Обернись!.. Часть вторая - Ирина Арина

– Очень важное уточнение. Спасибо, Арри. Сейчас уберусь, – голос Алдариэля звучал слабо, но ровно и спокойно, а в глазах что-то погасло, что-то очень дорогое для меня. – Огонек, с кем ее… соединили?

   Он расстроился! Совершенно точно! Решив, что меня соединили с кем-то из Младших, Алдар расстроился. От этой мысли хотелось петь и летать.

– Ее – ни с кем, – ясность Огненный вносил загадочными путями. – А вот она…

– Она? Сама… Что ж, возможно, так лучше для всех.

   Алдариэль приподнялся, опираясь на локоть. Он что, реально собрался встать и уйти? Ну уж нет! Толкнула его обратно на подушки и для надежности еще придержала рукой.

– Лежи спокойно! Ни с кем я не соединенная. Фаарр, а ты… Вот зачем?

– Что? Если бы некоторые психованные дослушали до конца, а не делали дурацких выводов, то уже знали бы, что другие психованные ради них послали к мандрагорам ползучим все прелести небесной жизни.

– Фаарр! Зачем? Решили же, что не будем. Алдар, куда ты опять? Фар, объясни ты уже все!

– Действительно, Огонек, объясни. И сесть помоги.

   Мы помогли Алдариэлю устроиться полулежа и Огненный в своей обычной манере выложил события прошлой ночи. Время от времени я притормаживала его нарочито неумеренные восторги по поводу моего героического отказа от перехода в Высшие сущности.

– Запределье какое-то. Все равно до конца не пониманию, как это получилось.

– Да мы и сами не все понимаем. Есть надежда, что объяснят. Завтра Мар идет ко мне в гости. С ней хотят поговорить, а здесь стало слишком много народа.

– Кто?

– Отец.

– Одна?

– А как ты себе это представляешь? Перенести я ее не могу, келпи туда не пойдут. Выход один, проведешь по тропе. У тебя еще сутки, восстановишься и вперед.

– Не успею.

– А ты постарайся. У тебя лекарство под боком.

– Огонек!

– Что, Дар? У вас спарка работает, я же вижу. Она на тебя даже без… интимных подробностей влияет. Поваляетесь еще рядышком, пообнимаетесь, должно хватить на прогулку.

– Ладно, проехали. Что в Аршансе?

– Тишина и покой. Прощальная закрыта, только маги толпой следы ищут.

– Найдут?

– Обижаешь. Высокая комиссия в трауре и рвется к Миреду на прием. А ему не до них. Амина вчера на кармаге с обрыва улетела. Теперь в гипсе по самые пятки, а безутешный папочка рыдает рядом. ЛОХИ роют носом землю и трясут всех, кого могут, по вопросу, почему не сработала защита. За последние хрен знает сколько лет, это первый разбившийся кармаг. Так что отдыхай спокойно, им сейчас не до тебя.

   Я ликовала. День получился просто замечательный. Алдариэль почти в порядке и еще целые сутки могу быть только с ним. Великие выполняют свое обещание, не расплатившихся за Тайрина осталось всего двое. А завтра я увижу, где живет Фаарр, и встречусь со Старшим, и того и другого мне очень хотелось.

   Огненный предложил мне на выбор немного поскучать в тишине, пока они обсудят кое-какие свои дела, или погулять с полчасика. Я выбрала прогулку. Сходила в душ, поболтала с Тайриниэлем под кофе и сигарету, дома оставались только он и Шерин, остальных Ваади увел на берег. Потом Фаарр позвал обоих эльфов присоединиться к тайному совещанию. Я немного погрустила в одиночестве, зачем-то заглянула в пустой лазарет, взяла себе еще кофе и, прихватив звукохран, с ногами забралась в кресло. Под музыку незаметно задремала. Совсем немножко. Так, что проснулась уже в объятиях спящего Алдариэля. Немного полежала, прислушиваясь к его дыханию, и решила, что брюки с футболкой мне определенно мешают, не дают чувствовать его каждой клеточкой. Осторожно выбралась, ликвидировала досадную преграду и нырнула обратно.

– Согласен, так лучше.

– Ой! Разбудила… Я не хотела, ты спи еще. Или что-то хочешь? Я принесу.

– То, чего я хочу, пока не получится.

– А чего… – глупый вопрос успела оборвать, его ответ весьма наглядно упирался мне в бедро. Задала умный: – Последствия перемагичивания?

– Последствия тебя. Просто полежи тихо, не двигайся. Сейчас успокоюсь.

   Да? А если вспомнить слова Фаарра про лекарство и спарку, то успокаивать это надо не неподвижностью, а строго наоборот. Пошевелила ногой.

– Арри! Я же просил!

– Да? А я не слышала. Со слухом что-то.

   Скользнула рукой по груди, животу. Напрягся.

– Арри, прекрати.

– Не-а! Не слышу.

   Лизнула ключицу.

– Арри! Пожалуйста! Меня сейчас ни на что не хватит.

– Зато меня хватит. Ты лежи, я сама.

– Как сама?

– Вот так, – толкнула на спину, встала над ним на колени и провозгласила: – Сопротивление бесполезно, Ваше Высочество. Вы в руках коварной соблазнительницы. Расслабьтесь и получайте удовольствие. Если у меня получится, конечно. Алдар, ну правда!

– Ну, давай, коварная соблазнительница, – от усмешки, перешедшей в улыбку, совершенно невозможную улыбку, сердце забилось с вдвое быстрее. – Отдаю себя в твои руки. Надеюсь, опытные?

– Не надейся. Но я быстро учусь.

   Все наши прошлые разы доминировал Алдариэль. В его, уж точно опытных руках, я лишь шла к вершинам наслаждения. Теперь все было наоборот. У него едва хватало сил на слабые объятия и легкие касания, зато из меня энергия била ключом. Нижнее белье улетело на пол вслед за одеялом. Я с удовольствием изучала его тело глазами, руками, губами. Он большой, мне хватило надолго. Ответная реакция на мои ласки сводила с ума ощущением власти над таким красивым и сильным мужчиной, пьянила, как хорошее вино, отдавалась сладкими волнами внизу живота. Когда напряжение достигло предела шепнула:

– Позови меня.

 Дождалась чуть охрипшего:

– Иди ко мне, Арри.

и слилась с ним в одно целое. А за мгновение до собственного взрыва взлетела до небес, услышав его стон.

   Отдыхала я, лежа на нем. Пока не вспомнила, что Алдариэлю нужно тепло, а мы слегка совсем раздеты и ничем не укрыты. Моя попытка сползти была слабо, но решительно пресечена.

– Я только одеяло возьму.

– Замерзла?

– Нет, тебе.

– Не нужно. Ты лучше.

   Приподнялась и задумчиво посмотрела на него:

– Это комплимент?

   Ответил совершенно серьезно:

– Нет. Суровая реальность жизни, – и совсем другим тоном, почти шепотом: – Полежи еще. Мне хорошо так.

   Я кивнула. Сколько угодно! Мне тоже хорошо так. Невероятно хорошо. Просто замечательно. Еще бы мозги включались вовремя, а не когда им вздумается.