Предсказание эльфов - Кирстен Уайт

Спустившись с крыльца, я набрала полные легкие воздуха и подняла голову. Звезды, холодные и яркие, теперь казались мне близкими, почти родными. Вокруг скользили странные тени и отблески. Теперь я видела все. Передо мной проступил не только каждый лист, каждая травинка на земле, но и нечто большее, то, что раньше было скрыто.

— Эвелин, любовь моя, куда ты идешь?

Рет догнал меня.

— Этот свет и эти тени — откуда они берутся?

— Это пути и перспективы. Я научу тебя управлять ими, если захочешь.

Я не сводила глаз со звездного неба. Подняв свою пылающую руку, я потрогала воздух.

— Здесь что-то есть, — тихо сказала я этим странным, чужим голосом. В этом мире было столько всего неизвестного, недоступного мне прежде. — Дверь…

Рет накрыл мою ладонь своей.

— Не беспокойся о двери, это пустяк. Я сделаю ее сам, ведь ты теперь со мной, с Благими эльфами.

Я снова перевела взгляд на небо. Стоило только присмотреться, как звезды складывались в причудливый рисунок: это были ворота. Странно, что я не замечала их раньше.

— Эвелин, остановись! — В голосе Рета зазвучали нотки паники.

— О чем ты?

— Ты не должна отпускать их вот так!

Я повернулась к Рету, нахмурившись.

— Кого отпускать? Что ты имеешь в виду?

— Души! Они нужны тебе. Ты не должна открывать эту дверь.

— Мои души, — вздохнула я. Я уже успела полюбить их. Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох, стараясь почувствовать их внутри: они мои, мои души, моя энергия. Я была наполнена ими. Но где-то в глубине меня мучило тянущее чувство пустоты: я была переполнена и пуста одновременно. Языки пламени растягивали и сжимали меня: я была наполнена до краев и в то же время мне хотелось еще огня, все больше и больше. — Мне нужно еще, — прошептала я.

— Ну, это можно устроить. Пойдем!

Рет потянул меня за руку. Почему мое прикосновение не обжигало его?

Вдруг невдалеке показался свет. Через пару секунд я увидела машину: скрипя тормозами, она остановилась прямо перед нами и из водительской двери выскочил мужчина. Его душа была бледной, она дрожала и колыхалась, явно клонясь к закату. Я почувствовала необъяснимое спокойствие, умиротворение при виде ее хрупкой красоты.

Из пассажирской двери вышел кто-то еще. Я словно окаменела. Душа Рета, казавшаяся такой красивой, не могла сравниться с этой душой. Она будто наполнила ночной воздух светом, музыкой и легкими волнами, как волнуется поверхность озера от дуновения ветерка. Я успела повидать не так много душ, но сразу поняла, что эта — особенная. Она была мне нужна. Я должна была получить ее во что бы то ни стало.

— Эви!

Я моргнула, стараясь понять, где я слышала этот голос.

— Эви? Ты в порядке? Что он здесь делает?

— Ленд!

Мой Ленд. Все встало на свои места: эта душа принадлежала моему Ленду. Я сжала ладони в кулаки: нет, его нельзя было трогать.

— Что с твоим… Твой голос, он изменился! Это Рет? Что он сделал с тобой?!

Я скосила глаза, пытаясь разглядеть лицо Ленда за его душой. Может быть, взглянув ему в глаза, я перестану так отчаянно желать его душу, я смогу остановиться. Я подняла руку навстречу Ленду.

— Давай, забери ее, — подбодрил меня Рет. — Он ничего не значит. Но поторопись: нас уже ждут.

— Что случилось?

Ленд подбежал ко мне слишком близко. Я прижала руку к его груди: мне хотелось плакать, но я не могла пересилить себя. Эта душа должна стать моей. Я раскрыла свои внутренние каналы и…

И ахнула. В эту секунду, прикоснувшись к душе Ленда, я впервые ощутила свою собственную душу. Она совсем затерялась среди множества других, переполнявших меня. Но она узнала душу Ленда, потому что любила ее, и этого оказалось достаточно.

Я отдернула руку, не успев причинить Ленду вреда. Закрыв глаза, я сосредоточилась на этом ощущении, на ощущении своей души. И тогда я вдруг почувствовала каждую из них, каждую из сотни душ, которые я освободила от Вивиан, чтобы запереть в новой клетке. У меня перехватило дыхание: я узнала душу Лиш. Это была она: нежная, тонкая, она кружилась ближе всех к моему сердцу. Мне захотелось оставить ее у себя навсегда.

Я попыталась подавить растущее чувство вины. Если я отпущу их, я не смогу быть с Лендом, его душа слишком прекрасна. Я сгорю, как свеча, а он останется жить вечно, бессмертный и удивительный. Все будет, как сказала Вивиан.

— Если я оставлю их себе, мы сможем быть вместе…

Слезы струились по моим щекам.

— Кого оставишь? — спросил Ленд, пытаясь заглянуть мне в глаза.

— Души.

— Что?

— Я забрала их у Вивиан.

— Вивиан здесь? — Ленд в испуге огляделся по сторонам.

— Уже нет. — Я грустно покачала головой. — Но души у меня, Ленд, они во мне.

— Что ты имеешь в виду? Ты забрала души себе? — его голос зазвучал настороженно.

Я уже открыла рот, чтобы начать защищаться, объяснить Ленду, почему я не хочу отдавать души. Но, увидев его собственную душу, танцующую передо мной, я поняла, что не могу так поступить. Мы бы не смогли быть вместе после этого. Я не заслуживала его. Вся эта вечная жизнь, бурлившая у меня внутри — она не принадлежала мне. Я не могла просить Ленда полюбить меня такой: все, что я могла ему предложить, была моя собственная душа. Теперь я узнала, что она у меня есть, и этого было достаточно. Я никогда не была пустой.

— Я должна отпустить их, — прошептала я, открывая глаза.

— Отпустить души?

— Им нужно освобождение.

— Не сейчас! — крикнул Рет. В его мягком голосе с золотистыми переливами послышалась злоба.

Я перевела взгляд на небо. Души подталкивали меня изнутри, направляя мою руку вверх.

— Эви! — испуганно позвал Ленд.

Я посмотрела на него сверху вниз: я поднималась все выше в воздух, не в силах остановиться. Если я не отпущу их сейчас, то, возможно, другого шанса уже не будет. Отыскав глазами звездные врата, я с силой вытянула руку вперед — и натолкнулась на преграду. Все кончилось.

— Остановись! — твердо приказал Рет. Мои руки замерли, парализованные. — Ты не должна открывать эту дверь. Если ты отпустишь их, все усилия пропадут зря. Нам нужны эти души! Это не та дверь.

Я сосредоточилась, мысленно приказывая душам переместиться в мою руку. Огонь засиял еще ярче, превращаясь из золотого пламени в белый, ослепительный поток света. И вот, продолжая отчаянно бороться с силой слова Рета, я подняла один-единственный палец и прочертила в небе несколько тонких линий. Мой палец оставлял за собой полоски белого света — и вскоре звезды сложились в сияющие ворота.