А обещали сказку... - Ольга Мяхар

Мы говорили долго. До утра.

Он рассказал мне, как мы познакомились (я его сбила, а он выжил и влюбился), как встречались, как он дарил мне подарки (среди прочих — черного котенка, которого я назвала Мурзом; котенок сильно бедокурил, лазал по шторам и никого, кроме меня, не признавал). Он говорил о моих привычках (люблю поспать), недостатках и достоинствах (всегда держу данное слово). Рассказал пару шуток из жизни (взрывающаяся картошка, одежда с дырами в виде утюга), сказал… что скучает. Что не может без меня. Что уже три года ходит в больницу каждый день, просто чтобы увидеть мое лицо, что… что, разделившись в моем сознании на Вирха и Хорта, бешено ревновал их друг к другу. Что очень хочет, чтобы я наконец-то открыла глаза, и обещает беречь отныне и всегда так, чтобы ни одна сволочь больше не приблизилась и на километр.

А еще обещал сказку. Сказал — на этот раз настоящую. И больше не надо будет бояться, что хеппи-энда не будет или меня снова обманут. Что все будет хорошо.

Так я и уснула рядом с ним, отделенная прозрачной стеной и слушая его голос. Тихий, мягкий и ласковый. Словно говорил с маленьким недоверчивым котенком, а не с собственной взбалмошной женой.

Странно, все так странно. И полное ощущение того, что я все-таки сошла с ума. В тот день, когда повстречала фею.

Вирт постоянно рядом. Смотрит, молчит. С той ночи он вообще постоянно молчит. Совсем как Хорт. И смотрит… как Вирх. Это пугает.

Я все еще ничего не помню из своего прошлого и не собираюсь возвращаться. Мы все еще на поляне. И я хочу снять защиту. Но прежде — объясню все, что чувствую, все, что хочу. И лес… до этого почти нереально смазанный и какой-то затертый — теперь он снова живой и реальный. Такой, какой и должен быть. Белки бегают, птицы поют… и если это всего лишь бред, значит, я остаюсь в нем.

— Ты решила? — Сидит у дерева. Голова отклонена назад, но смотрит в глаза.

Опять не могу угадать ничего по выражению его лица. А могла когда-то?

— Да. Я не вернусь.

Нет реакции.

— А ты — да. Прости, я понимаю, что все это… но даже если предположить, что ты не лжешь и я действительно сейчас подвешена на проводах, я просто не хочу возвращаться. Так что, — встаю, отряхивая сор с колен и задумчиво на него глядя, — можешь просыпаться и гарантированно ждать развод. Наверняка можно его оформить, если жена уже не выйдет из комы. А я пока тут… В конце концов, я же так и хотела — иметь свой собственный мир и хеппи-энд в придачу…

Черные глаза сверкнули, он медленно встал.

Мне стало немного жутко, непроизвольно делаю шаг назад. Хотя сказать, что именно пугает в его фигуре, — не могу. Почему-то. Барьер! Между нами все еще барьер. Так чего я боюсь?

Он подходит и осторожно кладет изящные пальцы на прозрачную пленку.

— Марина, не надо. — Не смотрит на меня. Голова опущена, а голос — холодный как лед.

— Почему?

Глупый вопрос. Он отводит руку назад, улыбается, не поднимая лица, и бьет. Кулаком. Так, что земля вздрагивает, а птицы с криками взмывают в небо. Чем он ударил-то? Электрошоком?

Отшатнувшись, падаю назад. Он же изучает место удара и делает шаг назад.

— Не надо. — Голос хриплый, по рукам проходит дрожь. Я почему-то уже до жути его боюсь.

Он — смотрит только перед собой. Потом поворачивается боком и с силой врезается в стену. Так, что земля снова вздрагивает, а барьер прокрашивается во все цвета радуги.

— Хорт!

Смотрит из-под челки. Глаза пылают алым. Вирх? Хорт. Кто?!

— Я тебя вытащу, — тихо.

И еще один удар плечом.

Барьер лопнул.

Как странно… что он тоже владеет здесь магией.