Гробница древних - Мэделин Ру

– Луиза… – услышала я шепот Ли.

– Просто наблюдай.

Пришло время узнать правду. Мистер Морнингсайд должен быть разоблачен. Действительно ли у него возник план уничтожить Мать и меня, а плюс к этому, что было маловероятно, но весьма желательно, покончить с Дальтоном и всеми остальными Надмирцами? В любом случае число тех, кто мог ему противостоять, изрядно бы уменьшилось. Мистер Морнингсайд уперся ладонями в морду пса и коротко простонал. Бартоломео рванулся вперед и… не сделал ничего. Пес не зарычал на него, но и не стал его облизывать. Казалось, Бартоломео сбит с толку. Возможно, это означало, что не существовало ни лжи, ни правды. Может быть, мистер Морнингсайд и сам не знал, какого развития событий следует ожидать, когда я отправилась в Гробницу.

– Довольна? – спросил мистер Морнингсайд, поднимаясь на ноги и отряхивая с брюк шерсть. – Я сообщил тебе все, что знал, а ты сделала то, что я не смог. А теперь уважь старого дурака, расскажи, как все прошло.

– Было… было красиво, потом грустно, удивительно и больно!

В отчаянии я запустила руку в свои спутанные волосы и вздрогнула, потревожив руку в повязке. Неужели я ошиблась в отношении мистера Морнингсайда? Послал ли он меня туда, не зная, что меня ожидает, или со злым умыслом? В конце концов, ответ на этот вопрос значил для меня меньше, чем тот факт, что он ждал до последнего, прежде чем пожертвовать своими горячо любимыми птицами, после того как его друзья и работники, рискуя жизнью, бросились на защиту дома.

– Вы представить себе не можете, о чем меня попросили и что это за место. Там нет никаких ответов, там только скорбь и страдания. Я увидела место, где рождаются боги и куда они приходят, чтобы погрузиться в сон. Я встретила Переплетчика, и это разорвало мою душу надвое. Потом он использовал невинное, чистое существо, чтобы исцелить то, что было повреждено. Я выжила только благодаря тому, что рассказал мне Дальтон, и тому, что я прочитала в его дневнике.

Я отвернулась, чувствуя, что на глаза наворачиваются слезы. Но вдруг внутри звучал голос, голос Матери – сначала мягко, а потом с настойчивостью, которой невозможно было пренебречь.

– Мне жаль, Луиза. – Мистер Морнингсайд на секунду замолчал, и я представила себе, как он задумчиво наблюдает за языками пламени. – Я понятия не имею, как у тебя хватило сил читать о наших отношениях. Это дело… довольно запутанное, если честно. По очевидным причинам такие, как он, и такие, как я, не должны бы сближаться. Хотя, полагаю, я должен быть с тобой честен, ведь так? У тебя передо мной преимущество: теперь ты знаешь мои сокровенные тайны.

Мне стало обидно и грустно из-за того, что его волнуют такие мелочи в день, когда было загублено столько жизней.

– Вам следует знать, что я последняя, кто станет вас осуждать, – заверила я его. – Я могу… легко понять, как можно было безнадежно увлечься Дальтоном. Он был неподдельным и искренним. Любезным и покладистым.

– О да, – усмехнулся он. – Конечно, Дальтон Спайсер был покладистым. До самой могилы.

Я обернулась и увидела, что он смотрит не на огонь, а на меня.

– Все мы рабы своей природы.

– Нет, – сухо возразил мистер Морнингсайд, – нет, не все, Луиза.

– Правда? – Пришла пора забрать то, что он мне задолжал, и двигаться дальше. Необходимо было похоронить Мать и найти место, где можно было бы начать все сначала. У меня появилась одна идея, хотя, возможно, это была идея Матери. – Вы правы. Тогда вы не удивитесь, что я потребую от вас дом и книгу. Вы не изгнали из меня дух Отца, поэтому я хочу получить обещанное.

Ли смущенно переступил на месте, а Бартоломео подошел к нему и уткнулся носом в ногу.

Мистер Морнигсайд расхохотался, потом одарил меня улыбкой, но его глаза оставались серьезными.

– Должно быть, ты шутишь, Луиза. Именно я послал тебя в то место, поэтому, по сути, благодаря мне…

– Разве похоже, что я настроена торговаться? – вырвался из меня безжалостный шепот, который мгновенно стер улыбку с его лица. – Я искренне советую вам не брать на себя ответственность за то, что произошло в Гробнице. Вы всегда предвидите возможные последствия и настраиваетесь на них, но даже вы не были бы готовы к тому, что я узнала и что я пережила. И я сомневаюсь, что вы смогли бы там выжить. Я уже начала раздражаться, и скоро вы узнаете пределы моего милосердия.

Он пристально смотрел на меня, закипая от злости. Его руки, опущенные вдоль тела, сжались в кулаки.

– Луиза…

Услышав кашель, я обернулась и увидела, что источником шума была Поппи. Оказывается, у нас появились зрители – уцелевшие работники, а также Кхент и Фатом, которые наблюдали за нами с безопасного расстояния. Я снова повернулась к мистеру Морнингсайду.

– Вы покинете это место, и оно будет разрушено, – сказала я, кивком указав на дом. – Оно мне не нужно. И никому не должно достаться. Что же касается книги… – Повернувшись к Ли, я смягчила тон, ведь он ни в чем не был виноват. – Ли, ты хотел бы и дальше жить такой жизнью?

– Я… Думаю, да. Да, я хочу продолжать жить, пусть даже таким необычным образом.

– Тогда можете оставить книгу себе, – сказала я мистеру Морнингсайду. – Но вы должны вырвать из нее одну страницу и передать ее Ли. Что он с ней сделает, куда ее отнесет – его личное дело. Если книга своей силой поддерживала так много Постояльцев на протяжении стольких лет, то одной страницы будет более чем достаточно.

Я сунула здоровую руку под локоть Ли и повела его прочь от погребального костра. Огонь уже разгорелся вовсю, охватив испачканное платье миссис Хайлам и куски грубой ткани, которыми я перевязывала ее руки и ноги. В воздух взметнулся столб совершенно черного дыма, из которого образовалась тяжелая туча, нависшая над Холодным Чертополохом.

– А я? – воскликнул мистер Морнингсайд дрожащим голосом, в котором звучало отчаяние. – Что будет со мной?

– С вами? – Я бросила на него только один взгляд через плечо. – Я больше никогда не хочу вас видеть.

Глава 31

Мы похоронили Мать на закате в подземелье под домом. Я надеялась, что, когда особняк снесут, ее корни и ветви оплетут фундамент и превратят это место, которое знало так много боли, во что-то прекрасное.

Я оставила мистеру Морнингсайду дневник, просто положила его на пол перед зеленой дверью, входом в его подземные владения. На обложке я написала последние слова, которые просил передать ему Дальтон: Скажи ему, что я ошибался. Он может стать чем-то большим, чем он есть. Еще есть время.

– Что ты теперь будешь делать?

Ли закончил аккуратно укладывать свои вещи – они все вместились в маленький чемоданчик, с которым он когда-то приехал в Холодный Чертополох вместе с дядей. Мы стояли на дворе, на свежем осеннем воздухе, на следующий день после битвы. Чиджиоке и Фатом погрузили тело Джайлса, плотно завернутое в простыню, в повозку, которая должна была доставить Найлса обратно в Дерридон. Гробовщик не дожил до утра. Дом погрузился в мрачную, скорбную тишину. Мы разговаривали между собой только шепотом. На стол не накрывали ни к завтраку, ни к обеду. Мы сами заваривали себе чай, искали, чем перекусить, и жевали молча, не зная, что сказать.