Дочь хаоса - Сара Риз Бреннан

– Правда? – Харви неприязненно покосился на Ника.

Тот маячил в дверях и не спешил на выручку.

– Да, – подтвердила Доркас и снова взъерошила волосы Харви. – А еще он сказал, что ты угостишь нас лазаньей. Можно?

При этом вопросе Доркас оживилась. Руки у нее, конечно, не в меру шаловливые, но, может быть, она просто пытается вести себя по-дружески?

– Конечно, – сказал Харви. – Ты хотя бы, в отличие от Пруденс, не против остаться на ужин.

Улыбка Доркас сразу стала теплее:

– Ты знаком с моей сестрой?

– Гм, – ответил Харви. Заслышав в голосе гостьи добрые чувства, он сразу стал относиться к ней лучше. – Да. Правда, она силой влила в меня зелье правды и грозилась убить.

– Как это на нее похоже, – просияла Доркас.

Она уже смотрела гораздо веселее. Убрала руку от шевелюры Харви, что было хорошо, и провела ладонью по его груди, что опять выглядело очень странно.

– С нетерпением жду лазанью, – сообщила она.

– Ребята, вижу, вы нашли общий язык, – сказал Ник. – Отлично. Береги его, Доркас. Не зачаровывай. Не делай того, что ему не понравится. Пока, Гарри, до встречи.

– Погоди, Ник, ты куда? – в ужасе привстал Харви. – Не уходи!

– Да, Ник, – промурлыкала Доркас. – Не уходи. Останься. – Она опять погладила рубашку Харви – кажется, с одобрением, какой ужас! – По-моему, мы с тобой, охотник, прекрасно поладим.

Харви понятия не имел, с чего она это взяла. Он обернулся к Нику – тот все еще стоял в дверях, сунув руки в карманы, и ухмылялся.

– Ага, – протянул он. – Спасибо за приглашение, ребята, но мне предстоит одна важная встреча. В городе появился князь преисподней.

– Кто? – переспросил Харви, изумленно уставившись на Ника, потом перевел взгляд на Доркас – понимает ли она, о чем говорит Ник?

Доркас подалась вперед. Когда между ними остались считаные сантиметры, до Харви дошло, что она намерена его поцеловать. Он сдавленно охнул и отстранился так поспешно, что опрокинулся навзничь. Доркас свалилась со стула.

– Ну вот, мы уже и на полу, – пожала плечами Доркас. – Это даже к лучшему.

– Погоди, – воскликнул Харви. – Ник, ты что, пытаешься устроить мне свидание?

Колдун и ведьма переглянулись с непонятным выражением.

– Она скорее твоя магическая телохранительница, – пояснил Ник. – Но кто знает, куда вас заведет эта ночь.

– Боже мой, – простонал Харви. – Да не нужны мне ни телохранительницы, ни свидания!

– Я уже просил тебя не упоминать так часто своего ложного бога, – сделал замечание Ник.

– А я не возражаю, – сообщила Доркас. – В некоторых ситуациях мальчишки часто повторяют это.

Ник живо заинтересовался:

– Правда? Он то и дело это говорит, но я не знал, что это характерно для них всех.

– Слушай, ботаник, – укоризненно перебил Харви. – Нашел время углубляться в человеческую лингвистику. Ушам своим не верю! Ты что, совсем ума лишился?

Доркас покачала головой, показывая, что не согласна с мнением Харви.

– По-моему, ты просто великолепен, – сказала она Нику. – И если уж тебе надо чего-нибудь лишаться, то лучше штанов.

И подмигнула ему. Ник чисто рефлекторно подмигнул в ответ.

Этих ведьм, похоже, ничем не проймешь.

– Послушай, Доркас, недавно я пережил тяжелое расставание и не хочу ни с кем встречаться. Даже с тобой. Может, просто поедим лазаньи, поговорим о том, что за чары обрушились на город и что с этим делать?

Он встал на ноги и протянул руку Доркас. Она взялась за нее, и он помог девушке встать. Она с легким интересом всмотрелась в их сцепленные руки.

– Извини за недоразумение, – сказал он. – Это Ник во всем виноват.

Все это было, конечно, возмутительно, но он провел с Ником Скрэтчем несколько долгих дней и успел привыкнуть. Харви, честно говоря, не видел в этом вины Ника. Тот, вероятно, действовал из лучших побуждений. Примерно так кошки приносят хозяевам мышей и надеются, что те будут довольны. С кошачьей точки зрения мышь – отличный подарок. Должно быть, и с точки зрения Ника привести ведьму, чтобы она защищала Харви, и одновременно устроить свидание – двойная выгода.

– Я опять сделал что-то не так? – В голосе Ника слышалось искреннее отчаяние.

– Есть немного, – усмехнулся Харви.

– Скоро будет лазанья? – осведомилась Доркас. – Я не против защищать этого человека, понимаю, что я перед ним в долгу, но не хочу, чтобы эта ночь пропала впустую…

– Погоди-ка, – перебил ее Харви. – Что значит – ты передо мной в долгу? Не понимаю.

Она нетерпеливо отмахнулась:

– Из-за того заклинания, которым я обрушила шахту.

Наступило молчание. Харви выронил руку девушки, как будто ее прикосновение обжигало. В груди сконцентрировалась ледяная, холодная тьма.

– Ты убила моего брата? – тихо произнес Харви. – А ты, Ник, привел ее сюда.

Он переводил взгляд с ведьмы на чародея и обратно. Ведьмы, погубившие Томми, представлялись ему далекими, злыми старухами. А тут сидит девчонка и не понимает, в чем она виновата: в том, что прихлопнула муху?

Вот кто такие мы, люди, для них, ведьм.

– Она… не должна была об этом говорить, – выдавил Ник.

– Вот как, – сухо сказал Харви. – И тогда все было бы в порядке?

– Погоди. – Ник вынул руки из карманов.

Доркас бочком приближалась к нему.

– По-моему, его надо немедленно заколдовать! – потребовала она.

– Еще немного поиграть с нами, людишками? – закипая, спросил Харви. – Помучить, заколдовать, погубить? Подумаешь, большое дело. Вы нас и за людей-то не считаете. Боже мой, какой же я дурак. Вы все – чистейшее зло. Прав был отец.

Сердце бешено колотилось в груди, перед глазами стала сгущаться тьма. У дверей висят ружья. Руки чесались пустить их в ход.

Ник оскалил зубы:

– Твой отец был прав? Когда хотел убить меня?

– Мне здесь не нравится, – тихо заметила Доркас. – Пойдем отсюда.

– Значит, то, что отец хотел убить тебя, это очень важно? – медленно спросил Харви. – А то, что она убила моего брата, не имеет никакого значения? Вы считаете, что жизнь человека гроша ломаного не стоит по сравнению с жизнью ведьмы.

Он наступал на них, подходил все ближе к двери, к ружьям. Доркас попятилась, зашептала заклинания, которые зазвенели у Харви в ушах комариным писком.

– Катись отсюда, убийца, – велел он ей. – Пока я тебя не пристрелил.

Они добрались до двери.

Ведьма убежала.