Прислуга в гостинице духов - Ирина Матлак

Теперь шестое место за столом не пустовало, а в обеденной нас было семеро. Котик, дожидаясь, пока мы доедим перепелов с рисовым гарниром, лениво покуривал любимую трубку и краем глаза косился на насупленного Ная. Дух желания оказался единственным, кто не притрагивался к еде и сидел с таким выражением лица, будто ненавидел целый мир – впрочем, возможно, в этот момент так оно и было. Даже госпожа Санли немного успокоилась, хотя ее ноздри по-прежнему трепетали, а щеки оставались цвета вареной свеклы.

– Хватит жра-у-ть, – в какой-то момент не выдержал Котик. – Обсуждать дава-у-йте. Мне спа-у-ть охота.

Перевернувшись на бок, он подпер пушистую морду пушистой же лапой и обвел всех собравшихся скучающим взглядом. Дольше всего его взгляд задержался на Кирилле, и тот, вытерев губы салфеткой, возобновил прерванный разговор.

Обратившись лично ко мне, он попросил продолжать работать иллюстратором и общаться с Димой. Но чтобы тот не сумел залезть ко мне в голову, предложил защитить мое сознание особой формой магии. Он не конкретизировал, но я заподозрила, что форма магии, о которой идет речь, по сути, является такой же, какая скрывает одно из моих воспоминаний.

– Мне бы хотелось этого избежать, – честно призналась я. – При всем уважении, я не хочу, чтобы кто-то притрагивался к моим мыслям. Даже вы.

– Никто не увидит ваших мыслей, Юля, – опроверг Кирилл. – К тому же я не настолько силен в подобной магии. Будет лучше и гораздо безопасней, если эту задачу выполнит Тэйрон.

Наверное, не следовало выражать свои чувства столь открыто, но я, не сдержавшись, воскликнула:

– Он?!

Да я скорее свои маркеры съем!

Най ухмыльнулся, Герман негромко хмыкнул, а реакцию остальных я отметить не успела, так как Котик неожиданно выпалил:

– Наро-у-д, ко-у-шка очнулась!

Кажется, сначала не только я не сообразила, о какой такой кошке говорит… кошак. А потом словно по щелчку пальцев мысли прояснились и стало понятно, что речь идет о Джее, которая несколько дней лежала без сознания.

Новость взбудоражила всех, и на сей раз даже Кирилл заметно заволновался, изменив своему привычному спокойствию. Раздав нам листки с расписанием дежурств, он извинился и спешно покинул обеденную. Вместе с ним отправился Тэйрон и хотел было пойти Герман, но, уже привстав с места, посмотрел в сторону Ная, затем на меня и решительно опустился обратно.

Я почувствовала себя польщенной. Между работой и мной безымянноборец выбрал меня – просто неслыханно! И приятно.

– А ты? – спросила я у Котика. – Не хочешь пообщаться с кошечками?

Дух-хранитель почесал подбородок и проворчал:

– Я ве-у-рный. Не нужны мне у-сякие…

Мне тут же вспомнилась милая мадам Стью, к которой Котик испытывал самые пламенные чувства, и я непроизвольно улыбнулась.

С уходом Кирилла разговор расклеился, и смысла оставаться здесь дольше не было. Но ситуацию спас десерт, принесенный Вилли на замену перепелам. Им оказались его фирменные пряные кексы, пропитанные имбирным сиропом и дополненные ломтиками хурмы. Никогда не любила хурму, но сочетание оказалось и впрямь потрясающим!

Пока я наслаждалась сладким, остальные явно были не столь довольными. Если Герман сохранял спокойствие, словно бы заменив в этом Кирилла, то между остальными, не считая Котика, повисло напряжение. Очень плотное, наэлектризованное, буквально физически ощутимое! Я не особо понимала, почему после ухода Тэйрона не ушел и Най, – наверное, даже без своего личного присутствия заклинатель продолжал удерживать его в обеденной.

– Значит, карамелька, ты теперь с ним? – кивнув на Германа, усмехнулся дух.

Прожевав, я с долей опаски глянула на госпожу Санли и убедилась, что опасения мои оказались ненапрасными. Если бы взглядом можно было испепелять – от меня бы не осталось и горстки пепла!

– Не важно, с кем я сейчас. Важно, что с тобой я не была и не буду никогда, – прямо ответила я. – По-моему, мы с этим уже разобрались. Ты привык получать, что хочешь – точнее, кого, – но не в этот раз. Смирись уже и забудь. По-настоящему я тебе не нужна, и ты это прекрасно знаешь.

Не представляла, как еще можно убедить его в своей правоте, а еще важнее – показать госпоже Санли, что на ее драгоценного возлюбленного я не претендую.

К счастью, у Ная хватило ума больше ни о чем подобном не заикаться, и через несколько минут управляющая перестала сверлить меня немигающим взглядом.

– Так что там с ребенком? – вновь переключилась она на несчастного духа.

– Да каким, к безымянным, ребенком?! – вспылил тот.

– Нашим, пока не существующим. – Госпожа Санли похлопала густо накрашенными ресницами в откровенном флирте.

Испугалась даже я, не говоря о Нае, которого мне вдруг стало откровенно жалко.

Он отодвинулся от стола вместе со стулом, едва не повалившись на пол.