Меч Валькирии - Игорь Конычев

– Так что там, за горами?

– Откуда ты знаешь, что мы пришли из-за гор? – Ульв сразу же помрачнел.

– Конунгу многое ведомо, – уклончиво ответил Кнут. – Но ты не напрягайся, завтра сам и спросишь. Лучше скажи, что там?

– Жизнь, – пожал плечами Пеплогривый. – С виду похожа на ту же, что и здесь.

– Расскажете?

Ульв с Кристиной переглянулись, и девушка кивнула, показывая, что не имеет ничего против. Но, как оказалось, спутник смотрел на нее не только в ожидании одобрения: по-прежнему не самый разговорчивый мужчина уступил право поведать их историю Кристине.

Девушке не оставалось ничего, кроме как начать свой рассказ – она видела в этом единственный способ хоть как-то расплатиться за гостеприимство. Немного поразмыслив, Кристина рассказала все начистоту, разве что умолчала о своем происхождении: если визиты богов здесь были в порядке вещей, то гости из другого мира едва ли захаживали часто. Поэтому девушка немного исказила историю, сказав, что получила силу от умирающей валькирии – так было проще и понятнее, да и суть рассказа от этого не сильно менялась.

Кнут и Гудрун слушали внимательно, жадно ловя каждое слово: истории и песни в этом мире заменяли людям досуг, делая их жизнь интереснее и ярче. Кроме того, иного способа узнать об окружающем мире, сидя у себя дома, не было. Поэтому рассказ девушки привел хозяев дома в настоящий восторг. А когда она показала им последнее яйцо из кладки ледяного дракона, у холь-да и его жены глаза на лоб полезли.

– Славные приключения! – восхищенно сказал Кнут, даже привстав со своего места. – Я видел героев с силой, что даровали Владыки. Видел и вас в бою с троллями, но победа над драконом – это достойно не одной песни! Жаль, что я не скальд…

– Да уж, пение – не твоя сильная сторона, дорогой, – ехидно заметила Гудрун и, прежде чем муж гневно взглянул на нее, сразу же добавила: – Но ты силен во многом другом.

– И это так, – смягчился бывалый вояка. – Правда, язык у меня не такой острый, как твой. Клянусь, бейся я им вместо молота, сразил бы во множество раз больше врагов!

Рассмеявшись над собственной шуткой, хольд хлопнул широкой ладонью по столу.

– Да уж, – продолжил он. – Кого-то боги награждают великой силой, как вас, а кого-то несносной женой, как меня.

– Ты чем-то недоволен? – пугающе мягко осведомилась Гудрун, и ее супруг, быстро стерев с лица улыбку, замотал головой. – Вот и славно. Лучше скажите, а если этот драконыш вылупится, что вы будете делать?

– Не знаю, – честно призналась Кристина. – Все зависит от того, как он себя поведет.

– Будет кусаться – просто размозжим башку о стену, и всего делов, – отмахнулся Кнут. – Пока маленький – просто ящерица, там нечего бояться.

– А, ну да, ты-то много драконов повидал…

– Сами боги послали вас! – быстро сменил тему Кнут, отвернувшись от жены. – Нашим землям как раз нужны герои!

– У вас что-то стряслось? – спросила Кристина и сразу же выругала себя за несообразительность: если учесть, что, едва спустившись с населенных драуграми гор, они с Ульвом сразу же встретили мару, хульдру, а потом еще и выводок троллей, – вопрос девушки прозвучал весьма неуместно и даже глупо.

– Ты еще спрашиваешь! У нас в долине забот хоть отбавляй! То тролли из пещер выползут, то драугры с гор нагрянут, то некки во фьорде или из рек повылазят, мало ли напастей? Это я еще про стаи варгов или волколаков в лесах не говорю. Да и соседи неспокойные попались – потомки етунов! Здоровенные, заразы. Как льды сходят с моря, так их драккары тут как тут!

Вот и ответ, почему город так хорошо укреплен.

– У вас тут не заскучаешь. – Заметив, как оживился хольд, Кристина попыталась улыбнуться, но вышло это так себе: шутка ли, попасть из огня да в полымя?

– Еще как! – Воинственно сжав кулаки, Кнут вскочил и потряс ими. – Но ни одной твари не сломить нас! Мы живем битвой! Вот ты, Ульв Пеплогривый, ты же славный воин? Я чувствую, что жажда битвы у тебя в крови.

– Как и мой отец, как отец моего отца и каждый муж в нашем роду с самого начала времен, – подтвердил Ульв, тоже поднявшись из-за стола. – Я воин. Я живу битвой и не ведаю иной судьбы!

– Вот это ответ достойный героя! – Кнут расхохотался. – По твоим глазам в бою я сразу понял, что ты не страшишься гибели, и, клянусь бородой, мне это по нраву! Ведь бояться стоит вовсе не смерти, а бессмысленной и недостойной жизни!

После этой речи мужчины еще выпили, а затем вмешалась Гудрун.

– Муж, – тихо произнесла она. – Наши гости устали, да и мы уже не молоды, чтобы засиживаться допоздна.

– Твоя правда, – нехотя согласился Кнут, дернув себя за бороду. – Я устал в дороге, да и конунг будет ждать нас утром.

Убрав со стола и пожелав гостям спокойной ночи, хозяева ушли наверх. Перед тем как скрыться на лестнице, Гудрун еще раз взглянула на Кристину и заговорщически подмигнула ей.

…Вскоре все звуки в доме хольда стихли. Осталось лишь тихое потрескивание очага да завывание ветра снаружи. Ульв сидел у огня на шкурах, и Кристина, покинув насиженное у стола место, перебралась к нему поближе.

Некоторое время они сидели молча, любуясь завораживающим танцем пламени. Ночь уже спустилась на город, укутав тьмой дома и теперь заглядывая в мутные окна единственным глазом бледной луны.

«Если гора не идет к Магомету – Магомет идет к горе», – мысленно задала себе настрой Кристина и повернулась к Ульву.

– Нам нужно поговорить, – сказала она.

Уловив, как нерешительно дрогнул голос спутницы, воин внимательно посмотрел на ее освещенное бликами пламени лицо:

– Я слушаю.

– Обещаешь, что не станешь уходить от ответа? Это важно.

– Даю слово.

– Хорошо, – выдохнула девушка и замешкалась, не зная, с чего начать.

Но время шло, тишина переставала быть уютной, а неловкая пауза неприлично затягивалась. Кристина смотрела в серые глаза мужчины, ища в них поддержки и смелости для самой себя. Лишь спустя несколько долгих минут она поняла, что ищет ее не там. Это она хочет поговорить, значит, и решаться нужно ей. Сейчас! Набрав в грудь побольше воздуха, Кристина выпалила:

– Как ты ко мне относишься? Кто я для тебя?

– Ты… – Ульв помолчал. – Верная спутница, мой боевой товарищ и…

– Я не о том! – перебила девушка. Ее глаза влажно блеснули в теплом свете пламени, губы дрогнули. – Видишь ли ты во мне… женщину?

Теперь настал черед воина задуматься. Он долго смотрел на Кристину, будто не решаясь открыться ей, но, наконец, произнес:

– Ты же знаешь, я готов отдать за тебя жизнь.

– Это не то, что я хочу услышать. – Кристина дернула головой. – Ты думаешь, мне станет легче, если ты погибнешь, защищая меня?