Помочь можно живым (сборник) - Александр Бачило

Жора удивленно посмотрел на Олега.

– Это ты сам придумал?

– Да нет, говорят, в какой-то газете писали…

– Хм! – Кислицын поднялся, собрал бумаги и, заперев их в сейф, повернулся к Олегу. – Пойдем-ка ко мне наверх, выпьем чаю…

– Так где, ты говоришь, это напечатали? – Жора поставил чашку перед Олегом и сел в кресло напротив.

– Не знаю. Рассказывал один мужик в очереди. Да мало ли разных баек в народе ходит? Я просто как пример привел. Всем известно, откуда на самом деле покойницкий глаз попал в город…

– М-м-да, – Жора задумчиво поводил ложечкой в чашке. – А ведь я такую историю уже слышал. И не в городе, а от одного, между прочим, доктора наук с Базы. До аварии, разумеется. Фамилия его была Корф. Шикарный такой дядька, рост, плечи, седина… но трепач. Это бывает. Мы с ним познакомились как-то на банкете. Не то защита, не то юбилей – теперь уже не помню. А банкеты в те времена были – м-м! До сих пор ночами снится тогдашний стол. Ну вот. Угостились мы в тот раз как следует, а сидели рядом, так что со знакомством никаких затруднений не случилось, хотя он был уже секретный доктор, а я еще чуть ли не накануне только диплом получил. Поговорили о том, о сем, о перспективах, а ближе к концу вечера он мне начал излагать свои мысли по поводу разумности нашей планеты и возможных механизмов ее саморегуляции. Ну а я, чтобы не сидеть вороной, разинув клюв, головой киваю и говорю:

– Интересная гипотеза. И что в ней особенно хорошо – она не хуже всякой другой.

Он посмотрел на меня, как на двоечника, и высокомерно возвестил:

– Из любого числа гипотез, молодой человек, ученому надлежит выбрать лишь ту, которая подтверждена фактами!

Тут мне нечего было возразить. Фактами так фактами.

– Что требуется для организации мыслительного процесса? – продолжал он.

– Что! – повторил я.

– Совершенно верно, – согласился он, – требуется мозг и нервная система… Вы слышали о происшествии на шахте «Горняцкой»? Нет? И не услышите. У нас о таком не любят сообщать, огорчить боятся. Вот если бы там план перевыполнили… В общем, остановка дыхания и прекращение сердечной деятельности. В одно мгновение погибла вся смена. И никаких видимых факторов воздействия! Никаких аварий, утечек, обвалов, никаких происшествий. Разве что бригада проходчиков наткнулась на породу странной, неизвестной ранее структуры. Это минеральное образование представляет собой пятидесятитонный монолит с длинными тонкими ответвлениями, уходящими вглубь соседних пластов. Сейчас этот монолит находится… впрочем, неважно. Я скажу вам главное. Вы знаете, на что наткнулись шахтеры? Они вышли к нервной системе Земли!

Кислицын замолчал и стал прихлебывать чай.

– Ну? – спросил Олег. – А дальше?

– Что именно – дальше?

– Ну, как потом у Корфа пошли дела с этим монолитом?

– А черт его знает! Потом была авария. Корф в тот момент находился на Базе, так что сейчас его уже наверняка нет в живых…

– Значит, все это правда? Насчет думающей Земли?

– А вот этого уж я не знаю. Может быть, она и думает… Но только не о нас с тобой, а исключительно о себе. Такая же равнодушная скотина, как и любой из нас… Тоже Конан-Дойль сказал… Или все-таки Уэллс. Ладно, пойду ловить покойников. Ты заходи. Особенно, если узнаешь что-нибудь интересное, в этом роде… Сейчас-то куда, на работу?

– У меня сегодня все на профилактике. И у Зойки тоже. Мы договорились с одним шофером – поедем в деревню за картошкой.

– Счастливые! – вздохнул Жора. – А тут сиди… Ну, Зое привет.

…Грузовик свернул с шоссе и, пыля, покатил проселком.

– Теперь уже близко, – сказал шофер Саня Белобородов.

Зоя и Олег сидели рядом, вцепившись друг в друга – на кочках чувствительно подбрасывало. В кузове, под тентом, погромыхивал бидон со спиртом.

– Не расплещем? – беспокоился Олег.

– Не должны! – успокаивал Белобородов. – Он же не полный!

Дорога пошла лесом, вернее, частоколом полусгнивших жердей, в который за годы, прошедшие после аварии и ее ликвидации, превратился почти весь лес. Черные, надломленные стволы торчали из земли вкривь и вкось. Тени от них почти не было, но трава все равно росла здесь лишь на редких прогалинах.

Грузовик как раз проезжал мимо одной из таких прогалин, когда Зоя вдруг вскрикнула:

– Смотрите! Там мотоциклы!

Четыре «Явы» стояли в стороне от дороги, а за ними из густой травы поднимался синеватый дымок костра.

– А, ч-черт! – Саня начал тормозить, но было уже поздно.

Стебли травы раздвинулись, выглянула голова, и сейчас же несколько человек бросились от костра к мотоциклам.

– Банда, так ее! – Белобородов ударил по газам, проскочил прогалину и погнал машину со все возрастающей скоростью, едва успевая вписываться в повороты.

– Предупреждали ведь меня… – бормотал он. – На прошлой неделе машину ограбили в этих местах! Дернула нелегкая угол срезать!

Олег высунулся в окно, поглядел назад и сразу же увидел мотоциклиста, показавшегося из-за поворота.

– Догоняют!

За первым мотоциклистом одновременно появились второй и третий. На четвертой «Яве» ехали двое.

Что-то вдруг звонко щелкнуло по кабине. Эхо выстрела метнулось в лес и, застряв в буреломе, отстало.

– Гады! – заныл Саня, бешено вращая руль. Он до отказа выжимал газ, старенький грузовик каждую секунду мог развалиться, налетев на упавшее дерево, а мотоциклисты не отставали.

Один из них, сидевший позади водителя, снова поднял обрез.

– Пригнись же ты! – Олег повалил Зою, прижал ее голову локтем, а другой рукой потащил из кармана пистолет.

Гулко, как в колокол, ударило позади, где-то в кузове. Звук выстрела снесло ветром. В бидон попал, сволочь, подумал Олег и тут же сообразил, что бидон сейчас, пожалуй, прикрывает ему спину.

Страха не было, он приходит позже, дома, в безопасности, когда все уже позади, и можно позволить себе бессонную ночь, гнев возмущения, слезы, валерьянку и даже валидол. Теперь же только самые решительные, самые отчаянные действия, чтобы это «позже» когда-нибудь наступило…

Олег взвел курок, высунулся в окно и выстрелил дважды, не целясь особенно, желая просто показать ЭТИМ, что добыча не слишком легка, и, может быть, не стоит связываться. Мотоциклисты поняли и сразу приотстали, но продолжали ехать следом. Олег укрылся, на всякий случай, в кабине.

Саня, покосившись на пистолет, радостно закивал.

– Ага! То, что надо!

Зоя выпрямилась.

– Откуда это у тебя?

– Потом, потом! – Олег в зеркало наблюдал за мотоциклистами.

– Сейчас перемахнем покойницкую дорогу, – сказал Саня, – а там уж деревню видно, побоятся лезть!