В цель! Канонир из будущего - Юрий Корчевский

– Тысячу за все камни, и я завтра приношу еще.

– Камни не ворованные?

– Можешь быть спокоен. Так что насчет цены?

– Хорошо, я возьму их у тебя, но учти – почти в убыток себе.

Ага, кто бы говорил насчет убытка. Ни один ювелир себе в убыток скупать или продавать не будет.

Ювелир кивнул головой, слуга вышел и вскоре вернулся с кожаным мешочком.

– Пересчитывать? – спросил я.

Ювелир скривился, как будто уксуса глотнул.

– Можешь пересчитать, но я работаю честно. Ведь мы же еще встретимся, не так ли?

– Так. Завтра тебя устроит?

– Гут!

Я поклонился и, сопровождаемый слугой, вышел. Кобель зашелся лаем, кидаясь и брызгая слюной. Одно радовало – цепь серьезная.

Возвращался я на постоялый двор в хорошем настроении – первая сделка прошла удачно.

В сумерках, чтобы не увидел любопытный глаз, я достал из-за наличника мешочек с каменьями, завернул в тряпицу несколько штук и вернул мешочек на место; туда же сунул и мешочек с деньгами. Пересчитывать их я и в самом деле не стал, но мешочек все-таки развязал и серебро осмотрел. На вид и на зуб – не фальшивка. Судя по оставшемуся количеству камней, мне предстояло еще четыре ходки.

Не спеша поужинал, отметив успех кувшином вина.

Утром я позволил себе выспаться – встал поздно. А куда спешить? Если все пойдет так, как вчера, через четыре дня мне можно будет уезжать. Еще бы обоз попутный попался сразу же, совсем было бы хорошо.

Позавтракав, я отправился в Немецкую слободу.

На мой стук в ворота выглянул вчерашний слуга, без единого слова впустил меня и провел к ювелиру.

Поздоровавшись, я уселся на стул и высыпал на стол камни из тряпицы. Как и вчера, ювелир достал лупу и стал рассматривать камни. Я приготовился к долгому ожиданию. Однако сегодня что-то пошло не так.

Я почувствовал, как от ювелира прямо-таки пошла волна неприязни, страха, презрения. Определить это точно было невозможно. Знаете, как бывает? Встречаешься с незнакомым человеком, которого видишь в первый раз, и тут же возникает антипатия. Вам неприятно с ним общаться. Вот так и я почувствовал – только не антипатию, а более сильное чувство.

Я постарался не выдать возникшего подозрения, но незаметно опустил в кисть руки рукоять ножа, который предусмотрительно сунул в рукав. Оружие – вроде сабли или пистолета – брать с собой неразумно – все равно слуга на входе отобрал бы.

Вероятно, ювелир подал слуге знак.

Я был настороже и только поэтому успел уклониться от дубинки, коей слуга пытался ударить меня по голове. Короткая деревяшка дубинки ударила по спинке стула, сломав ее. Слуга попробовал взмахнуть дубинкой еще раз, но так и застыл с поднятой рукой. Мой нож упирался ему в шею.

– Дубинку отдай!

Слуга послушно протянул мне дубинку.

– Теперь отойди за стол – за хозяина, и не дергайся, а то порежу обоих.

Слуга послушно зашел за спину хозяина и застыл, как статуя.

– Что-то ты не ласково встречаешь гостя, хозяин. Я не грабить пришел – с деловым визитом.

Ювелир сидел с потерянным видом, челюсть его отвисла. Он явно не ожидал такого поворота событий.

– Эй, хозяин! Звать-то тебя как?

– Дитрих.

– Немец?

– Зачем тебе?

– Понять хочу. Вот пришел я к тебе с камнями, а ты напал, как последний разбойник. Знаешь, что на Руси с такими делают? Если не знаешь, скажу – вешают без суда.

Хозяин побледнел, слуга же стоял истуканом.

– Жду ответа!

– Э… э… э… Видишь ли, ты принес в числе других и этот камень.

Ювелир пододвинул ко мне небольшой бриллиант.

– Да, – подтвердил я, – и что?

– Я сам его гранил и узнал свою работу. Было это года четыре назад. Заказал его мне русский купец для своей жены в подарок, и я еще оправил его в перстень. И что я вижу теперь – бриллиант есть, кольца нет. Возникает вопрос – где владелец перстня? Почему он не пришел? Приходит неизвестно кто, неизвестно откуда и хочет продать фамильную драгоценность. Откуда мне знать происхождение других камней – может, их сняли с убитых владельцев. Я не хочу иметь с тобой никаких дел – ты скользкий человек!

После столь бурного монолога лицо ювелира покраснело, он откинулся на спинку кресла и часто дышал. В принципе, на его месте я мог подумать так же.

– Хорошо, я расскажу о появлении у меня этих камней. Я лекарь из Пскова, при нападении шведов на город попал к ним в плен. Когда мне удалось бежать из плена, убив шведа, вместе с его оружием я забрал у него кожаный мешочек с камнями. Сам же я никого не грабил и не убивал. Где взял трофеи тот швед, я не знаю. Поэтому совесть моя чиста.

Ювелир и слуга переглянулись.

– Хорошо, лекарь из Пскова. Я куплю у тебя эти камни, но это твой последний визит сюда.

– Договорились.

Слуга вышел и вернулся с деньгами.

Я сунул мешочек за пазуху, убрал нож в рукав.

Слуга шел по двору впереди, я – метра на два сзади. Кто его знает, что у него на уме?

Когда я уже был за калиткой, рыжий улыбнулся.

– Осторожен ты и опытен. И нож принес, и себя защитить смог. Не похож ты на лекаря – уж больно ловко оружием владеешь.

– Жизнь научила. Не кидайся на людей с дубинками, когда-нибудь напорешься на нож.

Рыжий хмыкнул и закрыл калитку. Вот влип! Кто же мог подумать, что ювелир опознает камень? Теперь придется искать другого покупателя, а это непросто. Ювелиры – не кузнецы, не на каждом углу сидят, и никто не даст гарантии, что и у другого ювелира не будет такого же рыжего слуги с дубинкой. Только сейчас, на обратном пути, пришло понимание грозившей мне опасности и запоздалый страх. Ведь тюкнули бы по темечку, тело сбросили бы в отхожую яму, камни – себе, – и привет. А если бы даже и не убили, а передали городской страже – их двое, иноземцы – им быстрее поверят. Утверждали бы, что я хотел их ограбить, напал с ножом. И разбираться бы никто не стал – ведь видаков двое. Вздернули бы на суку как пить дать. И выходит, что я только чудом выскользнул из лап смерти.

Пару раз на обратном пути я оборачивался. Кто их знает, этих чужеземцев – пойдет слуга следом, проследит, где живу – жди потом служивых из Разбойного приказа.

Мне вспомнился изможденный вид ювелира, и в памяти сразу всплыло: «Как злой Кощей над златом чахнет…» А ведь верно подмечено!

Поскольку время было обеденное – откушал, оставил деньги, взял несколько камней и пошел на торг. Я выбрал самый крупный камень и стал обходить лавки златокузнецов – так на Руси ранее назывались ювелиры. Маленький камень показывать не стоило – его просто могли купить. Большой же стоил дорого – наверняка покажут дорогу к тому, у кого есть большие деньги.