Игра с тенью - Катерина Полянская

Я как раз помешивала соус и доставала бокалы, когда в замке повернулся ключ.

— Ксилена?! — Сано был удивлен, я бы даже сказала, шокирован. — Ты здесь?

— Разве мы не договаривались поужинать? — напомнила немного обиженно.

Ненавижу такие моменты: ты старалась, прихорашивалась, выбирала самый соблазнительный наряд… а ему вроде как ничего и не надо, он вообще уже обо всем забыл!

В следующее мгновение тот, кого еще недавно я смертельно боялась, оказался рядом, так близко, как это только возможно, поймал в объятия, опалил дыханием щеку и порывисто поцеловал. Так крепко и глубоко, будто собирался выпить душу. Всю, без остатка.

Но непозволительно коротко…

Коленки ослабли и подогнулись, я вцепилась пальцами в его пиджак… и меня совершенно не смущала врезающаяся в спину столешница… Но Сано зачем-то прервал поцелуй и, выпрямившись, внимательно посмотрел на меня сверху вниз.

— Я подумал… кхм… после увиденного ты не то что ужинать — жить со мной в одном городе не захочешь, — признался он.

Две недели не прошли напрасно: улавливать мельчайшие оттенки выражений в его практически нечитаемых глазах теперь было не так уж трудно. И в эту минуту там все еще была недоверчивая настороженность. Пряталась за скорлупкой безразличия.

Подрагивающими пальцами я несмело обвела его шрамы, один за другим.

— И многие сбегали?

— Да, — очень тихо отозвался мужчина, который уже давно вызывал во мне внутреннюю дрожь, и отнюдь не из-за страха.

Потом перехватил мое запястье и оставил в ладони щекотный поцелуй.

— В этот раз ты так легко не отделаешься, — серьезно пообещала я, прежде чем отвернуться и переключить внимание на соус.

Почти готово.

Сано несколько раз измерил шагами кухню, но желанного успокоения это ему не принесло. Сегодня нам нужны были слова.

— Потом будет поздно, — предупредил он, сверля тяжелым взглядом мою спину. — Я уже не смогу тебя отпустить.

— Не отпускай. — Согласиться оказалось несложно. Может, я и не хочу, чтобы меня отпускали? — Паста готова, мясо тоже. Откроешь вино?

Шаги.

Потом еле слышный хлопок.

Я как раз разложила еду по тарелкам.

— Наверное, я должен тебе все объяснить. — Сано галантно пододвинул мне стул.

— Не обязательно. — Я видела, что тема ему неприятна, а эмоций от этого вечера хотелось совсем других. — Виктория мне все рассказала. В общих чертах. Подробности узнаю постепенно.

Сано наполнил бокалы и протянул мне один.

— И тебя не коробит моя… хм… работа?

— А тебя? — Я испытующе посмотрела на него поверх бокала.

Ответ прозвучал не сразу. Аржис обдумывал его какое-то время.

— Надо быть полным психом, чтобы подобное доставляло удовольствие, — наконец медленно выдавил он. — Но я могу это делать без ущерба для себя и окружающих. Должен же кто-то…

— Думаю, я смогу как-то привыкнуть. — Я невесело улыбнулась.

— Вот так просто? — Наверное, неприятный опыт действительно имелся, потому что расслабиться ему было трудно.

Помолчала. Как бы это все объяснить?

— Понимаешь… — Я замялась, тщательно подбирая слова. — Если бы Марена осталась жива, пусть бы даже ее заточили в самую охраняемую тюрьму… Все равно бы существовала крошечная вероятность, что однажды она придет за мной. И я бы подспудно ждала. Вздрагивала от каждого шороха. Шарахалась от любой тени. Но теперь я чувствую себя в безопасности. Благодаря тебе. Хотя мне и жаль, что тебе пришлось это сделать. И что моя сестра оказалась злобным чудовищем.

Впервые за вечер Сано слабо улыбнулся.

— Просто чтобы ты знала… Мне нечасто приходится это делать, — счел нужным уточнить он. — Еще реже самому.

— Хорошо. — Я кивнула и подняла бокал.

Потянувшись через стол, Сано переплел пальцы наших свободных рук.

— Я люблю тебя, — сказал вместо тоста.

— Взаимно, — улыбнулась я, краснея, словно девчонка.

Напряжение ушло. Тайн между нами больше не осталось. И мы наконец выяснили отношения.

Все к лучшему.

Вечер быстро перетек в разряд приятных. Мы ели, говорили обо всем на свете, пили вино, целовались… Потом вместе убирали со стола, мыли посуду, брызгались, смеялись и опять целовались.

А после я всем телом прижалась к своему мужчине, слегка прикусила мочку уха и прямым текстом заявила, что ни за что ему не прощу, если он прямо сейчас не попытается меня соблазнить.

Должен же он оценить наряд. Тот, что под платьем.

Просить дважды не пришлось. Сано усмехнулся, поцеловал меня в нос, подхватил на руки и понес в направлении спальни.