Последний трюк - Себастьян де Кастелл

Фериус ухмыльнулась ей: слабый луч света, пытающийся пробиться сквозь плотное покрывало серых облаков.

«Она выглядит такой… старой», – беспомощно подумал я.

– Перестань смотреть на меня щенячьими глазами, малыш, – сказала она, прихрамывая. – Разве я тебе не говорила, что нет никакого смысла мной увлекаться? Я имею в виду, ты хорошенький и всё такое, но у меня иные вкусы.

Кое-кто из присутствующих засмеялся, и напряжение мгновенно испарилось из комнаты. Краем глаза я заметил, как уголок рта Рози чуть заметно дрогнул. Эта улыбка отличалась от других её сдержанных улыбок и предназначалась только Фериус.

«Предки, – подумал я. – Эти двое что, когда-то были парой?»

Каждый раз, когда они находились на расстоянии удара друг от друга в Семи Песках, они выглядели так, будто собирались сражаться на дуэли – или «драцца», как это называла Фериус.

– Ты собираешься в ближайшее время поправиться? – спросил я, заметив, что она нетвёрдо держит трость. – Или мне снова придётся спасать твою жалкую задницу?

Она всем весом опёрлась на трость и свободной рукой коснулась моей щеки.

– Всегда, малыш. Всегда.

Путь Изумрудных Ступеней неодобрительно закудахтала.

– Сентиментальность не остановит руку Бога, если он стремится завоевать этот континент.

– Как не поможет и попытка заставить его подчиниться, выпоров каким-то жалким обрывком старой верёвки, – ответила Фериус и повернулась к остальным. – Слушайте сюда, люди. У нас, аргоси, нет генералов. Мы не подчиняемся никаким правителям. У меня нет сводов законов, и я никогда в них не нуждалась.

Она убрала руку с моей щеки и дружески похлопала по плечу, но я сразу понял: она пытается скрыть, что ей нужно на кого-то опереться.

– А этот малыш – единственный, с кем Бог, похоже, хочет поговорить. Его путь, извилистый, как ни один другой, приводил его с земель джен-теп куда угодно – от Гитабрии до Дарома и даже до Аббатства Теней. И, куда бы он ни пошёл, он всегда находил какую-то связь с тем, что ставит этот континент на грань войны.

Покалывающий зуд вокруг левого глаза сделал слова Фериус ещё более зловещими. Она была права: все тревожные открытия, сделанные мной за три года, с тех пор, как я покинул родину, казались взаимосвязанными. Ониксовые черви, с которыми мы столкнулись в Академии Семи Песков, таинственные способности монахов Аббатства, сила белого Пленителя, овладевшего мной в Дароме. Я поднял руку, чтобы обвести пальцами извилистые линии, начинавшиеся над левой щекой: моя бабушка наградила меня ими, когда я был ещё ребёнком.

«Я как будто смотрю на кусочки головоломки, но не могу собрать всю картину, потому что одного кусочка всё ещё не хватает».

– К чему ты клонишь? – спросила забанская девушка рядом с Изумрудом, игнорируя хмурый взгляд своей наставницы.

Фериус одарила её дружеской улыбкой.

– К тому, милая, что именно этот малыш решит, каким путём ему теперь идти, чтобы вытащить нас всех из передряги. Любому, кто собирается встать у него на пути, сперва придётся драцца со мной.

В ответ раздался весёлый смех, сперва уважительный, под конец – одобрительный. К сожалению, подобные чувства разделяли не все.

– Кто ты такая, чтобы решать судьбу народа Берабеска? – спросила коренастая женщина, чей цвет лица и ястребиные черты указывали на то, что она родом из этих мест. – Бич – древний артефакт моего народа. Бог, настоящий или нет, принадлежит моему народу.

Фериус возвела глаза к потолку.

– Да, и в настоящий момент твой народ хочет пролить кровь всех остальных народов. Кроме того, ты перестала быть берабеском в тот день, когда выбрала Путь Аргоси, Лили.

– Путь Водяных Лилий, – поправила женщина, и от резкости её голоса мои пальцы дёрнулись. – Не «Лили», не «милая» и не прочая твоя хрень.

Фериус не подала виду, что заметила угрозу.

– Как скажешь, лютик. Хочешь вернуться к своему народу? Иди и найди себе копию кодекса часовщика, или кодекса воина, или того кодекса, который больше тебе подходит. Там тебя ожидает путь, сплошь вымощенный их милыми стихами.

Путь Водяных Лилий двинулась к нам, её движения были плавными, как вода, скользящая по речным камням, и более пугающая, чем гремучая змея, ползущая по песку.

– Речь идёт не о моём выборе, поэтому, возможно, мне следует просто «подрацца» с тобой, идущая Путём Дикой Маргаритки.

Другие аргоси заговорили вполголоса. Некоторые ратовали за мирную беседу, другие уже отступали в сторону, чтобы освободить место для поединка двух женщин. Всё резко оборвалось, когда в пещере прогремел оглушительный взрыв. Всплеск красного и чёрного пламени опалил каменный пол в дюйме от идущей по Пути Водяных Лилий.

Я защёлкнул застёжки своих кобур с порошками, постаравшись, чтобы никто не заметил, как сильно дрожат мои руки.

– Ты угрожаешь мне, тейзан? – спросила идущая Путём Водяных Лилий.

Несмотря на все поединки, в которых я сражался с магами, маршалами, солдатами, шпионами и случайной летающей змеёй, мне никогда не приходилось вставать против аргоси – человека, знающего больше о том, как победить противника с помощью обмана. Мне не нравились мои шансы.

– Фериус – мой друг, – объявил я достаточно громко, чтобы услышали все. – Она моя семья. Поэтому – да, Лили, прими этот первый взрыв как предупреждение, потому что других предупреждений не будет.

Арта валар. Мой лучший талант аргоси. Я был почти уверен, что однажды из-за него меня убьют.

– Ты такой милый, малыш, – прошептала мне Фериус. – Но ты же знаешь, что я прекрасно могу о себе позаботиться, правда?

– Ты еле стоишь на ногах, – прошептал я в ответ. – Поэтому, если ты не собираешься упасть и раздавить её насмерть, просто оставь это…

Я уловил лёгкое движение правого запястья Лили. Оружие, спрятанное в манжете рукава, скользнуло к её ладони. Носком ботинка она стёрла следы взрыва на полу перед собой.

– Первый принцип Пути Грома учит никогда не обнаруживать своё самое мощное оружие, если ты не собираешься на самом деле им воспользоваться, тейзан. Это прекрасно – желать защитить других, Келлен из джен-теп, но этот город полон солдат, храм охраняют правоверные, а шпиль – визири, чьи способности легко соперничают со способностями лорд-магов твоего народа. Кто защитит тебя от них? – Я услышал щелчок металлического предмета, спрятанного в её руке. – Кто защитит тебя от меня?

Я не был уверен, какое у неё оружие, но готов был поспорить, что она сумеет меня убить, прежде чем я снова успею вытащить порошки. Наверное, именно поэтому она выглядела почти такой же удивлённой, как и я, когда второй взрыв, настолько громкий, что он эхом разнёсся по всей пещере, оставил в воздухе запах молнии и трещину в каменном полу у ног Лили.

Идущая Путём Водяных Лилий смотрела на меня, прищурившись, пытаясь понять, как мне удалось сотворить заклинание так, что она не заметила. Меня тоже это интересовало, поскольку я даже не прикоснулся к футлярам.