Оружейник - Вячеслав Шалыгин

…– Огромная плита? Или даже куб? «Памятник доске пакалей?» – Кирсанов усмехнулся. – И под ним червоточина?

– Вроде того. Грань миров. Переход прямиком в пятое измерение. Без всяких пакалей и разломов. Ты сомневаешься?

– С чего вдруг? Нет, Андрей, верю тебе безоговорочно. Тем более что у меня есть сходная информация. Камохин, Осипов и Брейгель с Орсоном нашли похожую плиту в Улуру. Вернее, в мире, который лежит по ту сторону австралийского разлома. Это первый факт за то, что твой Беляев не врал. Отслоенных или турбулентных миров много, и все они вроде бы разные, но в целом срисованы с нашего. Квестеры проникли в загадочный город и обнаружили там Библиотеку. Представляешь, Библиотеку, в которой есть все книги всех времен и народов! Даже пока ненаписанные. Кстати, о нас в том числе.

– Теперь я понимаю, что имел в виду Беляев, – вставил Андрей. – Он пару раз упоминал Библиотеку.

Мысленно Андрей сделал еще одну ремарку. В подсказке Мастера тоже упоминалась Библиотека.

В начале было Слово, в конце Библиотека…

Они всему Основа, но лишь до Края Века…

То есть надо было понимать, что и наш, «начальный» мир Слова, и миры, найденные группами Камохина и Лунёва, все-таки не главные в системе мироздания – по мнению «серых», конечно. Самым важным был Край Вечности, он же Сапаранти, он же Край Века в рифмованной подсказке Мастера.

Андрей вспомнил последнюю строку подсказки:

Край Века за кормою, а дальше снова Слово…

Опять точное попадание. Мастер знал, что группа вернется в свой мир при любом раскладе. Даже если ее занесет в многомерное пространство. Так все и произошло.

Таким образом, в подсказке не осталось белых пятен, все ключевые слова нашли отражение в реальности.

«Остался только один вопрос: откуда Мастер узнал, что все пойдет именно так? Он лично спланировал всю партию Игры, потому и знал? Пока это самый простой и очевидный вариант, но… что-то в нем не так. Какая-то есть зазубрина на этом лезвии Оккама. И, пожалуй, я знаю какая! Она называется «иерархия». Если все спланировал Мастер, почему по его сценарию играл Беляев? Он ведь выше Мастера по любой табели о рангах. Сценарий написал Оружейник и внушил его Мастеру? Это более логичный вариант, в него четко вписываются все повороты событий, но даже если принять его за основу, вопросов меньше не становится. В первую очередь опять возникает вопрос «Почему?». Почему всемогущий Сан Саныч так круто перетасовал колоду, что в одну сдачу попали настолько разные карты – и мы, и Мастер с Претендентом? Что на самом деле задумали существа из пятимерного мира? Над этим следует еще раз хорошенько поразмыслить».

– Но самое замечательное, что у Библиотеки имелся свой хранитель, – продолжил Кирсанов. – И это не «серый», как можно было предположить…

Кирсанов взял секундную паузу.

– Это кто-то более могущественный, – вставил Андрей. – Вроде нашего Оружейника. О чем я и хотел тебе сказать. В Игру вступила третья сила. А точнее – выяснилось, что Игра изначально придумана третьей силой, а не «серыми», и кое-кто из этой силы себя проявил. Библиотекарь и Оружейник. Если они действительно представители одной и той же силы, это сделано намеренно.

– Возможно. Хотя Библиотекарь не подтвердил свою связь с создателями Библиотеки и Игры. Прикинулся промежуточным звеном.

– И такое возможно, но мне больше нравится версия без лишних звеньев. Есть третья сила, и эта сила придумала Игру. Во всяком случае, Оружейник этого не отрицал.

– Согласен, оперировать предпочтительнее фактами, а не домыслами, но сейчас все факты одинаково призрачны. Поэтому лучше все-таки оставить за Библиотекарем роль промежуточного звена. Если он соврал – ничего не потеряем. Осипов предложил называть этих существ «древними», ты не против?

– Не имеет значения.

– Что ж, дело, с одной стороны, усложняется, но с другой – проясняется. Лично мне становится более-менее понятно, о чем толковал твой Оружейник. Именно грани, а не разломы открывают доступ в многомерную обитель реальных виновников Игры, «древних». А разломы ведут только в смежные миры, – добавил Кирсанов. – И таких граней по одной на каждый мир. Я правильно понял?

– Пока точно не скажу. Зато уверен в другом. Чтобы остановить Сезон Катастроф, нужно найти контакт с этими «древними», а не бодаться с «серыми» или упрашивать их смилостивиться. «Серые», теперь это окончательно ясно, такие же, как мы, фигуры на доске, разве что не пешки, а уровнем выше.

– Да, это я понял. Остается понять, кто такие на самом деле Оружейник и Библиотекарь? Кто из них хотя бы намекнул на правду? Действительно они представители «древних» или оба все-таки лишь наблюдатели, оставленные «древними», чтобы контролировать ход Игры, как это утверждал Библиотекарь? Или один из них «древний», а другой средний?

– Зачем нам это понимать?

– Как это – зачем? – Кирсанов удивленно хмыкнул. – Если мы это поймем, станем на шаг ближе к ответам сразу на три вопроса: зачем вообще нужна Игра, то есть какой в ней смысл, какая роль в ней отведена катастрофам и разломам и где искать ее создателей?

– Здорово, – теперь хмыкнул Андрей, но не удивленно, а скептически. – Но толк от этого будет только в том случае, если над «древними» нет каких-нибудь супердревних и еще большей загадки Сезона Катастроф.

– Согласен. Но что нам остается? Прыгнуть на несколько шагов вперед в этой Игре нельзя…

– Зато прокатиться на «такси», как в «монополии», можно, – шепнул Каспер, прикрыв трубку ладонью. – «Серые» через разломы, а мы через грань миров, раз – и в дамки. А если пакалями брякнуть – карточка «шанс» выпадает. То ли с хорошими новостями, то ли с плохими. Кого-то на Гавайи, а кого-то в Антарктиду занесет. Ну точно, как настольная игра, ни дать ни взять!

– Угомонись, студент! – прошипел Муха и округлил глаза.

– Поэтому, чтобы найти ответы на все вопросы, надо последовательно двигаться дальше, – продолжил Кирсанов.

– Куда? – спросил Андрей. – В Край Вечности?

– Возможно, и туда. Путеводная ниточка у нас есть – грань миров. Ты не согласен?

– Путеводная ниточка, как ты сказал, пока не толще паутинки и сильно болтается на ветру. Чтобы ухватить ее, надо собрать всю информацию, до последней крупинки, и все обдумать.

– Это верно, – Кирсанов задумался, но тут же опять взбодрился. – И все-таки позитив есть! Он в том, что впервые наметилось направление поисков. Болтается ниточка на ветру или нет – вопрос десятый. Главное, мы выяснили, что она есть, и поняли, куда дует ветер. И, знаешь, Андрей, у меня появилось отчетливое ощущение, что это верный след. Может быть, ниточка ведет за пределы нормальной вселенной, но ведь ведет!

– Ты оптимист, Кирилл, – Андрей на секунду замолчал. – Впрочем, я согласен. Остановиться мы не можем, а значит, надо идти до конца. Пусть и за край вселенной. Осталось понять, как нам снова встать на грань миров и шагнуть с нее прямиком в многомерный Край Вечности. Или, если коротко, в Сапаранти.