Элита - Кира Касс

—

Ты видела его комнату? — поразилась я.

—

Да, а ты нет?

Мое молчание было красноречивее любого ответа.

—

Ой, — смутилась Крисс. — Ну, в общем, ты не

слишком много потеряла. Она довольно темная, в одном углу —

стойка для ружей, а все стены завешаны картинами. Ничего

особенного, — небрежно произнесла она. — В общем, после этого

он начал заходить ко мне практически в любую свободную минуту.

— Крисс покачала головой. — Все произошло как-то очень

быстро.

Я вздохнула.

—

Вообще-то, он, считай, сам сказал мне об этом, —

призналась я. — Упомянул, что мы обе нужны ему здесь.

—

Значит... — Она закусила губу. — Ты уверена, что до

сих пор ему нравишься?

Разве Крисс и без меня не подозревала об этом? Ей что, нужно

было услышать подтверждение из моих уст?

—

Крисс, тебе в самом деле это надо?

—

Да! Мне нужно понимать, каково мое положение. Я

тоже расскажу тебе обо всем, что ты захочешь узнать. Да, решения

принимаем не мы, но это не значит, что нужно барахтаться во всем

этом вслепую.

Я сделала небольшой круг по полянке, пытаясь разобраться со

своими мыслями. Вряд ли у меня хватило бы храбрости спросить

Максона про Крисс. Я про себя-то могла говорить с ним с большим

трудом. Однако меня упорно не покидало чувство, что я не

обладаю всей информацией, чтобы можно было делать выводы о

моем положении. Возможно, это был мой единственный шанс

получить недостающие сведения.

-— Уверена, что он хочет, чтобы я пока оставалась во дворце. Но,

думаю, ты тоже нужна ему здесь.

—

Я догадываюсь, — кивнула она.

—

Вы с ним уже целовались? — не удержалась я.

«-6s 218 ^

Э ЛИ ТА

Она застенчиво улыбнулась:

-— Нет, но, думаю, он поцеловал бы меня, если бы я не попросила

его не делать этого. В нашей семье существует что-то вроде

традиции не целоваться до обручения. Иногда влюбленные

устраивают вечеринку, на которой объявляют о дате свадьбы, и

тогда первый поцелуй происходит у всех на глазах. Я тоже так

хочу.

—

Но он пытался?

—

Нет, я рассказала ему об этом еще до того, как мы

зашли в своих отношениях настолько далеко. Но он часто целует

мне руки, и в щеку тоже, бывает. Это так мило, —

разоткровенничалась она. — (Я кивнула, глядя себе под ноги.) —

Погоди, — поколебавшись, спросила она. — А вы с ним разве

целовались?

Меня очень тянуло похвастаться, что я была первой девушкой, с

которой он целовался. Что когда мы целовались, время словно

останавливалось.

—

Вроде того. Это сложно объяснить, — уклонилась я

от прямого ответа.

—

Нет, не сложно, — поморщилась она. — Да или нет?

—

В двух словах не скажешь.

—

Америка, если ты не будешь честной, это просто

пустая трата времени. Я предложила тебе откровенность в обмен

на откровенность. Думала, для нас обеих лучше, если мы будем в

дружеских отношениях.

Я стояла, ломая руки, и пыталась найти слова, чтобы объяснить ей.

И дело было не в том, что Крисс мне не нравилась. Если меня

отправят домой, я желала бы видеть победительницей именно ее.

—

Крисс, я действительно хочу, чтобы мы с тобой были

друзьями. Вообще-то, я думала, что мы и так друзья.

—

И я тоже, — произнесла она негромко.

—

Просто мне трудно говорить о таких личных вещах. И

хотя я благодарна тебе за честность, я не уверена, что хочу все

знать. Даже если сама об этом спросила, — добавила я быстро,

«-6s 219 'So

КИР А КА С С

увидев, как шевельнулись ее губы. — Я и так в курсе, что он

испытывает к тебе какие-то чувства. Я это вижу. Думаю, сейчас

такой момент, когда неопределенность лучше определенности.

—

Я уважаю твою позицию, — улыбнулась Крисс. — Но

могу я просить тебя об одной услуге?

—

Конечно, если это будет в моих силах.

Она закусила губу и отвела взгляд. Когда же вновь посмотрела на

меня, в ее глазах стояли слезы.

—

Если ты будешь уверена, что я ему не нужна, ска-

жешь мне, ладно? Не знаю, как ты, но я люблю его. И мне хотелось

бы ясности в таких вещах. Если, конечно, ты будешь в этом

уверена.

Она его любит. И не побоялась произнести это вслух. Крисс любит

Максона.

—

Если он когда-нибудь прямо скажет мне об этом, я

тебе передам.

Она кивнула:

—

Может, мы могли бы дать еще одно обещание? Не

вставлять друг другу специально палки в колеса? Я не хочу такой

победы, и, думаю, ты тоже не хочешь?

—

Я ведь не Селеста, — ответила я с отвращением, и она

рассмеялась. — Обещаю играть честно.

—

Ну и хорошо.

Она промокнула глаза и оправила платье. Мне немедленно

представилось, как величественно она выглядела бы с короной на

голове.

—

Мне нужно идти, — солгала я. — Спасибо, что

поговорила со мной.

-— Спасибо, что согласилась прийти. Прости, если я была

чересчур назойлива.