосы стали седеть, а некогда красивые и идеальные руки стали костлявыми. Что с ней случилось? На её руке была иллюзия, изображавшая меня и Элис. Ректор внимательно всматривался в это изображение, напрягая лоб так, что вены проступали. Как хорошо, что Элис в комнате сидит! Хоть бы не сдал, хоть бы не сдал! Эта мысль настойчиво билась в голове.

— Нет, не видел, у меня хорошая память на лица, — улыбнулся ректор.

— Хорошо, тогда мы просто проведем эксперимент, вдруг они скрываются под личинами? — спросила Мария.

— Только быстро и безболезненно для академии, — сказал ректор и отошёл.

И тут я поняла, в чем план. Мария достала флакон, в котором трепыхалась… Душа. Приманить адских псов душами? Гениально. Из подпространства выглянули семь морд, учуявших свежую еду. Они жалостливо посмотрели на меня, прося дать им знак. Я покачала головой. Было видно, как из алых морд текут огненная слюна, прожигая кафель рядом со мной. Да уходите уже!

— Ладно, её тут действительно нет, — выдала Таня, — давайте закругляться. Завтра домой отправимся, — и она так взглянула на Сайреса, что тот сразу де перешёл на её сторону. Афродита местного масштаба!

Постояв за колонной ещё около пятнадцати минут после их ухода, я вышла. И в этот момент браслет преподавателя, благодаря которому могли вызвать учебная часть или ректор, засветился синим. Так и знала, что ректору теперь будет интересно кто мы.

Зайдя в кабинет, я обнаружила там Элис. Мне указали на второе кресло, сам же ректор стоял перед нами, облокотившись на стол.

— Кто вы? — спросил он, как только я села.

— Смотря какой смысл в вашем вопросе, — ответила я.

— Вы преступницы? — завал вопрос Иксиадор.

— Нет, просто я носитель очень редких знаний и очень редкой магии, поэтому на меня идет охота.

— Чтож, это многое объясняет, — выдал он, сев, — только вы подставляете людей, находясь тут. И почему она пыталась приманить вас душой?

— Не нас, а наших питомцев, — выдала я и свистнула три раза. Цербер выскочил первый, а за ним и все остальные.

— Ох, понятно, — сказал он и махнул рукой. Шесть собак ушли, а Цербер взгромоздился у меня на коленях, так же поступил и Рон, — редкие, очень редкие животные. Однажды себе такую собачку захотел, но не справился, сбежала от меня животинка. Её потом правоохранительные органы ловили, так как меры он не знал. Сколько людей тогда погибло.

— Поэтому они у нас, — ответила я, — я могу их контролировать, моя сестра тоже. Самое главное тут — сила духа.

— Академия в безопасности? — спросил ректор.

— Они не станут разрушать её, так как это межмировой скандал. Так же и с учениками. Им нужна только я.

— Оставайтесь, но… Будьте бдительны. Если хоть кто-то пострадает, я с вас три шкуры спущу, — выдал он гневно.

— Не сможете, — хмыкнула я, — потому что тогда я буду уже трупом. А сами понимаете, с мертвого какой спрос?

— Хватит, идите, но не светитесь! Никак, — прошипел он.

Мы вышли из кабинета ректора и направились в свою комнату. Ноябрь месяц заканчивался, начинался декабрь, скоро надо было готовиться к новогоднему балу. В среду мы планировали выдвинуться за платьями, купить понравившиеся. Мы хотели жить, тихо и спокойно. Просто преподавать. Но нас не спрашивали, никому небыло интересно чего хотим мы, чего хочу я.

— Анастасия, предлагаю вам пари, — выскочил из-за угла Йоханнесон, а я с перепугу схватилась за сердце, — я предлагаю вам поединок. Любое желание для того, кто выиграет.

— Если я смогу загадать, чтобы вы шли лесом от меня подальше к своей невесте — я согласна. Я уверена, что со стороны я сейчас выглядела как типичная немецкая принцесса после предложения руки и сердца русского цесаревича. Схватившаяся за сердце, улыбающаяся, бледная… Глазик нервно дернулся.

— О, у вас глаз дергается, — хохотнул Йоханнесон. Честно, Георг был лучше, если их сравнивать. Император был поистине великолепен, умён, знал чем угодить. Блестящая партия! И главное — красивый, как внешне, так и внутренне. И голос приятный, и то, что он произносил. А этот… Он отталкивал, представляя из себя графа Дракулу из фильма «Ван Хельсинг».

— Нет, это я так кокетничаю, — выдохнула и пихнула его плечом. Ну нет у меня сил больше на него смотреть!

— Тогда сегодня в восемь вечера, под куполом, — так он называл зал, где мы занимались с учениками.

Я кивнула, даже не оборачиваясь. Нервы, нервы… Вытащив из подпространства валерьянки, я даже не накапала, нет, выпила прямо из пузырька!

Купол, 20:10

— Я готова, — крикнула я на другой конец зала. Ничего, уделала раз, уделаю и ещё.

Мы сцепились в поединке. Больше тех же самых ошибок он не допускал. Лязг железа, искры, сыпавшиеся от удара металла о металл, движение, подсечка, неудача… Бой длился около получаса. И только я решила нанести решающий удар, как он