По краю Вечности - Дарья Гущина

— Откуда такие выводы? — свои сомнения он так и не озвучил.

— Я знаю, куда ведет дорога от Небесного храма, — я невольно поежилась. — И вернуться оттуда сможет только один из Девяти.

— Подробности, Рейсан, — попросил Джаль, придвинувшись ближе.

— Ты сказал, что наизусть знал дневники Трорта, — я незаметно отодвинулась. — Отрывок процитировать сможешь? Любой.

— Ну, знаешь… Столько времени прошло… — и нахмурился.

Я метнула на него быстрый взор из-под ресниц. Джаль, ой, не лги, у тебя отменная память, поэтому ты и был лучшим из нас во времена ученичества… Но, кажется, мои догадки подтверждаются. Подселение иной личности чревато провалами в прошлом. Только… знает ли об этом он сам? О том, что он — уже не просто Джаль, но и кое-кто еще?

По-прежнему хмурясь и подбирая слова, мой собеседник все же припомнил обрывок описания одного из существ, встреченных Трортом, а я следом набросала на чистом «отчетом» листе его внешний вид. И описал Джаль не абы кого, а нашего с Эрашем крылатого спасителя.

— Оно? — спросила я и после согласного кивка Джаля продолжила: — Это яйних, существо эпохи Изначальности. Яйних никогда не прилетал в этот мир — и не умирал здесь. И знают о нем только темные — те, кому он являлся при вызове. И, поверь, он существует, это не плод больной фантазии. Можешь расспросить своего племянника, он с ним встречался. Проверяем дальше?

— Не стоит, — он почему-то сразу мне поверил и не стал дальше цепляться к «рукотворным стражам». — Так куда ведет путь от Небесного храма?

— А откуда в наш мир приходят подобные создания? — вопросом ответила я.

Джаль склонил голову набок, сосредоточенно рассматривая рисунок:

— Порог Вечности?

— Верно. Иначе это место называется долиной теней, или пустошью. Долин не так много, и они образуются стихийно, там, где Вечность прорывает ткань мира, выжигая все живое и оставляя частичку себя.

— Указатель… для Девяти?

— Да. По легенде, они не умирают. И, когда завершалась эпоха, им нужно… уходить. Уступать место следующему. А куда им уходить, если не в Вечность, где полно изначальной силы? Уйти, наполнить себя, чтобы снова вернуться… И в долине теней есть дверь… туда. Это порог.

— И наш храм…

— …не только рассыпающийся, но и самовосстанавливающийся. Сначала его нашел Трорт, а после, по путевым запискам, — я.

Джаль тихо помянул свет и замолчал. Я помедлила и с деланным равнодушием спросила:

— И ты по-прежнему хочешь туда пойти?

— Конечно, — в его голосе послышалась обреченность. — Иначе ожидание нас не отпустит.

— Тогда — держи, — и я сложила к его ногам поясной карман с башенками. — Они твои. Соберете башни в круг, откроете карту, изучите ее — и вперед, и зелья перехода вам в помощь. Я дальше не пойду.

— Пойдешь.

— Нет, — наши тяжелые взгляды встретились. — Не пойду.

— Тебе есть, что терять?

Нет… как и приобретать нечего.

— Да, — я не отводила глаз.

— Врешь, — он улыбнулся. — И я могу это доказать.

Тьма его побери…

— Мне ты ничего не докажешь, как и самому себе, — просто ответила я. — Уходи с миром, Джаль. Уходи, завершай свое ожидание и… удачи.

Он ничего не ответил, но и не ушел, а я не торопила. Но, чтобы отвлечься от его присутствия, достала чистый лист и взялась за отчет. Надеюсь, хоть этот дописаться удастся…

— Знаешь, я скучаю по прежней Рейсан, которая не спрашивала, куда идти. Она просто брала сумку и говорила — пошли, по дороге расскажешь, — Джаль, опершись локтями о колени, рассеянно смотрел, как догорали угли угасающего солнца, зажигая красные огоньки свечей в окнах дома. — Хорошие были времена… Золотые пески, закаты зимних перевалов, рассветы над храмами… Помнишь? Тогда ты не думала об опасности — ты шла вперед, по зову души и поиска. И, знаешь, именно поэтому я тебя и выбрал. Истинный искатель. И только ожидание мира, крылья за спиной, бесконечность под ногами…

— …и предчувствие Вечности, — тихо откликнулась я. Сердце до боли сжала ледяная рука горечи. И еще тише сказала: — Ты так и не понял, Джаль, что в поиски я убегала от себя. Я позволила пути искателя захватить себя целиком, чтобы забыть о мраке. И давила в себе страх и чувство самосохранения азартом отчаяния, чтобы… не натворить бед. Тьма во мне… слишком сильна. И всегда была очень мощной. А поиски помогали — замечательно помогали — не сойти с ума от того, что копилось внутри. Да и за поисками тьма почти не скапливалась. Не успевала. Я всю себя отдавала эмоциями — миру, идее, походу… тебе. Да, я всё помню. То время было моим счастьем…

…как и ты.

— А сейчас я вернулась к тому, с чего началась моя жизнь. С пути тьмы. И теперь он мне близок, как никогда прежде. Я не истинный искатель. Я… двуликая. И темная.

— И мрак спас тебя у Небесного храма, верно? — Джаль посмотрел на меня очень внимательно. — Ты смогла сделать то, чего не смог я, — не поддаться влиянию Вечности.

Я поморщилась. Много ты знаешь о наших с ней отношениях… И спросить бы, как выжил, чем заплатил… Но что-то внутри запретило. И так понятно. Зачем мне очередная ложь? Я невольно опустила взгляд на испорченный рисункам отчет. Неужели это проклятое дело никогда не закончится?..

— Почему ты не хочешь возвращаться на путь искателя? — он снова придвинулся ближе, а я опять отодвинулась.

— Потому что.

— Рейсан… — и посмотрел укоризненно.

Я отвернулась:

— Не всегда то, что ты нашел, это то, что ты искал. Искательство многое мне дало… но отняло еще больше. Я устала терять, Джаль. И искать то, что мне никогда не понадобится, я тоже ужасно устала. Все необходимое всегда было при мне. Больше я ни за чем не хочу гоняться.

— Нет, ты просто боишься. Чего? — он слишком хорошо меня знает… и помнит. И опять смотрит так, что хочется душу наизнанку вывернуть: — Что случилось после Небесного храма? Почему ты побоялась остаться тем, кем мечтала быть?

Я нахмурилась:

— Какая разница? И не смей меня осуждать, Джаль. Я сошла с тропы поиска и перешла на иной путь, который теперь мне ближе, — путь темного. И им я хочу дойти до порога. И давай закончим наш разговор.

И я снова сделала вид, что занята отчетом. Но руки писали, а мысли… Нет, я не боюсь долины и порога и с удовольствием рванула бы на их поиски… но это приговор. И темный сцепился во мне с искателем. Да, я двуликая. И я отчаянно хочу в этот поход. В загадочную долину теней. С ним. Как прежде — вместе. Почти вместе, напомнила моя темная половина. В последний раз. И дней на десять-двадцать. А останусь здесь — будет целая Дождливая луна. И отдых. И дети. Остаться — и передать опыт. И во мрак это ожидание мира. Однажды я смогла его одолеть — после Небесного храма, и смогла спрятаться от него — и от Вечности — в собственной тьме. И смогу одолеть сейчас. Проклятье, что же делать?..