Паладин Смерти - Михаил Александрович Атаманов

Ворона и Каришки на улицу не выходили и ждали появления наших друзей в своих комнатах. Однако время шло, солнце село, на столичных улицах зажглись масляные и магические фонари, а Сергея и его хвостатой супруги всё не было. Поскольку Ленка и Свелинна ужинать не захотели, я спустился в зал один.

В полутёмном обеденном зале из посетителей кроме меня обнаружился лишь немолодой мужчина, в дальнем углу неспешно попивающий пиво. Портной, судя по нашивке с ниткой и иголкой на рабочем камзоле. При моём появлении он сперва вскочил, словно собираясь убегать в испуге, но рассмотрел меня получше и уселся обратно допивать своё пиво. Такое поведение показалось мне весьма странным, да и вообще непривычно было видеть пустой зал. Обычно в вечернее время во всех трактирах, харчевнях и гостиницах с кухней бывает особенно многолюдно, тут же фактически никого.

— Пусто тут у вас… — обратился я к хозяину зала за стойкой.

— Времена нынче неспокойные, вот народ и прячется по домам, — ответил хмурый полноватый трактирщик, безо всяких вопросов налив мне кружку тёмного пива и пообещав подать горячий ужин через клепсидру. При этом у меня болезненно кольнуло в груди, а в пальцах появился характерный зуд, словно желание скорее обхватить эфес меча. Несильно, но вполне отчётливо. Нежить где-то поблизости? Неужели сам трактирщик, поскольку никого другого поблизости я не видел? Странно, я общался с ним раньше и днём, когда заселялся в гостиницу, и во время обеда, но ничего необычного тогда не чувствовал. Тем не менее, своему обретённому чувству поиска нежити я привык доверять.

— Ты вампир? — спросил я прямо в лоб, уже практически не сомневаясь, что не ошибся.

Мой собеседник вздрогнул и едва не выронил тарелку, которую до этого протирал полотенцем. Испуганно посмотрел на меня и ответил, слегка заикаясь.

— Как вы догадались, молодой господин?

— Работа такая: выявлять опасную нежить и расправляться с ней, я — служитель Богини Смерти. Но если ты неопасен для людей и соблюдаешь законы, то волноваться тебе совершенно нечего.

Такой мой ответ трактирщики волне удовлетворил и даже успокоил.

— Да, господин, я низший вампир, правда не до конца инициированный. Девять лет назад в переулке на меня напал и искусал вампир. Его тогда спугнула стража, меня же откачали и подлечили в храме Латандера. Чудовищем я не стал, человеческую кровь не пью, серебро меня не ранит, — в качестве подтверждения мужчина покрутил в пальцах серебряный цехин, — но вот клыки после захода солнца удлиняются. Ночные твари и нелюди всех видов принимают меня за своего и ходят сюда кормиться. Вон Гленн, — трактирщик указал на покидающего заведение и низко мне кланяющегося портного, — безобидный оборотень-бобёр. Есть ещё парочка низших вампиров-завсегдатаев, несколько оборотней, демониды, призрачная фея, прижившийся в столице трусливый до жути морф. Странных посетителей немного, но они облюбовали моё заведение и ходят регулярно. Люди же похоже как-то это чувствуют и с некоторых пор обходят стороной гостиницу. Да и времена нынче неспокойные, как-то совсем мало стало посетителей, с трудом свожу концы с концами…

Времена нынче действительно были неспокойными, война шла по всей Эрафии. Но я обратил внимание на медальон Двенадцати Богов на шее у трактирщика и решил сменить тему. Собственно, ещё днём я замечал символы преследуемой в Эрафии религии у некоторых столичных жителей, но тогда постеснялся подробно расспрашивать. Сейчас же, раз уж мы всё равно разговорились с «недовампиром», решил задать вопрос об отношении жителей столицы к Новой Церкви, да и вообще текущей ситуации в городе.

— Да чего тут говорить… — трактирщик снова насторожился и оценивающе оглядел меня, определяя для себя, стоит ли разговаривать на столь щекотливую тему с едва знакомым человеком. Но всё же ответил на заданный вопрос. — Как наш Император Гестор Шестнадцатый принял веру в Вечного Отца, так сразу и начались притеснения сторонников Двенадцати Богов. Видимо, нашёптывают Императору эти новые советники, а он слушает их и творит странное. Сперва насильно хотел заставить всех горожан сменить веру, но это едва не вызвало бунт. Тогда Гестор Шестнадцатый запретил службы в будни и малые праздники, а затем и вовсе храмы Двенадцати велел закрыть «до особого распоряжения». Народ ропщет, но против воли Императора идти всё же не решается. Говорят, на днях во дворце Гестора Шестнадцатого состоится большой совет с участием жрецов разных религий, на котором и определится, как нам жить дальше. Но что-то не верится мне, что всё будет спокойно как прежде, уж слишком рьяно Новая Церковь взялась за дело и душит старые порядки.

Всё мне стало понятным. Положение сторонников Двенадцати Богов в Первой Столице было весьма шатким, но их хотя бы не преследовали и не убивали, как в занятых культистами областях материковой Эрафии. Пока не преследовали и не убивали, хотя положение могло измениться в любой момент. Больше вопросов я не задавал, молча без особого аппетита поужинал и убрался в свою комнату, тем более что как раз прозвучали колокола, извещающие о наступлении ночного времени. А Серого Ворона и Каришки всё не было…

***

Осторожный стук в стекло раздался ближе к полуночи, когда я уже устал ждать своих друзей и намеревался ложиться спать. За окном на узеньком карнизе сидела на корточках Каришка. Я поскорее открыл ставни и впустил ночную гостью в комнату.

— А где Серый Ворон? — сразу же поинтересовался я, на что тайфлинг подозрительно затянула с ответом. — С ним всё в порядке? — всполошился я.

— Мой муж жив и более-менее здоров, — Каришка стала подозрительно юлить, а потом предложила позвать Свелинну и Фею, чтобы ей дважды не пришлось пересказывать новости.

Волшебницы уже спали, но очень быстро оделись и переместились в мою комнату. Каришка сразу же после этого принялась рассказывать.

— Если совсем вкратце, то сегодня Серый Ворон стал руководителем столичной Гильдии Воров. Он воспользовался правом авторитетного вора и организовал большое собрание, на котором не сошёлся во взглядах с лидерами столичной гильдии, как оказалось, достаточно давно переметнувшимися к Новой Церкви. Спор вышел жарким, некоторые из присутствующих даже предлагали сдать Серого Ворона и меня заодно за назначенную за наши головы награду. Одного особо ретивого из числа пятёрки руководителей Серый Ворон показательно пристрелил — в законах Гильдии Воров существует исключение насчёт предателей, на которых не распространяется запрет на убийство.

Мы слушали рассказ Каришки, затаив дыхание. Оказывается, пока мы тут отдыхали и прохлаждались в гостинице, наш друг вёл свою войну, на которой кипели нешуточные страсти!

— После этого мой муж вызвал на ритуальный бой оставшихся четверых лидеров Гильдии Воров одновременно. И победил