Пророчество Лета - Анна Бахтиярова

Беседа с родителями получилась тягостная. Инэй и Веста не помирились. Держались друг с другом подчеркнуто вежливо, но холодно. Мари с трудом поборола горечь. Перешла на деловой тон под стать Их Величествам. Пересказала разговор с Рофусом во всех деталях, хотя о некоторых предпочла бы умолчать. Она решила, будет ошибкой скрывать угрозы узника и его намерение использовать "дочь" после освобождения.

Разумеется, настоящий отец в восторг не пришёл.

— Рофус сам облегчает мне задачу, — даже через осколок было отлично видно, как сильна ярость Повелителя Зимы. — Я сделаю всё, чтобы он сгнил в подземелье.

— Но свобода — его условие, — напомнила Мари устало.

Взгляд девушки приковался к Весте. Если отец неоднократно извергал проклятья во время неприятного рассказа, то мать не произнесла ни слова. Сидела за столом, сплетя пальцы, и тревожно что-то обдумывала. Изумрудные глаза наполнила тёмная дымка, не предвещающая ничего хорошего. Но кому? Сильване или всем тем, кто ждал спасительного лекарства?

Инэй тяжело вздохнул.

— Неприятная дилемма, знаю. Но Рофуса нельзя выпускать. Веста, что ты думаешь? Он говорит правду? О происхождении яда и его заморозке?

— Скорее всего, — Королева поморщилась. Признавать собственный провал было неприятно. — Заморозка многое объясняет. Увы, мне это и в голову не пришло. Эксперименты по воздействию погодной магии на яды перестали проводить два с лишним столетия назад.

— Почему? — спросила Мари с любопытством. — Яды становились сильнее?

— Иногда, — в голосе Весты прозвучали нотки обреченности. — Но главная проблема в другом. Наши способности изменяют структуру смертоносных зелий, делают эффект непредсказуемым. Однажды простенький яд нагревали с помощью молний. Сосуд не выдержал и разбился. Все десять стихийников в комнате погибли, надышавшись горячими парами. В том числе, два племянника Короля Лета. Заболели и многие другие стихийники в Замке. Они не умерли, воздействие оказалось не фатальным. Но прожили гораздо меньше, чем отвело небо. С тех пор опыт, подкреплённый кровью, не повторяли. Но экспериментаторы Рофус и Элла наплевали на последствия.

— Ещё одна причина не выпускать мерзавца, — припечатал Инэй мстительно.

— Что ты предлагаешь? — Мари подозрительно посмотрела на отца. — Обмануть Рофуса? Сделаешь вид, что освобождаешь его? Это не вариант!

На душе стало мерзко. Да, Сильвана — негодяй. Но не уподобляться же ему!

— Не вариант, — согласился Инэй на радость дочери. — Моё слово не будет ничего стоить, если стану нарушать его ради собственной выгоды. Нужно всё хорошо обдумать. Но сначала я переговорю с Циаби, прощупаю почву, готовы ли абу освободить Рофуса, если не останется иного выхода.

— Не спеши, — посоветовала Веста. — Возможно, "услуги" Сильваны не понадобятся. Есть у меня одна идея, что это за секретный ингредиент. Бабка Эллы с материнской стороны тоже любила эксперименты. Дай мне пару дней проверить догадку.

Бледное лицо Инэя просветлело.

— Думаешь, есть шанс получить лекарство?

Но Веста не разделяла надежду мужа.

— Есть шанс установить состав яда. Что до лекарства, давай не будем забегать вперёд.

— Ты что-то не договариваешь, — вновь нахмурился Инэй.

— Я предлагаю решать проблемы в порядке очереди! — парировала Веста раздраженно.

Глаза Повелителя Зимы гневно блеснули, но он разумно предпочёл не усугублять ссору.

— Два дня, — отчеканил он Королевским тоном. — Потом никаких отговорок.

Веста нехотя кивнула, Инэй крепко сжал губы и, не говоря ни слова, приготовился накрыть осколок "Пути" ладонью.

— Подожди! — остановила отца Мари. — Боюсь, мне придётся добавить вам ещё одну проблему. Я не всё рассказала о поездке на Проклятый остров.

Новые откровения дались труднее предыдущих. Но стихийница понимала: молчать слишком опасно. Она думала о словах таинственного узника всю обратную дорогу. Спрашивала себя, не померещилось ли его обращение. Вдруг обескураженная встречей с Рофусом, она выдумала то, чего не было?!