Обернись!.. Часть вторая - Ирина Арина

– Пап, а почему они вдвоем? Мы с Вадом…

– Вы оба уйдете в стихии. Полное растворение.

– Нет!

– Нет!

– Да, мальчики. Это проконтролируют. Всем вашим друзьям лучше покинуть дом Ваади, чтобы не оказаться в подводной ловушке. Гномов отправляйте в Подгорье, они свою работу выполнили, могут вернуться к нормальной жизни.

– А их примут после всего? – судьба наших гномов меня откровенно тревожила.

– Примут. Фар, Вад, проводите и поставите общий блок всем. Именно блок, полностью память не стирать, если Аршанс выживет, свою долю почестей они должны будут получить. Дриады и эльфы уйдут в Лес, он сейчас пропитан силой, защитит и укроет.

– Уйдут они, как же… Узнают, что Дар и Мар остаются, так их на аркане туда не затащишь.

– А зачем нам оставаться? Мы с ними пойдем.

– Нет, Арри, не пойдем, – покачал головой Алдариэль. – Нас Лес не примет.

– Прости, Мар, – грустно вздохнул Огненный.

– За что? Я не понимаю. Почему не примет? Алдар, ты же свободно туда ходишь. И я сколько раз была. Он меня только в платье не пускает, а так – пожалуйста.

– Машенька, пускает и принимает не одно и то же. К сожалению, защищать и прятать он Вас не будет, а в случае угрозы просто выбросит из себя.

– Это мы с Флэр виноваты, – Фаарр опустил глаза. – Влепили по дурости такое ограничение. Что Лес только для дриад и эльфов. И снять я его сам не могу, ставили вдвоем. За предательство того урода, что из девчонки приманку сделал. Мы тебе рассказывали.

– Да, я помню, в последнюю войну. Поэтому они и Симу не взяли, да?

– Да. Там и оборотни тогда зарисовались. Остальных на всякий случай прицепили. Представить не мог, что все вот так получится. Глупо…

– Да нет, правильно, наверное. Особенно сейчас, нечего там всем подряд ошиваться. Ой, подождите! Это же только мне туда нельзя. Алдару можно! А я дома посижу, кино посмотрю…

– Арри, не вариант.

– Почему? Даже если что-то… Мне Озеро не страшно, а…

– Арри! Прекрати. Это не обсуждается.

– Что? Хорошая же идея. Все в безопасности.

– Бредовая идея. Никто тебя одну не оставит. В Лесу нам делать нечего, будем практиковаться гулять по тропам. Я думаю, тебя к ним для таких случаев и приучали.

– Совершенно верно, Дар. Побродите, посмотрите Аршанс, Машенька его почти не видела. Больше пары часов на одном месте не задерживайтесь, особенно ночью. Поесть и отдохнуть сможете у дриад. В оживленные места старайся не попадать или закрывайся иллюзией, не забывай, что тебя ищут. Зря не рискуй, полностью восстановиться ты не успеешь, времени мало, в случае чего, от прямых столкновений уходи. Машенька, постарайтесь держаться к Алдариэлю как можно ближе, в идеале – вообще не разрывайте контакт, хоть кончиком пальца, но касайтесь друг друга. Не волнуйтесь, все должно получиться. Теперь я вас оставлю. То, о чем мы говорили обсудите здесь, остальным этого знать не нужно. Светлых дней всем.

  О том, что нам на время придется покинуть подводный дом Огненный предупредил всех сразу после возвращения с вулкана, но то, что не все проведут это время в Лесу, уточнять не стал. Объяснил он такой поворот событий только их с Ваади отсутствием по воле Старших и заботой о нашей безопасности. Тайриниэлю и Алиани это явно не понравилось, но оба промолчали, там, где замешаны Старшие не спорят и не задают вопросов.

   Вечером мы последний раз собрались у костра всей компанией. Удастся ли еще когда-нибудь повторить такие посиделки никто не знал. Впрочем, о том, что они прощальные для гномов – тоже. Сказать, положа руку на сердце, что они стали для меня так же близки и дороги, как остальные, я не могла. Тем не менее, от предстоящего расставания было грустно, все-таки я привыкла к шумному гномьему семейству. И непременно буду скучать по грубоватой простоте Бахрапа, энергичной напористости Эмрис, непосредственности и любознательности Гража и Орлис. Но то, что они уходили было хорошо в первую очередь для них самих. Все четверо откровенно тосковали по родному Подгорью, по привычной жизни, по нормальной работе. Да и Озеро стало небезопасным. Даже когда истекут эти семьдесят семь часов и Аршанс не будет предоставлен сам себе, вряд ли нас так и продолжат закрывать от Черной Невесты, скорее наоборот, помогут встретиться с ней. Мамочки! Как же мне от этого страшно!

   В этот же вечер мы с Алдаром и Тайрином отозвали в сторонку Шериниэля и рассказали ему о молчуньях. Шерин не удивился, не обрадовался и не возмутился, он словно окаменел. Потом забрал у Фаарра гитару и ушел подальше. Немного подождав, я уговорила Алдариэля пойти его проверить. Он не отказался, но и слишком приблизиться не дал. Шериниэль сидел почти над водой, играл и пел. Мелодия была невероятно красивой, и какой-то… неземной. Слов не разобрала, но в сплетающемся с чарующей музыкой голосе мне слышалось обещание чего-то прекрасного.

– Его свадебный подарок Оллин.

– Он ее зовет… Алдар, а, вдруг, получится? Вдруг, она песню вспомнит? Его вспомнит?

– Думаешь, это хорошо?

– Конечно. Тогда они хоть так смогут встречаться.

– Как Ваади с Малкой? Честно, для себя я такого не хотел бы.

– И совсем не так. Для Малки ничего не может измениться, а для них – может.

– Может, да. Должно.

– Красивая песня. Очень красивая. Ты знаешь, о чем она?

– Это только они знают. Песни любви не бывают для всех, услышать их можно, понять – нет.

– Как с Пророчеством, да?

– Примерно.

– А ты… Нет, ничего. Шериниэль талантливый, да?

– Очень. За ним все музыканты Аршанса когда-то бегали, просто нарасхват был, любая песня мгновенно выкупалась. Если на афише Шерин – аншлаг гарантирован.

– Я бы послушала.

– А ты слышала. У Огонька все его вещи есть.

– Я же не знала, что это он. Послушаем вместе? Ты скажешь, какие.

– Хорошо.

   Домой Шериниэль идти отказался, так и остался с гитарой на берегу. Ваади заверил, что у него все под контролем и беловолосому эльфу ничего не угрожает.

   Шерин наверху звал свою Оллин, а мы внизу слушали его песни. Все очень разные и все замечательные. Я, правда, слышала их раньше, и они меня трогали и восхищали. Теперь они звучали немного по-другому, но еще пронзительнее. Наверное, личное знакомство с автором накладывало свой отпечаток. Понять, как весельчак, ловелас и, в изрядной степени, безалаберный раздолбай мог создать нечто, столь прекрасное, получалось не до конца. А понять, как человека, в смысле, эльфа, в общем, гения, подарившего миру эту красоту, можно было отдать во власть безжалостных уродов, под бесконечные издевательства и унижения, не получалось совсем.

   Никто из молчуний на призыв Шериниэля не откликнулся. Когда мы утром поднялись на берег, он так и сидел у воды. Фаарр подобрал гитару, восстановил порванные струны и, не глядя, сунул ее куда-то в пространство.