Пустая могила - Джонатан Страуд

– Ты хочешь сказать, что они используют открытия твоих родителей?

– Не сомневаюсь. И уверен еще кое в чем. Возможно, члены Общества пускали слюни от восторга, слушая о хитроумных приемах, которыми пользуются шаманы, но они явно пропустили мимо ушей одно очень важное замечание, сделанное в докладе моих родителей. – Локвуд перелистнул пару страниц, приблизившись почти к самому концу небольшой книжицы. – Прочитай вот это, – каким-то странным тоном сказал он.

«Из того, что мы видели своими глазами и слышали своими ушами в поселениях на холмах Новой Гвинеи и в лесах Западной Суматры, многие заявления, сделанные посвященными о духах их предков, соответствуют истине. Более того, мы полагаем, что опыт шаманов и колдунов способен помочь нам разобраться в Проблеме с нашими собственными предками, у себя дома. Мы все знаем об эпидемии Гостей, которая загадочным и ужасным образом, не имея видимого объяснения и решения, поразила Британию. Так разумно ли отбрасывать предположение, что первоначальная причина этой критической ситуации находится не где-то далеко, а, напротив, под самым нашим носом? Почему нельзя допустить, что мы сами будоражим и провоцируем злых духов? Что мы сами каким-то образом открываем врата, сквозь которые призраки проникают в наши мир? На первый взгляд эта мысль может показаться абсурдной, и она до сих пор не имеет достаточно убедительных доказательств, но тем не менее мы убеждены, что и эта теория должна быть всесторонне изучена. И мы твердо верим, что наши исследования, проведенные на другом конце Земли, могут иметь практическое значение для решения великих загадок, которые мы наблюдаем у себя на родине».

– Теперь нам известно, где у нас под боком находятся эти врата на Другую Сторону, – сказал Локвуд. – И мы совершенно точно знаем, кто пользуется этими порталами. Мои родители этого не знали, иначе бы не связывались с Обществом. Ты только представь, как они читают свой доклад в этом проклятом особняке, где повсюду тикают часы. Представь, как они читают – а в зале сидят и внимательно их слушают эти старые хрычи. Брр, Орфеи, чтоб их! – передернул плечами Локвуд. – У моих родителей был широкий круг интересов. Это и приемы общения с мертвыми, и сведения о Другой Стороне, и проблемы параллелей между различными культурами. Они вполне резонно считали, что все это должно вызвать широкий интерес в Британии и, возможно, натолкнуть на пути решения нашей домашней Проблемы. Между прочим, спустя несколько дней после встречи в Обществе Орфея родители собирались выступить с той же лекцией в Манчестере, а затем поехать по другим городам. К сожалению, они были слишком восторженными и доверчивыми людьми и искренне надеялись найти в Обществе Орфея новых друзей и единомышленников, а на деле подписали этим выступлением свой смертный приговор.

Локвуд повернул голову, и мы встретились с ним глазами.

– Это был несчастный случай, – сказала я.

– Учитывая, к каким вещам приблизились мои родители, Общество Орфея было крайне заинтересовано в том, чтобы их лекцию никто больше не услышал. Никто в целом мире, понимаешь? – устало ответил Локвуд. – Это привело меня ко второму открытию. На титульном листе этой книги стоит дата выступления моих родителей с лекцией в Обществе Орфея. Оно состоялось за два дня до их отъезда в Манчестер. Другими словами, за два дня до того, как машина, в которой они ехали на вокзал, превратилась в огненный шар. Совершенно случайно, разумеется. Прошло всего два дня после той лекции в Обществе – и мои родители навсегда исчезли из этого мира вместе со своими необычными теориями, открытиями и догадками.

Он раздраженно бросил книжку на пол.

– Это не был несчастный случай, – сказала я.

– Да. Их убили, Люси.

– И ты думаешь, что Марисса и Общество Орфея…

– Я не думаю, Люси, – твердо ответил Локвуд. – Я это знаю.

IV
Осада Портленд-Роу

17

Несмотря на недостатки в приемах ухаживания за больными, которые применяла Фло Боунс, – а в их число, если заглянуть в спальню, где лежал Джордж, входило полное безразличие к чистоте, свежести воздуха и своевременной перемене повязок, – нельзя было отрицать, что они оказались плодотворными. Во всяком случае, тем утром Джордж уже сидел в постели, обложенный со всех сторон подушками и в накинутом на плечи лучшем домашнем халате Локвуда. На коленях у Джорджа криво стоял поднос с пирожными. Лицо… Ну, на лицо его пока лучше было не смотреть, оно все еще было пурпурно-синим, как спелая слива, и на этом фоне ярко выделялся белый компресс на левом глазу. При этом Джордж каким-то образом ухитрился удерживать на распухшем носу треснувшие очки и был похож сейчас на пожилую сову, недавно проигравшую в поединке с дятлом. Впрочем, здоровый глаз Джорджа был открыт и смотрел вполне осознанно, и этого хватило, чтобы я, присаживаясь на краешек кровати, как идиотка заулыбалась во весь рот.

– Подумать только! – воскликнула я. – Ты жив, пришел в себя, уже сидишь наворачиваешь пирожные, и все такое!

– Не так громко. – Голос у Джорджа окреп, но все еще звучал словно наждачная бумага, которой чистят сковородку. – Разбудишь бедняжку Фло. Это она постаралась.

Слабым кивком головы он указал на угол комнаты, где в гнезде из смятой одежды спала Фло в своей никогда не снимаемой синей куртке. Спала Фло на спине, согнув колени и подложив руки под голову. Синюю куртку, как уже было сказано, она оставила на себе, а вот свою вечную соломенную шляпу сняла, и теперь шапка спутанных волос цвета грязной соломы делала голову Фло похожей на выброшенную на берег и ставшую бесформенной морскую звезду. Глаза Фло были закрыты, дышала она глубоко и ровно.

Вошедший в комнату вместе со мной Локвуд присмотрелся к гнезду, в котором спала Фло, и удивленно заморгал глазами:

– Погоди! Это что, мои джемперы?! И мои лучшие рубашки – вон там, прямо под ее грязными ботинками?! Вы что, опустошили весь мой гардероб?!

– Но ей же нужно было что-нибудь подложить под себя, – сказал Джордж. – На голом полу спать жестко, ты же сам понимаешь.

– В сушилке два запасных пуховых одеяла, могли бы их взять!

– Ладно, не кипятись, проехали. Некогда было эти одеяла искать – Фло и так всю ночь со мной возилась и к утру уже валилась с ног. Так… пожалуй, пирожных я наелся. – Джордж медленно отодвинул в сторону поднос и спросил, изучая своим здоровым глазом наши с Локвудом синяки и царапины: – Что это с вами? Решили меня переплюнуть, что ли?

– Да так, сходили прогуляться ночью, – беззаботно откликнулся Локвуд. – Заодно принесли тебе подарок. – Он положил на покрывало перед Джорджем копию «Оккультных теорий» в черном кожаном переплете. – Думаю, эта книжка стоит пары-другой царапин.

Нижняя часть лилового лица Джорджа изобразила нечто вроде улыбки.

– Рождество еще не скоро, а вы уже с подарком! Спасибо… – Он погладил книжку ослабевшей рукой и спросил: – Откуда? От «Фиттис» или из «Орфея»?