Визитер - Михаил Шухраев

— Ну… — Верка замялась. — Слушай, а ты не могла бы мне кое-что разъяснить. Там ведь еще и русский сдавать. Ты бы приехала…

— У тебя голова не болит? — спросила Оля.

— Если честно — болит, — призналась Верка.

— Значит так. — Ольга решила, что все же на правах старшей сестры имеет право иногда покомандовать этим суматошным ребенком. — Мы поступим следующим образом. Закрываем учебники — это раз. Одеваемся по погоде — два. Ждем меня на выходе с «Владимирской» — это три. После чего идем вместе проветривать мозги.

— А как же? Я же должна, — попробовала возражать сестра.

— Ты должна быть здоровой и отдохнувшей, иначе никакие экзамены не сдашь! — значительно произнесла Оля, после чего и сама начала собираться.

Да, если бы Оля не знала ничего ни об О.С.Б., ни о С.В.А., ни о магии — то, увидев изменения, произошедшие с Веркой, поверила бы в какую угодно магию. Такого быть просто не могло — и, однако же, было!

Сестра показалась Оле и в самом деле заспанной и не слишком-то здоровой. Поначалу их разговор не клеился — все вертелось вокруг экзаменов, кажется, вокруг них сейчас вращался весь земной шар. Оля с трудом вспоминала школьный курс литературы, догадываясь: сестренке сейчас приходится несладко. Сочинение, дорогие господа — это дело серьезное. Да и все остальное…

Оля вспомнила, что были такие странные времена, когда по одному учебнику для одного класса учились что в Калининграде, что на Дальнем Востоке. И ей показалось, что это было вполне правильно и логично. Теперь же с учебниками творился полный бардак — по крайней мере, так выходило со слов сестры. А с программами — и тем более. Теперь все можно было выбирать — вот только непонятно, зачем.

— Ох, и какой же дурой я была! — говорила Верка, ругая себя саму и время, когда она чаще держала в руках клубный билет-флаер, чем книгу. Теперь приходилось наверстывать упущенное. — Столько надо всего! Слушай, ты объясни, почему говорят, что третья тема — вольная — чуть ли не автоматически снижает оценки? Мне знакомые девчонки говорили.

М-да, год назад знакомые девчонки говорили только про моды да про мальчишек. Наверное, и теперь об этом говорят — только не с Веркой.

— А почему снижает? — непонимающе спросила Оля.

— Ну, считается, что ты не знаешь первых двух, и берешься за вольные рассуждения, — неуверенно проговорила сестра.

— Ага, а если берешься за первые две — значит, не умеешь рассуждать. А будущий физик должен уметь рассуждать. Скажи, тебе самой-то будет интересно писать про «Горе от ума» или про Онегина? Об этом все уже сказано!

— Может, ты и права, — пожала плечами Верка.

Сестры решили пойти к Невскому пешком, благо это совсем недалеко. Конечно, перспектива оказаться в праздничной (и порядком поддатой) толпе Олю не особенно прельщала. Ну да чего не сделаешь ради здоровья родной сестры («И ради собственной независимости», — подумала она). А потом можно будет отправиться куда-нибудь в более тихий уголок города — просто побродить по Петербургу. Ольга уже не помнила, когда она с сестрой последний раз вот так гуляла по городу. Может быть, когда Верка была маленькой.

— Слушай, ты была когда-нибудь у арки Новой Голландии? — спросила Оля.

— Нет, — замялась Верка. — Погоди, там был какой-то клуб, только с другой стороны. Да и там я не была сотню лет.

— Зато я была, — усмехнулась Оля, вспомнив пальбу в том самом клубе.

— Ну ни фига себе! Я учусь, а Оленька по клубам! — Верка звонко рассмеялась, как будто и в самом деле поменялась со старшей сестрой ролями.

— Не просто же так. Как-нибудь потом тебе расскажу. Так пойдем к Новой Голландии?

— Давай. А то я ведь плохо город знаю. Иногда девчонки между собой о чем-то говорят, а я даже врубиться не могу, о чем…

— Это пройдет, — успокоила ее Оля.

Они успели как раз вовремя — к карнавальному шествию. Когда-то, в далекие-далекие времена, на машинах, затянутых алым кумачом, провозили макеты на демонстрации. Теперь все было иначе — по Невскому проезжали актрисы в костюмах «века золотого Екатерины». Напрочь забыв о том, что их предков в «век золотой» пороли на конюшне разные Салтычихи. Поменялось все — только дух казенщины остался. Праздник проведен успешно, галочки где надо поставлены.

Оля поморщилась, глядя на это зрелище.

— Вроде должен быть парад духовых оркестров, — проговорила она.

— Давай посмотрим, — попросила сестра, правда, как-то не очень уверенно — она все еще как будто находилась, в квартире, за учебниками.

Они неторопливо отправились к Адмиралтейству.

По дороге Вера пыталась узнать, кем все-таки устроилась Оля. Ясно, что работа у сестры — хорошая и подходящая, да к тому же, еще и учеба.

— И когда ты все успеваешь? — удивлялась она.

— И сама не знаю, — улыбалась Оля, которая, естественно, не стала делиться с сестрой профессиональными тайнами О.С.Б. «Да уж какие там тайны, — думала она про себя. — Одно-единственное расследование — и то до конца провести не смогла».

Когда они прошли по Аничкову мосту, миновав памятное Оле розовое здание Дома журналиста, позади послышалась барабанная дробь. Оркестры начали свой марш по Невскому.

— Как раз успеем дойти до Казанского, — сообщила Ольга. — Там все будет и видно, и слышно.

Они и в самом деле остановились у бывшего Дома книги, когда первые из оркестров поравнялись с ними. Самым главным во время марша было не заглушать друг друга. Первыми, конечно, шли наши, а за ними выступали иностранные оркестры. Прошли странным, рваным и совсем не строевым шагом итальянцы с перьями на шляпах. За ними последовали голландцы — в яркой форме и меховых шапках не по сезону. Спокойным и медленным шагом выдвинулись вперед финны. У этих форма была серой и невзрачной на вид, зато, когда они начали залихватски отбивать рок-н-ролл на ударных инструментах, стазу стало ясно: байки о наших флегматичных и медлительных соседях — это просто байки и ничего больше.

И в тот момент, когда финны поменяли мелодию и заиграли марш времен Второй Мировой, Оля оглянулась — и оторопела. Шагах в десяти от нее стоял Алекс — правда, не в своем вечном свитере, а во вполне приличной легкой куртке.

— Вера, подожди, я сейчас! — сказала сестре Оля и — сама не зная, зачем — двинулась к Воронову.

Тот тоже заметил ее.

— Та-ак, безобразия нарушаем? — хмыкнул он. — Я так и знал, что ты пойдешь гулять, притом одна и без

охраны. Хочешь на преступника нарваться? Его, между прочим, не словили.

— Ну, во-первых, не одна, а с сестрой, — начала было Оля.

— Того не легче! Еще и девочку подставишь. — Голос Алекса был слегка раздраженным.

— Что-нибудь случилось? — спросила девушка, которой отчего-то расхотелось возражать.