Запрещённый приём - Лорел Гамильтон

— Мы с Анитой часто работаем вместе. — Пояснил Олаф. — И я предпочитаю темноволосых.

Последние слова заставили меня покоситься на него. Он улыбался ей так, что его глаза наполнялись теплом. Для меня это выглядело как те проекции каминов с потрескивающим огнем, которые ты смотришь, как телевизор. Симпатично, но не согреешься.

— Всегда было любопытно, как бы я выглядела брюнеткой. — Протянула Кейтлин, улыбаясь ему той улыбкой, которая как бы говорила: «Да, я с тобой флиртую». Она это серьезно или просто подначивает его? Ему вряд ли понравится любой из этих вариантов.

— Брюнетки будет достаточно. — Ответил Олаф, все еще улыбаясь ей.

Она помахала бровями, дав понять, что подначивает его, но, тем не менее, наслаждается процессом. Я смотрела в ее серо-голубые глаза и знала, что пока она не наденет цветные линзы, она все еще в безопасности от жутких намерений Олафа. Это помогло мне немного ослабить напряжение, которое сковало мои плечи.

Очевидно, не я одна хотела сменить тему разговора.

— Вы неплохо деретесь, Блейк. — Заметил Ливингстон.

— Спасибо. Это часть моей работы. — Ответила я.

— Нет, это не так. — Возразил Ньюман. — У нас нет необходимости сокращать дистанцию.

Я посмотрела на него и кивнула.

— Это правда, но я не думаю, что хоть раз участвовала в деле по поимке ликантропа-териантропа, где у нас был бы шанс посадить его в клетку. Обычно мы охотимся за ними, а они — за нами, и мы стреляем в них задолго до того, как им удается подобраться слишком близко.

— Так вы занимались рукопашной для работы? — Поинтересовалась Кейтлин.

— Неофициально. — Ответила я.

— А где вы учились? — Спросила она.

— Тед меня учил. Эм, маршал Тед Форрестер. Он был одним из первых моих наставников, когда я только начинала работать.

— Вы были одной из первых, не так ли? — Уточнил Ливингстон.

— Из первых истребителей вампиров? — Переспросила я.

— Вас так сперва называли?

— Нет, сперва мы были просто охотниками на вампиров. Название поменялось только после выхода закона, согласно которому вампиры получили права и стали считаться гражданами. Нельзя охотиться на граждан, как на животных, так что нас прозвали ликвидаторами или истребителями.

— На Википедии сказано, что вампиры конкретно вас называют Истребительницей. Это правда? — Поинтересовался Ливингстон.

Я кивнула. Официантка с длинными темными волосами, собранными в конский хвост, подошла, чтобы наполнить наши стаканы водой и предложить нам меню.

— Здравствуйте, меня зовут Хейзел. Я буду обслуживать ваш столик сегодня.

Я покосилась на ее бейдж, и там действительно было написано «Хейзел» — имя достаточно редкое, так что наверняка она и была той самой официанткой, которая встречалась с Кармайклом, рабочим из дома Маршанов. Мы ждали так долго не потому, что в этом заведении тормозили с обслуживанием. Мы ждали, когда освободится наша потенциальная свидетельница. Я накинула Ливингстону пару очков. Его роман с менеджером не только добыл нам столик, но и предоставил шанс поговорить с человеком, которого мы искали.

Теперь, когда я знала, кто она, мне захотелось изучить ее получше. Глаза у Хейзел были под стать имени — ореховые (hazel переводится как «лесной орех» — прим. переводчика). Серого в них было больше, чем зеленого, а изначальный карий будто немного потускнел. Интересно, ее родители знали, что у нее будут такие глаза, или она просто родилась с ними? Это вообще возможно? Что-то прочертило морщины в уголках ее глаз и губ — эти линии напоминали грустные скобки, и я бы сказала, что ей не меньше тридцати пяти. И дело было не в цифрах — она просто была из тех, кого жизнь потрепала. Я почувствовала шлейф сигаретного дыма, когда она обходила наш столик. Курильщица, значит. Это старит лицо и кожу. Она наверняка сама не чувствовала на себе этого горьковатого запаха, но я-то не курю, так что для меня он был чертовски заметен.

Я только хотела начать опрашивать ее, как Ливингстон вдруг заказал себе еду, так что мы все тут же уткнулись в свои меню, чтобы по-быстрому выбрать хоть что-нибудь. Сказать по чести, я терпеть не могу, когда меня торопят с выбором еды, особенно в незнакомых местах. В конце концов я сдалась и заказала панкейки, потому что панкейки — это как кофе. Они всегда хороши. Вопрос лишь в том, насколько. Я также взяла себе до хруста прожаренный бекон, апельсиновый сок, стандартную Колу и чашку кофе.

— Думаете, вам хватит столько кофеина? — С улыбкой поинтересовалась Кейтлин.

— Вероятно, нет. — Ответила я.

Она рассмеялась, а я задумалась, флиртует она со мной или просто по жизни такая веселая. Я не всегда могу понять, что женщины со мной заигрывают. Сам факт того, что в нашей полигруппе дома присутствуют женщины, все еще сбивает меня с толку. Иной раз кажется, что если бы у меня не было метафизической связи с Жан-Клодом и еще с полдюжиной людей, которые предпочитают в постели женщин, я могла бы так и не испытать влечения к своему полу. А может, я просто была из тех, кто обнаруживает в себе такое влечение с возрастом.

Олаф взял себе омлет с большим количеством мяса, половинку фрукта и чашку кофе. Интересно, заказал бы он что-то другое, будь у него время изучить меню? Я бы точно заказала.

Когда Хейзел приняла наш заказ и ушла, Ливингстон продолжил разговор так, словно он и не прерывался.

— Значит, для вампиров вы — Истребительница.

— Среди прочих кличек — да. — Подтвердила я, попивая воду. Натэниэл достаточно шпынял меня за то, что я пью слишком мало воды.

— Разве это не выглядит странно на фоне брака с их королем?

— Я тоже так считала, но так уж повелось, что вампиры привыкли бояться своих собственных правил, поэтому я в роли пугала и королевы одновременно буду смотреться вполне естественно.

— Когда мы опросим Хейзел? — Поинтересовался Ньюман.

— Когда поедим. — Ответил Ливингстон.

— Почему еда в первую очередь?

— Ты же вроде служил в полиции до того, как стать маршалом.

— Так и есть.

— Тогда ты знаешь, что лучше поесть заранее, потому что тебя могут вызвать, и придется бежать на задание.

Ньюман улыбнулся и опустил глаза, кивая.

— Не поспоришь. Еда здесь отличная. Я не знал, что вы встречаетесь с Памелой.

— Мы решили, что людям пора узнать об этом.

— Что ж, поздравляю.

— Спасибо, а тебя — с помолвкой.

— Вы теперь все местные сплетни знаете, раз встречаетесь с Памелой. — Заметил Ньюман.

— Уж знаю, но я поклялся, что не стану использовать эту информацию, если только она сама мне ее не скажет, или если чья-то жизнь