Клуб речников - Ай Рин

– Может, мне с вами в подземные лабиринты ходить? Где-нибудь да пригожусь.

– Вряд ли, – усмехнулся старик. – Не забывай, в тебе чудовище живет. Оно хоть и огненное, но разумное и способно обучаться. Неужели ты думаешь, я позволю демону при обрядах присутствовать.

– Простите, не подумал. Просто я его не ощущаю последние дни, вот и запамятовал.

– Тебе плохо было, значит, и ему несладко пришлось! Вы с ним пока в паре живете.

– Но что же мне тогда делать?

– Я думал об этом и решил: пусть Верея тебя к кузнецам отведет. Скажет, что ты родственник наш дальний. Будешь у них работать, заодно и ремеслу обучишься.

– Ладно, – кивнул парень. – Только я еще плохо разговариваю.

– Так среди людей скорее поправишься.

– В таком случае можно идти.

– Нет, сегодня уже поздно, да и одежу надо тебе подобрать. Не пойдешь же ты в город в этой рубахе. А про свои вещи вообще пока забудь. Нельзя в них появляться, люди решат, что ты – злой дух.

– Хорошо, тогда можно я хоть высплюсь напоследок?

– Валяй! – усмехнулся Яр. – Здоровее будешь!

И он удалился. Глеб вышел на улицу, вдохнул полной грудью свежий лесной воздух и отправился на поляну. Здесь он устроился под высокой березой на мягкой траве и заснул. Мелкие букашки забрались ему в волосы, но он их не чувствовал. Прилетела божья коровка и опустилась на рукав рубахи. Она проползла по одежде и перебралась на руку журналисту. Но не успело насекомое забраться на его палец, как с того вылетел сноп искр и спалил несчастную божью коровку. Обугленные крылышки упали на землю, рядом с Глебом.

Проснулся он оттого, что рядом с ним кто-то засмеялся. Парень открыл глаза и увидел Верею.

– Смешной ты, когда спишь! – заявила девушка. – Разговариваешь сам с собой, бубнишь что-то.

– Неправда! – улыбнулся журналист, поднимаясь с земли и отряхиваясь. – Я сплю тихо, как мышка. Это, наверное, квартирант во мне активизировался.

– Что?

– Ну, монстр огненный во мне разговаривает.

– Вряд ли… энергетические сущности обычно ничего кроме звуков не произносят.

– А мой – разумный попался! – пошутил Глеб.

Только теперь он заметил, что Верея держит в руках какие-то вещи.

– Что это? – спросил парень.

– Одежу тебе отец подобрал. Сказал, что ты должен на наших парней быть похож. Но только зря все это! Тебя сразу отличат, ты совсем другой.

– Почему это?

– Ну, во-первых, худой больно. Ни мышц, ни мяса – кости одни. Во-вторых, волосы у тебя короткие сильно. Наши парни так не стригутся. А в-третьих, ростом ты выдался! Наверное, выше всех в городе будешь. Длинный и тощий… жердь жердью!

– Ну, во-первых, – заметил журналист, – я не худой, а стройный! И не смотри, что во мне мышц не видно, зато я жилистый. А жилы мышцам сто очков вперед дадут! Во-вторых, волосы и отрасти могут, если я тут, не дай бог, задержусь. В-третьих, высокий рост всегда украшал мужчину. Не буду хвастаться, но в наше время я пользуюсь большим успехом у девушек и женщин.

– А невеста у тебя есть или жена?

– Нет! Молод я еще, чтобы о таком думать.

– А сколько лет тебе?

– Двадцать пять.

– Засиделся ты, Глеб, – усмехнулась Верея. – К такому возрасту у нас тут многие по несколько ребятишек уже имеют. Щеку едва восемнадцать исполнилось, а у него уже своя кузница.

– Детей завести – много ума не надо! – огрызнулся журналист. – А кузницу твой Щек тоже, наверняка, не сам строил. Небось, досталась от кого-нибудь… в наследство!

– Ты прав, – согласилась девушка. – Кузницу ему отец подарил, он у него купец богатый. Щеку торговать не захотелось, так он кузницу и получил.

«И тут мальчики-мажоры», – подумал про себя Глеб. Он протянул руку и сказал:

– Ладно, давай одежду.

Девушка сунула ему в руки сложенные вещи и произнесла:

– Спать в избе будешь, но учти: ко мне не соваться! У меня под подушкой дубинка спрятана.

– Ой, напугала! – усмехнулся парень. – Да не переживай, ты не в моем вкусе! Не нравятся мне девушки, у которых отцы колдовством занимаются.

– То-то! Ну пошли, ужин стынет.

Верея завела журналиста в дом и накормила какой-то странной кашей. Крупы в ней не было, и напоминала она скорее густо разведенную в воде муку. Вкуса особого Глеб не почувствовал, но и отвращение еда у него не вызвала. Наевшись, парень поблагодарил хозяйку и пошел подышать свежим воздухом на улицу. В лесу быстро темнело. На небе стали появляться первые звезды. Повеяло прохладой. Где-то вдалеке послышался протяжный волчий вой. «Ну конечно, – подумал Глеб, – здесь же дикая природа! Надо аккуратней себя вести!» Словно в ответ на его мысли неподалеку раздался яростный рев, и что-то огромное и черное начало продираться сквозь кустарник к избе.

– Медведь! – ахнул журналист и в долю секунды забежал в дом и закрыл за собой дверь.

– Верея! – крикнул он. – На нас медведь напал! Сейчас он начнет в двери ломиться!

– Так это ж, наверное, Умил пришел! – обрадовалась девушка. – Значит, все с ним в порядке, а то я уже переживать начала.

– Какой еще Умил? – растерялся парень.

– Брат мой названый! Когда матушка умерла, отец мне медвежонка из лесу принес, вот мы с ним и выросли вместе. А потом он влюбился в кого-то и в лес ушел.

– Кто влюбился? Медведь? – вытаращил глаза Глеб.

– Ну да! Животные и растения тоже любить умеют, и даже камни…

В этот момент снаружи сильно толкнули дверь, и журналист отлетел далеко в комнату.

Большой лохматый мишка ввалился в избу и, громко рыча, уставился на Верею. «Девчонка, видать, совсем спятила от лесной жизни. Он же ее съест!» – мелькнула мысль в голове парня. Он вскочил на ноги, схватил в руки лавку и замахнулся на зверя.

– Не смей! – воскликнула девушка и закрыла собой косолапого.

Глеб опешил, медведь – тоже.

– Поставь лавку на место! – спокойно произнесла дочь Яра. – А ты, – обернулась она к зверю, – успокойся! Этот молодец наш друг, ничего плохого он мне не сделал.

Косолапый заурчал и, косясь на журналиста, уселся прямо посреди комнаты. Глеб медленно опустил скамейку и отошел подальше к окну.

– Знакомьтесь! – как ни в чем не бывало сказала девушка. – Умил, это – Глеб, наш гость из будущего. Он поживет у нас немного, пока отец его назад не отправит. Глеб, это – Умил, мой брат. Мы выросли вместе, и он сильно за меня переживает. Он ушел в лес, и у него своя семья, но он навещает нас с отцом и помогает, чем может.

Журналист тупо смотрел в медвежью морду, и ему казалось, что он сходит с ума. Вдруг зверь поднял лапу и приветственно помахал парню. «Наверное, дрессированный!» – решил Глеб и на всякий случай махнул в ответ.