Счастливый брак по-драконьи. Поймать пламя - Александра Черчень

Воображение – это самое главное, оно является отражением того, что мы притягиваем в свою жизнь.

А. Эйнштейн

Сон оказался очень знакомым.

– Здравствуй, Ирьяна, – поприветствовал меня лавандовый ветер, привычно взъерошив челку.

– Добрый вечер, – недовольно кивнула я. – Если, конечно, для тебя имеет значение время суток.

Меня подхватил поток теплого воздуха и подкинул на пару метров вверх. Там я зависла в привычной невесомости, но на этот раз даже не улыбнулась на шалость Спящего. Просто устроилась поудобнее и стала осматривать изменившийся зал. Кстати, видимо, сказывалась практика, но переворачиваться я даже и не думала. Вполне уверенно сидела.

– Ты грустная, – спокойно отметил Арвиль. – Что-то случилось?

– Можно и так сказать, – вздохнула я. – Но я не грустная. Я злая.

– Одно другому не мешает, – философски заметил Спящий.

Обиталище бесплотного в этот раз порадовало сменой не только цветовой гаммы, но и архитектуры. Раньше идеально геометрический, не имеющий ни одного острого угла, сейчас зал напоминал ожившую фантазию сошедшего с ума абстракциониста. Неизменными остались только мотыльки в вышине и искры. Сегодня тут все играло оттенками серебра и белого. Снежные стены, по которым кольцами носились серебряные искры, из которых временами вырывались ослепительно-белые бабочки. Покружив по залу в сиянии, подобном лунному, крылатые создания присоединялись к сверкающей сфере на самом верху.

– Ну у тебя и воображение, – удивленно покачала головой я. – В честь чего эта мечта всех ненормальных художников?

– Захотелось. – Ветер немного растрепал мне волосы. – Такое бывает, знаешь ли. Ну что? Второй сеанс?

– И второй вопрос, – согласно кивнула я.

– Может, все же расскажешь, что стряслось? – осторожно спросил Тейнмир.

– Нет… – покачала головой я.

– Твое право, – прошелестел голос Спящего, и меня опять стали окутывать легкие воздушные струи. – Знаешь… ты необычная. И красивая.

– Это что такое? – подозрительно осведомилась я.

– Комплимент, – невозмутимо ответили мне. – А нельзя?

– Ты мне тоже нравишься, – улыбнулась. – Но я люблю мужа.

– Знаю, – рассмеялся Спящий. – Но я же не мог не попытаться?

– Вот ответь мне, – откинулась на спину и теперь висела горизонтально, потом перевернулась на живот и задумчиво посмотрела на темный пол, в котором, как звезды в воде, вспыхивали отражения светлячков, – за что тебя усыпили?

– А с чего ты взяла, что нас именно усыпили?

– Эм… – озадачилась я. – Не знаю. Это первое, что пришло в голову. Но если задуматься… Вряд ли вы сами всем составом улеглись спать на столь длительный срок. Притом еще и не озаботившись страховкой.

– Сообразительная. Вообще-то время вопросов еще не пришло, – иронично заметил Спящий. – Но ты, пожалуй, заслужила… Усыпили нас за непокорность, Ирьяна. За то, что мы не захотели надеть те ошейники, что были приготовлены. За то, что желали свободы…

– Некоторые звери должны быть в ошейниках, – тихо ответила я.

– Мы не были зверьми… Мы просто получились слишком разумными. До неудобного разумными. Смогли осознать, что жизнь на поводке у хозяина – это не высшая форма существования.

– Вы?

– Да… – почти неслышно закончил бесплотный. – Мы.

– Но… кто. И когда? – спросила, уже подозревая, что чрезмерная разговорчивость покинула собеседника.

– Я и так много сказал, Ири, – коснулся лица ветерок. – Можно тебя так называть?

Я недовольно поморщилась.

– Можно, но ты уходишь в совершенно несвойственное тебе и, главное, ни капли не идущее амплуа соблазнителя.

– Ну вот, – печально вздохнул хитрец. – Сама подумай. У меня долгие годы практики общения с дамами не было! Вот проснусь… весь такой неподготовленный к реалиям жизни…

Я секунду осмысливала сказанное, а потом весело расхохоталась, мне вторил довольный смех Арвиля.

– Спасибо, – наконец произнесла я. – Настроение ты мне изрядно поднял.

– Может, все же поделишься причинами хандры? – осведомился собеседник.

– Муж, – вздохнула я. – Он запер меня в имении. Вот я немного и вспылила.

– Первопричины?

– Сейчас по округе активно скачут неведомые твари, – поморщилась я. – Вот, столкнулась с таким. Потрепали меня…

– А как ты, зная ситуацию, оказалась одна, да еще так далеко от замка?

– По глупости, – поморщилась я. – Вейл, как эти монстры появились, довольный носится, отлавливает гадов. А я сижу как последняя идиотка и используюсь супругом исключительно по назначению…

– Скука, – понимающе протянул Арвиль.

– Именно, – вздохнула я. – Что-то мы заболтались. В голову собираешься лезть?

– Сейчас.

– Стоп! – Внезапно я затормозила круживший уже совсем рядом почти материальный ветер. – Как ты выглядишь? Ну мне интересно!

– Брюнет я, – хмыкнул Арвиль. – С аметистовыми глазами. – Последовала пауза, а потом мягкий баритон мурлыкнул почти у самого уха: – Под цвет шкурки.

Но не успела я радостно потереть ручки и броситься выпытывать подробности, как меня что-то легонько стукнуло в лоб, и я уплыла в омут беспамятства. А в прошлый раз он был нежнее!

Когда вернулось сознание, я со стоном села и проговорила:

– Все же ты типичный самец.

– Не понял, – растерялся Арвиль.

– А что тут непонятного? Сначала интригуют, потом по мозгам стучат, и в итоге я ничего не помню. В последнем ты отличился! Такого со мной еще не было. Можешь считать себя исключительным!

– Самцом? – ехидно переспросил Спящий.

– Да как тебе удобно, – пожала плечами я. – С тебя один ответ.

– Слушаю твой вопрос.

– Эм… – задумчиво протянула. – Ты можешь показать мне свой облик? Что его отличает от человеческого?

– Два вопроса. Ну ла-а-дно. Показать могу, но не буду. Отличия… ох, Ири… это такие интимные по-о-дробности.

– Ты, шут бессовестный, – возмущенно выдохнула я, – отвечай нормально.

– Ладно, – фыркнул Арвиль и проникновенно начал: – Видишь ли… с человеком меня не спутаешь по причине наличия одной… хм… части тела. – Ветер опять приобнял меня за плечи и закончил, понизив голос: – Откровенно говоря… это хвост.

– Эм… Какой?

– Длинный, – серьезно ответил он.