Путь к последнему приюту - Андрей Бондаренко

— Что такое?

— Чингиз не может, — подтвердила Лана. — Он ранен. Пулемётной очередью задело…

Через минуту выяснилось, что Хану досталось прилично: одна пуля прошла по касательной, только слегка оцарапав правое бедро, зато две другие вольготно и качественно — почти рядом друг с другом — разместились в левой толстой ляжке.

— Кости не перебиты, — произведя первичный осмотр, сообщила Ванда. — Пули, конечно же, перед тем, как остановиться, с ними повстречались. Но…э-э-э, ничего фатального. Заживёт…м-м-м, скорее всего…. Симон, выдай-ка мне аптечку. А ещё лучше — сразу две…. Спасибо. Сейчас перевяжем раненого, — достала из ножен острый охотничий нож. — Только штанину надо предварительно распороть. Ерунда, прорвёмся…

С дерева спустился Лёха и, отчаянно бравируя, доложил:

— Господин Старший Ангел, вражеская вимана успешно сбита. Рухнула — по моим наблюдениям — в самом сердце Сизых болот. На радость местным голодным анакондам, понятное дело…. Что случилось? — напряжённо уставился на голую волосатую ногу, старательно обмотанную окровавленными бинтами.

— Нормально всё, — заверил тусклым голосом Хан. — Не волнуйся, мой названный брат. Прорвёмся…

— Обязательно прорвёмся, — подтвердил трёхлетний Угэдэй. — Настоящему Страннику сомнения неведомы…

Они дотащили раненого Хана до тёмного прямоугольного провала в светло-аметистовой скале.

Тёмно-пурпурное солнце, наполовину скрывшись за горизонтом, торжественно плавилось своими прощальными лучами.

— Будем прощаться, Симон, — объявил Егор. — Извини, но нам надо торопиться. Другие виманы могут налететь.

— Я всё понимаю. Идите.

— Не забыл, что надо делать дальше? — с трудом оторвав взгляд от бледно-жёлтого лица мужа, спросила Лана.

— Всё помню, — заверил индеец. — Спасибо вам, прекрасная небесная донна, за мудрые советы. Никогда не забуду.

— Не за что, Страж. Удач тебе. Прощай.

— И вам, господа Странники, всего самого хорошего. Прощайте…

Беглецы, включив карманные фонарики, прошли по пещере порядка пятидесяти-шестидесяти метров. Егор тащил, взяв «на мельницу[9]», Хана на плечах.

— Я ненадолго задержусь, — сообщила Лана. — Побег — дело серьёзное, не терпящее суеты и имеющее свои золотые правила. Мол, в частности, все хвосты надо безжалостно обрубать, не ведая сомнений…. А вы, соратники, идите, догоню…

Метров через двести пятьдесят коридор, резко повернув, вывел путников в просторный подземный зал, уже знакомый Егору: светящиеся светло-жёлтые прослойки неизвестной горной породы, идеально-гладкие стены, покрытые изысканными рисунками.

— Давай помогу снять раненого с плеч, — предложил Лёха. — Вот сюда его, болезного. Пусть полежит немного на каменном полу. На животе, понятное дело…. Ага, готово. Как ты, брат мой названный?

— Нормально, — повернув голову набок и подложив под неё правую руку, пробормотал Хан. — Странники — люди терпеливые…

А Угэдэй, заложив ладони за спину, неторопливо ходил по подземному залу и рассматривал картинки: благородных оленей, динозавров, саблезубых тигров и разнообразные НЛО.

— Как-то ты без особого интереса их рассматриваешь, — заметил Егор. — Словно бы уже где-то видел.

— Много раз видел, — подтвердил мальчишка. — Причём, всех. В своих ночных снах…

Вернулась Лана и посоветовала:

— Вы, родные, отодвинулись бы подальше от коридора, по которому мы сюда пришли. Сейчас рванёт. Может пылью и каменной крошкой обсыпать…

— Ба-бах! — прилетели отголоски сильного взрыва.

А ещё через минуту из подземного хода целенаправленно выползло грязно-серое облако, состоявшее из пылевидно-каменной взвеси.

— Апчхи! Апчхи! — тут же разнеслось по залу. — Апчхи!

«Теперь-то понятно, что Лана посоветовала нашему индейскому проводнику», — одобрительно хмыкнул догадливый внутренний голос. — «Мол, подземный ход — после взрыва — обязательно завалит. Удастся ли его раскопать и расчистить? Это вряд ли. Наверняка, «параллельная сущность» приготовит какой-нибудь хитрый и каверзный сюрприз…. Следовательно, руководство Третьего департамента российской Тайной Канцелярии примет судьбоносное решение — старательно искать в первобытных бразильских джунглях второстепенные выходы «параллельной пещеры» на поверхность. Тебе, Симон, и искать. И здесь — не зевай. Мол, без родных и близких больше не слышу Зова. Верните, добрые дяденьки и тётеньки, семью. Всем вместе и искать гораздо сподручнее…. Ну, а дальше, когда вернут, действуй строго по обстоятельствам. Но только хладнокровно, с чувством, толком и расстановкой. То бишь, не надо сразу же бросаться в бега. Подготовься хорошенько. Всё тщательно взвесь. Со старшими обязательно посоветуйся…».

Странники перебазировались к подземным коридорам, украшенным цветными широкими полосами.

— Мне, наверное, стоит пойти с господами Степными? — засомневался Егор. — Чингиз-то ранен…

— Нельзя, командир, нарушать Пророчество, — возразила Лана. — Нельзя, и всё тут. Беду можно накликать. Точка. Поэтому шагай вместе с Лёхой и Вандой в Зелёный Мир, как и было велено.

— А как же вы?

— Ничего, я женщина сильная и выносливая. Дотащу мужа до Жёлтого Мира. То есть, до вольных и бескрайних степей. Своя ноша, как известно, не тянет. Да и Угэдэй мне поможет.

— Она — дотащит, — стоя на здоровой правой ноге и вымученно улыбаясь, заверил Хан. — А вон, как раз, рядом с коридором, отмеченным жёлтой полосой, к каменной стене прислонён чёрный посох-костыль. Кто-то из прежних Странников, видимо, оставил. Подайте-ка его мне, ребятки…. Ага, очень удобная штуковина. Словно бы под меня делалась…. Всё братья и сёстры, будем расходиться. Долгие проводы-прощания — лишние слёзы. Удач вам всем и во всём. Мы ещё обязательно встретимся. Да и не один раз. Расставаться, а потом встречаться — вечный удел всех Странников…

Они разошлись по разным подземным коридорам.

Егор размеренно шагал вдоль широкой изумрудно-зелёной полосы и негромко бормотал под нос:

Путь к Последнему приюту.

Как Судьбы последний шанс.

Заскочил тут на минутку.

Не для вас…

Путь — как путь, дорогой длинной,

Вьётся снежной чередой.

И звенит старинной фугой

Надо мной…

Прежний Путь — был тих и светел.

Оборвался миг назад.

Где-то плачут чьи-то дети.

Старый сад…

Старый сад. И незабудки.

Тени бродят. Где-то тут.

Путь — к Последнему приюту.

Мой маршрут…