Жестко и быстро - Владимир Пекальчук

— Я тебе напомню, что «тогда» твое ко мне отношение было далековато от симпатии, а я уже оказался прибран к ее ручонкам. Так что не вини себя. В общем, я собираюсь пройтись по магазинам, составишь мне компанию?

— Конечно! — обрадовалась она.

План мой был очень прост в теории, хотя с реализацией еще предстояло заморочиться.

Мы с Горди сделали неплохой забег в виде спорта под названием «шопинг», при этом я разжился новым телефоном, фонариком и видеокамерой, Горди — всякой мелочовкой. Стеклянные фигурки, пара пластинок популярных исполнителей — да-да, здесь лазерные диски вытеснить винил не смогли — новая модель плеера на дисках, играющего вдвое дольше обычных, новые солнечные очки, часики… Нести все это, как рыцарю, пришлось мне, поскольку наши водители остались на стоянке в начале улицы по нашему же требованию.

Перед возвращением мы сели на террасе в кафешке, заказали мороженого, и я тихо сказал:

— Горди, мне нужна твоя помощь в одном деликатном деле.

— В каком?

— Я хочу, чтобы, как только мы расстанемся, твой водитель пошел на ближайший вокзал. Он должен взять мою камеру и фонарик. Там в коробке я положил деньги, пусть он купит новый телефон и батарейки для камеры, после этого оставит видеокамеру в ячейке хранения направленной наружу и работающей, а фонарик — светящим наружу же. Потом он должен позвонить с купленного телефона на мой новый, номер я записал на коробке, и сказать, что деньги забрал, посылка оставлена, назвать адрес вокзала, номер ячейки и код замка, выслушать ответ, отключиться и выбросить телефон в мусорку. Сделать это надо быстро, за полчаса или сорок минут желательно.

Горди выслушала этот шпионский план с выражением изумления на лице.

— Реджи, и зачем все это?

— Я подозреваю, что за мной не просто присматривают, а внаглую шпионят, прослушивая телефон, в том числе и наши с тобой разговоры. Мне это не нравится, понимаешь?

Она задумчиво побарабанила пальцами по бокалу с мороженым:

— И как твой план поможет это выявить?

— ИСБ обязательно проверят, что за посылка мне отправлена, я отвечу твоему шоферу, что зайду через час, к этому времени они уже заглянут туда, ведь код узнают из разговора. И попадутся на камеру.

— Они могут стереть запись.

— Я приду ровно через час после звонка. Если на записи не будет часового вида закрытой дверцы, прерванного моим лицом, — значит, в камеру заглядывали посторонние, и это могут быть только слушающие мой телефон эсбэшники.

— Они могут стереть не всю запись… — с сомнением сказала Горди.

— Их выдаст продолжительность съемки. Скрыть вторжение невозможно.

— Перемотать пленку чуть назад, поставить на запись и оставить, как было?

— Запись окажется прерывистой в момент, с которого пошел второй сеанс, — раз. Оставить все, как было, нельзя, будет заметно смещение даже на миллиметр — два. Наконец, если перемотать запись назад хотя бы на пять минут — значит, видео между закрытием ячейки и моим появлением будет на пять минут короче реального времени. Продолжительность съемки не обмануть.

— Они поймут, что ты их раскрыл, и могут устроить тебе задержку по пути на вокзал…

— Это равносильно признанию, к тому же запись все равно будет короче.

Она чуть помолчала.

— А ты умный и хитрый, Реджи.

— Разве это плохо?

— Мне нравятся умные.

Я улыбнулся в ответ с видом мужчины, заслужившего похвалу от женщины. Правда, на самом деле на душе у меня не так уж и радужно: верить нельзя никому. Горди — имперский рыцарь из семьи имперских рыцарей, и у меня нет причин верить ей слепо, без проверки. И если она сама сотрудничает с ИСБ — а с ублюдка-пфальцграфа вполне станется и ее подключить к этому делу, — то силки расставлены и на нее тоже.

Ведь план мой на самом деле сложнее, он двухходовый.

Мы с Горди вернулись к стоянке и расстались, она поехала к себе, а я велел Серго колесить неспешно по городу, по самым интересным улицам. За мной машина — стопроцентная слежка. Ребятушки уже и не прячутся особо… наивные.

Заметив какое-то заведение, я спросил:

— А это что?

— Кабаре, — пояснил Серго, — одно из старейших в городе, ему больше ста лет.

— Фигасе! Тормозни, я пойду погляжу, че там ставят и чем кормят.

— Мне пойти с вами?

— Не надо. Ну, то есть, я не запрещаю, только я отдельно, ты отдельно. Вроде мы не знакомы.

— Тогда я подожду вас тут.

Я пошел в кабаре, уселся за столик ближе к окну, чтобы мой хвост хорошо меня видел, минут двадцать пять послушал довольно остроумный диалог двух актеров-юмористов, наслаждаясь кофе и десертом. Затем сунул под чашку банкноту и направился в туалет: пора, позвонить должны через пять-десять минут, а мне к этому времени надо избавиться от хвоста.

Как я и опасался, окна в туалете не нашлось, пришлось импровизировать.

Я подозвал проходившего в сторону кухни официанта и сунул ему купюру в двадцать империалов:

— Браток, выведи-ка меня через служебный вход.

Он не задал мне ни одного тупого вопроса, и минутой позже я оказался позади здания, откуда быстренько свалил, петляя улочками меж домов и не забыв выключить телефон.

Тут у меня зазвонил новый телефон. Я принял вызов и услышал в трубке бесстрастный голос водителя Горданы: деньги забрал, посылка на месте, все путем. Превосходно.

Засекаю время — ровно час. Если Горди не работает на ИСБ и эсбэшники слушают мой телефон — они попадутся, они не смогут не проверить. Если Горди с ними заодно — служба безопасности избежит западни, но тут вступит в действие мой план «Б» и я выведу их на чистую воду. Ну а если запасной план тоже не сработает — значит, я слишком параноидален, мой второй телефон не слушают, Гордана не завербована. Или, как вариант, я просто слишком глуп, чтобы подловить спецов из ИСБ, там ведь тоже умные люди работают, а не кто попало.

Я купил в первом подвернувшемся магазине еще один телефон, дорогую модель за двести империалов, а затем тридцать минут провел в какой-то кафешке недалеко от вокзала, высматривая нужного человека. Вот подходящий парень: лет семнадцать, очки в дешевой оправе, строгий, чистый, но слегка поношенный костюм, тоже дешевый, на голове кепка. В руке портфельчик, видавший времена и получше. Похож на студента, притом бедного, у которого одна надежда — выучиться, получить хорошую, по его меркам, работу и вкалывать на империю или дядю без малейших перспектив, но зато не нуждаясь в самом необходимом. Ну или джекпот, если очень повезет с карьерой. Годится.

Парень заказывает чай и булочку, садится за столик неподалеку. Встаю со своего места и подсаживаюсь к нему.

— Привет, браток.