Магия восстает - Илона Эндрюс

— Я нашла марлю.

— Сначала Десандра, — сказала я ей.

Джорджи повернулась к Десандре.

— Пойдем со мной. Самое время почиститься.

— Но мне нравится моя боевая одежда.

— Если нужно помочь подержать ее, — заворчала я, — я отлично справлюсь.

— Ладно, ладно. — Десандра вздохнула и последовала за Джорджи в ванную. Они захлопнули дверь за собой.

Дулиттл посмотрел на меня.

— Тебя связать?

— Я в порядке.

— Ложись, Кейт. — Кира вошла в комнату, взяла еще одну бутылку стерильного физраствора и марлю.

Я даже не поняла, что сижу. Я заставила себя лечь.

— Отлично. Смочи раны и промой их, слегка надавливая. Убедись, что внутри не осталось грязи, — велел Дулиттл.

— Поняла. — Кира налила физраствор на марлю и начала промывать мою ногу.

— Кэрран говорил, что вы хотели поговорить со мной.

— Я все думал про тот отрывок от Даниила, — сказал Дулиттл. — В частности, про один момент. Там говориться: «Я смотрел, доколе не вырваны были у него крылья, и он поднят был от земли, и стал на ноги, как человек, и сердце человеческое дано ему». При этом там не говорится, что львиная шкура или когти исчезли. Только то, что крылья вырвали, и в этом состояла разница между зверем и человеком.

— Я не понимаю, — призналась я.

— Помнишь, я говорил, что эти существа могут скрывать свою чешую?

— Да.

— Я подумал, раз уж Даниил упоминает конкретно крылья, они могут быть финальной стадией их превращения. Большинство оборотней имеют две итоговые формы — человеческую и звериную.

— И еще боевую форму, — добавила Кира.

— Это нечто среднее между первой и второй, нужно лишь обладать определенной концентрацией, чтобы ее удержать, — сказал Дулиттл. — Я же говорю о финальной форме, которую оборотень удерживать неограниченное время. Я считаю, что наши рыжие знакомые обладают тремя формами: человек, зверь и крылатое существо. Думаю, в своей звериной форме они могут выглядеть так же, как один из естественных животных видов.

Мне это совсем не нравилось.

— Почему?

Дулиттл понизил голос до шепота.

— Помнишь, как я тестировал кровь от отрезанной головы на других образцах крови?

— Да.

— Я брал образцы жидкостей у Десандры. Кровь, мочу и околоплодные воды. Так как я закончил свои исследования за неимением других образцов, я решил протестировать кровь существа, используя кровь и околоплодные воды Десандры, чтобы точно ничего не упустить. Ее кровь дала реакцию. Околоплодные воды — нет. Один из ее детей не тот, кем кажется.

О, Боже мой.

Кира замерла с марлей в руках. Если мы сообщим Десандре, что один из ее детей является монстром, еще неизвестно, что она может сделать.

— Эта информация не должна покинуть этой комнаты, — сказала я.

— Я согласен, — поддержал меня Дулиттл.

Я посмотрела через дверной проем в основную комнату.

— Я ничего не слышал, — отозвался Дерек.

— И я тоже, — сказал Барабас.

Варианта тут только два. Первый вариант — Десандра переспала с каким-то третьим мужчиной, кроме Радомила и Жерардо, что маловероятно. Не смотря на весь ее флирт и скандальные слова, она ни разу ни к кому не приставала, а ее боль во время рассказа о том, как Жерардо выставил ее, была вполне искренней. Она переспала с Радомилом, так как знала о его доброте, которой ей очень не хватало тогда. Второй вариант — либо Жерардо, либо Радомил в свободное время расправляют крылья и развлекаются тем, что воруют караульных с башен.

Если Дулиттл прав, крылатые оборотни могут удерживать человеческое и животное обличие, что позволяет им соответствовать другим оборотням. Это объясняет тот факт, что крылатые твари начали внезапно появляться во дворце — они входили в группу сопровождения Belve Ravennati или Волкодавов, а когда нужно было сражаться, они принимали свой финальный облик. Вопрос на миллион долларов — который клан? Существо напоминало кошку, но это еще ни о чем не говорит.

— Как на счет второго ребенка?

— Это волк, — ответил Дулиттл.

Это тоже ни о чем не говорит. Ребенок двух оборотней играет в генетическую рулетку: он может унаследовать зверя от своей матери или от своего отца. Десандра превращается в волка. Ребенок Жераждо будет волком. Ребенок Радомила может быть как волком, так и рысью. Мы все еще ничего не знаем, если не считать того, что внутри нее растет монстр. Рано или поздно мне придется ей это рассказать. Разве может быть еще хуже?

У двери Мэхон сложил руки на груди и произнес:

— Кто вы?

Ему ответил тихий женский голос. Огромный медведь-оборотень отошел в сторону, и в дверь вошла высокая женщина лет сорока пяти. Темнокожая и изящная, она походила на арабку. За ней следовали мальчик-подросток и девочка чуть помладше.

— Меня зовут Демет, — медленно произнесла женщина. — Меня послал Лорд Мегобари. Исцелить. — Она положила руку на грудь в области сердца. — Целитель.

— Это очень кстати, — сказал Дулиттл, — потому что я не чувствую свои ноги.