Визитер - Михаил Шухраев

Санкт-Петербург,

май 2010 года

Иногда все меняет какая-нибудь случайность и ерунда.

Например, то, что Кари не стал слишком долго отсиживаться в Запределье. Причина была следующей. Конечно, в Собачьей Слободе у него был укрепрайон и новый дом — взамен старого, уничтоженного прошлой осенью. Конечно, сунуться к нему мог только кто-нибудь достаточно сильный, чтобы не испугаться милых обитателей Собачьей Слободы. Но сидя в Слободе, не узнаешь никакой информации о том, как обстоят дела на Оборотной Стороне.

А Кари именно этого и хотелось.

Интуиция его не подвела — стоило только покинуть Слободу и уйти через Предел, как туда наведалась делегация О.С.Б.

Интуиция не подвела и оборотня, когда тот отправил с курьершей послание: «Я полагаю, тебя наверняка начнут искать — и сотрудники О.С.Б., и С.В.А. Думаю, уже ищут… »

Но на этот случай у Кари было кое-что припасено — так, на всякий пожарный. «Адские гончие» могут жить на Оборотной Стороне не слишком долго — как правило, несколько недель. Но такого срока бывшему контрабандисту было вполне достаточно. Поэтому он, перечитав послание оборотня и ухмыльнувшись про себя, отправился не в метро, а прошел по той самой Пушкинской улице, так хорошо знакомой Оле. Сперва спустился в небольшой магазинчик в подвальном этаже. Затем зашел во дворы, поднялся на чердак одного из домов.

Здесь еще до прошлой осени была его тайная ухоронка. Как правило, этот чердак посещался местными дворниками раз в год, а бомжи о нем знали не слишком-то хорошо. Оставалось одно — сделать ключ. На это способностей Кари хватало.

За дверью раздалось шевеление и глухое ворчание.

— Сейчас, Макс, сейчас. Все у нас будет в порядке, — говорил он.

Стоило только открыть дверь — и на бывшего контрабандиста налетел самый настоящий сгусток угольно-черной тьмы. Налетел не просто так, а с тихим ворчанием.

Кари погладил шерсть собаки.

— Ну, куда ж я без тебя! Ты же обратно в свой мир не попадешь, — говорил Кари, гладя жесткую шерсть зверя. — Поешь вот, подкрепись, нам с тобой ночь здесь пересидеть. Ищут они меня, сволочи! Ща найдут, конечно!

Насколько велика опасность, контрабандист не подозревал. Больше того, он надеялся на совсем иное: истинный убийца уже отловлен по его наводке (впрочем, Кари предпочел бы, чтобы мантикор бежал — куда-нибудь подальше, желательно — в другую страну), О.С.Б. готов окончательно простить Кари. Случай с господином Юном они, пожалуй, спишут — сотрудникам О.С.Б. такие типы поперек горла.

Кари скажут что-нибудь вроде «иди и больше не греши!» (как же, разбежались!), а заодно — возьмут его под защиту от С.В.А. Что ж, так будет правильно, и все окажутся довольны — кроме оборотня, конечно. Но тому и поделом — ведь мог бы сразу снять с Кари чертов ошейник — и получить вполне искреннего союзника! Так ведь нет — решил, видите ли, затеять игру «ты мне — я тебе… может быть… когда-нибудь потом…» Вот пускай сам и отдувается.

Именно с этими мыслями Кари и решил отдохнуть.

О промахе второй курьерши и о том, что его ДЕЙСТВИТЕЛЬНО начали разыскивать всерьез, Кари не догадывался. Тем более, не могло ему прийти в голову, что на его поимку брошены практически объединенные силы С.В.А .и О.С.Б. И чем это может обернуться для него, он тоже не знал.

Дмитрий Сухарев из силового подразделения С.В.А .Петербург не очень любил. Как-то гораздо больше нравилась ему первопрестольная. Но оснований для перевода в столицу не было. Впрочем, он старался рассчитывать на лучшее. Например, взять и отловить человека, на которого С.В.А .получил вчера ориентировку.

От кого получило — это отдельный и непраздный вопрос.

Достаточно было вчерашней сцены, когда сам главный босс московского С.В.А .провел им смотр.

— Ну, орлы, кто готов в бой? — шутливо спросил Лукманов выстроившихся оперативников.

Понятное дело, с кем именно затевался тот самый бой. Давно было пора приструнить кое-кого — мало того, что эти кто-то распоясались окончательно, они еще и «силовые акции» устроили! Против наших! Ибо, если не они — то кто же?!

Среди молодых оперативников было достаточно тех, кто все еще продолжал верить — ликвидировать О.С.Б. нужно во имя свободы, добра и будущего процветания. Старшие коллеги посматривали на такое рвение с усмешкой, но разочаровывать не спешили: лет десять — и сами все поймут, коли живы останутся.

— Ну, значит, и пойдете в бой, — довольно улыбнулся Лукманов. — Вместе с заклятыми друзьями. На одной, так сказать, стороне баррикад.

Вот это было совершеннейшей неожиданностью. Но приказ есть приказ, а сам московский шеф так хитро усмехался, что было понятно — союзничками С.В.А .Отряду «Смерть бесам!» суждено быть недолго. До тех пор, пока не отыщется убийца. А там еще посмотрим, к кому и к чему он причастен.

Оказалось — причастен, да еще как! Не ликвидировали его вовремя — вот и творит непотребства. И если этого типа отловить, с ним очень хорошо разберутся. Да еще и спасибо скажут — и питерское отделение С.В.А .сделает первый шаг к победе после множества поражений. А уж тот, кто поймает, будет вознагражден.

Да только где ж его поймать!

Каждому из оперативников дали район патрулирования. Дмитрию достался самый центр города — Пушкинская, Лиговский и прилегающие переулки. Но это было почти безнадежной акцией. Он вздыхал про себя, ожидая звонка мобильного с командой «отбой тревоги».

Ничего иного он и представить не мог. Красивой эта акция была только на словах, на деле же заботу о преступнике наверняка возьмут на себя сотрудники О.С.Б., которые будут работать в Запределье. Может быть, и в этом районе. Только что толку — не было у него способностей выбираться в этот мир, который, как было известно, кишел всяческими опасностями. Поэтому он неторопливо обходил переулки, курил на скамейках около памятника Пушкину и грустно размышлял, что этот шанс — увы, не его.

Но час проходил за часом, а мобильник молчал. Как видно, убийца прятался очень умело и успешно. А впрочем, почему бы и нет — он контрабандист, и должен уметь прятаться. Конечно, в случае появления похожего человека оперативникам было приказано его сопровождать и непременно сообщить о местонахождении. Но оперативник понимал — приказ дан на всякий случай, а Лукманов делает хорошую мину при не слишком удачной игре.

Вдалеке слышалась музыка, она доносилась с Невского.

Начиналось шествие в честь Дня города.

И Дмитрий уже почти что решил, что может посмотреть на все, формально не покидая свой пост. Он затушил сигарету, собираясь встать со скамейки — и совершенно неожиданно увидел выходящего из арки дома напротив человека, который вел без поводка огромную угольно черную собаку.

И человек этот был в точности таким же, как в ориентировке. Дмитрий вынул бумажник с распечатанной фотографией, стараясь хоть как-то скрыть дрожь в руках. Никаких сомнений у него не оставалось. И он понял, как можно быстро и без особых хлопот добиться перевода в Москву. И не когда-нибудь в далеком будущем, а сегодняшним вечером!