Последний крик банши - Юлия Журавлева

— Еще пара шагов, и они нас почувствуют, — тихо сказала банши, но все услышали. Ее шепот резал пространство.

— Тогда подходим вплотную и действуем, — предложил капитан ударников. — Быстро.

Банши взглянула на своего инквизитора, Максим кивнул: раз пошли — надо идти до конца.

За пару секунд ход удлинился и углубился вперед, банши преодолела его мгновенно, а потом совершенно нечеловеческим движением, змеиным броском оказалась наверху завала. Еще через секунду скрылась из виду. Настала очередь инквизиторов.

Макс запрыгнул на обломки следом за Ильей, ударники тем временем уже вступили в сражение с людьми. Или не с людьми? Младший лейтенант помедлил, приглядываясь. В человеческих оболочках сейчас находились создания смерти, вот уж точно аномалия.

Отовсюду звучали выстрелы. Прикрываясь заложниками как щитами, одержимые духами теснили инквизиторов, имевших четкий приказ: минимум жертв. Тех, кто не успел выставить вперед людей или кому попросту не хватило заложников, изрешетили пулями. Кровь текла отовсюду, но одержимые не замечали ни боли, ни ран. Они, как зомби, продолжали бросаться на отступающих инквизиторов и спецназовцев. Только нападали не в пример быстрее и ловчее.

Хорошо, что заминированный участок остался позади. Там сейчас работают саперы. Но оглядеться Макс толком не успел. Выскочивший из-за обломков одержимый сразу бросился на Аверина. Удержать равновесие, когда в тебя влетает здоровая туша, — та еще задача, и Максим завалился на спину, больно ударившись о камни. Человек вцепился руками ему в шею, да так, что инквизитор всерьез испугался, а не сломает ли ему напавший кадык. Разжать пальцы не получалось, в глазах начало темнеть. Инквизитор сосредоточил в руках свой дар и пропустил его через одержимого, но тот будто и не почувствовал. Чертовщина какая-то! Не могут быть существа смерти настолько невосприимчивы!

«Катя!» — Максим хотел позвать вслух, но не вышло. Правда, призыв все равно удался.

Через мгновение нападавший разжал пальцы, обмяк и придавил его сверху. Максим с трудом выбрался из-под бездыханного тела, наткнувшись на равнодушный взгляд банши. На языке вертелись упреки, почему она не помогла раньше, если могла. Но потом осознание простой истины — именно одержимые духами для нее сейчас свои — расставило все по местам.

— Почему сила инквизиторов не работает? — потирая шею, хрипло спросил Макс у женщины.

— У тел обычных людей высокая сопротивляемость вашему дару. До духов почти ничего не доходит, — ответил равнодушный неживой голос.

— А почему их не берут пули?

— Духи слабо связаны с телом, они не воспринимают боль.

— А людей, в которых вселились духи, как спасти?

— Экзорцисты смогут провести обряд изгнания.

— Боюсь, нас перебьют раньше! — Максим видел, что, несмотря на численный перевес, инквизиторы отступают под натиском не желающих умирать существ.

— Я могу уничтожить всех разом, — так же равнодушно предложила банши.

Макс сглотнул:

— А люди? Владельцы тел?

— Всех. — Взгляд банши, до этого ничего не выражавший, сверкнул.

Аверин смотрел на знакомую и одновременно незнакомую женщину, понимая, что, будь ее воля, она с удовольствием убила бы здесь всех поголовно, включая и самих инквизиторов. И это пугало.

— Нет, не надо. Мы справимся так, — принял решение младший лейтенант. Банши, как зверь, попробует крови и не сможет остановиться. А ему слишком дорога эта женщина, чтобы потерять ее. И чтобы позволить ей потерять себя. — Возвращайся, как ведьма ты мне нравишься больше, — улыбнулся инквизитор.

— Это приказ?

— Нет, просьба. — Максим надеялся, что до приказа не дойдет. И не потому, что за приказ придется платить желанием, а потому, что каждый приказ будет все сильнее отдалять их друг от друга.

Прошло несколько секунд, прежде чем он увидел, как меняется аура банши. Темный цвет уменьшается и втягивается внутрь медленно и неохотно, и его заменяют светлые живые цветы.

— С возвращением! — выдохнул Макс. Он до последнего не верил, что дочь смерти к нему прислушается.

— У меня есть план, — с ходу предложила ведьма. — Давай как в прошлый раз. Я выпускаю волшбу и приманиваю всех духов, они никогда не бывают сыты. А вы берете всех в кольцо и выпускаете очищающую силу. Только надо прекратить огонь.

— А ничего, что наша сила ударит и по тебе?

— Переживу, — отмахнулась ведьма.

Макс достал рацию и изложил план, пока Катя карабкалась по камням на возвышение. Банши двигалась ловчее и быстрее.

Екатерина встала во весь рост на одном из выступающих обломков: было страшно, очень страшно. И от высоты в пару метров над обломками с торчащими прутьями арматуры, и от предстоящей реализации задумки, и от свистящих в непосредственной близости пуль. Но ситуация требовала решительных мер, и ведьма резко выдохнула, выпуская вокруг себя волшбу. Концентрация силы была такая, что начали проскальзывать искры. Запах озона, как после грозы, щекотал ноздри, восприятие обострилось. В этом было что-то кружащее голову и застилающее сознание. Стоя на вершине серой бетонной скалы, ведьма забыла про сомнения и страхи. Она широко развела руки, из которых лилась чистая жизненная сила. И все это на глазах множества людей и инквизиторов. Наверное, никогда еще Катя не чувствовала себя такой сильной и свободной. Ощущение не портили даже карабкающиеся к ней люди, тела которых захвачены совсем не дружественными ей существами. Сколько их было? Тридцать, сорок, пятьдесят? Жадные, с горящими глазами, пытающиеся урвать себе побольше, полыхающие ненавистью и злобой. Толкающие и пихающие друг друга. Ведьма невольно поморщилась, она понимала, что это не люди и в них нет ничего человеческого, но все равно стало мерзко от касающихся ее рук. Когда же это закончится? Боковым зрением женщина видела, как их берут в кольцо инквизиторы, она внутренне сжалась и приготовилась к удару. Правда, Катя не учла одного: к такому нельзя подготовиться.

Когда инквизиторы ударили, ведьма каким-то чудом не рухнула со своей вершины. Это было похоже на тысячи игл, одновременно впивающихся в тело. Очищающая сила жалила и жгла не хуже демонического огня. Катя взвыла, чувствуя, что еще немного — и она сорвется на крик. Правда, ее вой утонул в визге и истошных воплях духов… Освобожденные люди оглядывались, не понимая, что происходит, почему они здесь находятся и куда лезут. Потихоньку все оставшиеся в живых успокоились и начали расходиться, кроме ведьмы, которая сидела сжавшись в комочек и обхватив себя руками. Ее до сих пор трясло, накопившаяся слюна не проходила через сжатое спазмами горло.

— Иди сюда. — Максим обхватил ее и потянул на себя. — Давай спускаться, я тебя придерживаю.

Спуск занял вечность. Медленно, чтобы не сорваться, и опираясь на инквизитора, женщина сползла с обломка. Но сил на то, чтобы идти дальше, не было. Слишком много она отдала духам, а потом еще попала под инквизиторское воздействие.