Академия Магических Талантов - Ольга Шерстобитова

Светлячок отплыл в сторону, я за ним потянулась и потрясенно воскликнула. Я стояла посреди огромной долины, усеянной алыми маками. Они занимали вокруг все пространство и терялись за линией горизонта. Жужжали пчелы, пахло медом. Над головой сияло самое обычное солнце, обнимая бездонный голубой небосвод. Честно, я ожидала чего угодно, но не этого.

Огонек поплыл дальше, и мне ничего не оставалось делать, как за ним последовать, удивляясь происходящему. Я перестала себя ощущать бестелесной тенью! Спокойно прикасалась к головкам алых цветов, чувствовала дуновение теплого ветра и жар солнца, вдыхала цветочные ароматы. И что еще странно… впервые за последние полгода я ощутила себя умиротворенной. Может быть, я все-таки попала за грань? Думать об этом почему-то не хотелось.

Сейчас я просто шла, потому что впереди была дорога и белый шарик-проводник, и наслаждалась мгновениями. Дважды за день останавливалась и отдыхала, призывая родник и еду, которую могла сотворить. Да-да, мои заклинания здесь работали! Правда, никакого оружия со мной не было, и призвать его не получилось. Но огненные и водные шары проблем не вызывали.

Маковое поле к вечеру закончилось, уступив место светлому лесу из самых обычных деревьев. По всем признакам этот мир напоминал Эфру, а порою – Землю.

Путевой светлячок замер возле кромки леса. Поняв, что таким образом он дает мне возможность отдохнуть, я натаскала еловых веток, застелила их плащом и уснула.

Проснулась на рассвете, умылась в роднике, позавтракала и дальше последовала за светлячком. Через двое суток лес закончился, а передо мной заискрилось голубизной озеро. В нем была ледяная вода, но настолько прозрачная, что я смогла рассмотреть разноцветную гальку, устилавшую дно водоема.

На противоположном берегу высился красивый каменный дом. К нему-то я и направилась. Вблизи он выглядел величественным и строгим. Словно и не дом вовсе, а храм… Я подошла к крыльцу, увитому диким виноградом, и тут же от яркой вспышки сощурилась.

– Здравствуй, Пенелопа.

Я потерла глаза и уставилась на девушку с золотистыми волосами, заплетенными в две тугие косы, перевитые жемчугом. Пронзительные серые глаза смотрели на меня, изучая. Длинное белое платье без рукавов, скрепленное на плечах золотыми обручами, скользило вдоль тела, делая фигурку незнакомки хрупкой и тонкой.

– Здравствуйте, – осторожно сказала я, наблюдая, как светлячок рассыпается на искры. – Вы знаете мое имя?

Она по-доброму улыбнулась, оправила юбку и кивнула.

– Ты прошла долгий и непростой путь, чтобы загадать желание.

– Вы та, что способна его исполнить? – поразилась я.

– Да, – спокойно сказала девушка.

Вокруг нее посыпались белые искры, но незнакомка на них внимания не обратила. Может, мне кажется?

– Но только одно желание, Пенелопа. Мои силы не столь велики, как раньше.

– А вы кто? – осмелела я. – Маг?

– Маг? – теперь удивилась незнакомка.

– Ну…

– Меня зовут Илориа, хотя в Эфре я известна под другим именем – Великая Праматерь.

С минуту я на нее пялилась, пытаясь совместить в ней образ богини, которую уже себе вообразила, и эту простую девушку, стоящую передо мной. Не получалось.

– Удивлена? – спокойно спросила Илориа, взмахивая рукой и создавая два уютных кресла-качалки на крыльце. – Присаживайся.

– Простите, – растерялась я. – Для меня встреча с вами – неожиданность.

– Особенно если учесть, что ты не сильно верила в мое существование, – усмехнулась она, создавая маленький столик на ажурных ножках, на котором громоздился чайный сервиз.

– А я умерла, да? Со мной что-то Дерас сделал, запустил какую-то черную штуку.

– Все не совсем так, – ответила Илориа, наливая ароматный чай и протягивая мне кружку.

Я сделала глоток, пытаясь прийти в себя. Кому расскажешь, что познакомилась с Великой Праматерью, угощавшей меня чаем, не поверят. В моем представлении богини иными должны быть.

– Твой браслет… – Богиня изящно взяла в руки чашку, повертела ее и поставила обратно. – Ты не можешь умереть, пока жив тот, кто его на тебя надел. Браслет – обручальный.

Я поперхнулась чаем и закашлялась. Илориа вздохнула.

– Вот плут! – восхитилась я, вспоминая дракона Андриана.

Интересно, он хотел, чтобы я стала его возлюбленной? Или просто решил защитить, наперед зная, что умереть у меня не получится? Да и Снежный принц о браслете наверняка знал, мои мысли прочитал, но никак не среагировал. Что-то важное в этой истории, которая становится все запутанней, я явно упускаю.

– Расскажи, что с тобой произошло, – попросила богиня, создавая блюда с разнообразными бутербродами и пирожками. – А потом я постараюсь ответить на твои вопросы.

Я кивнула.

– Сначала поешь, разговор будет долгим, полагаю, – тут же изменила она решение.

Я съела парочку пирожков, выпила чай и принялась рассказывать. Сбивчиво, время от времени перескакивая с одного на другого, но Илориа пила чай и не перебивала, лишь изредка задумчиво или печально смотрела вдаль.

Солнце стало клониться к горизонту, когда я замолчала.

– Как все изменилось, – грустно сказала богиня. – Не знала я, оставляя детей в созданном мире, как быстро они забудут то, чему я учила. Лишь Ларинель по-прежнему полна света.

В голосе Илории сквозила горечь от разочарования. Она вздохнула и посмотрела на меня.

– Спрашивай, Пенелопа. Я вижу, что ты многое хочешь узнать и понять.

– Скажите, как получилось, что Снежный принц оказался проклятым? Это ведь сделал ваш сын? – решила начать я с самого важного.

Богиня снова налила чай, но к нему не притронулась.

– Дело это давнее, Пенелопа, – тихо ответила она. – Как ты знаешь, частица моего света, талант, если тебе так понятнее, может проявиться в любом. Но чем ближе человек или не человек ко мне духовно, чем больше в нем света, тем он талантливее. У Сверкающего Грома, вожака драконов, был великий дар – исцеление. Любую душу он мог удержать на грани, не дать ей уйти.

– Дерасу это не нравилось?

– Да. Он всегда был жаден. Желал вечной красоты и молодости, не думая о последствиях. Со временем оказалось, что только угасающая жизнь, переходящая в небытие, могла дать ему желаемое. Дерас считал, что Сверкающий Гром стоит на пути к этой цели, и захотел забрать его талант.

– Но тогда бы все обернулось против него, – удивилась я.

– Это только на руку Дерасу. Он смог бы не исцелять, а убивать. Мой мир был бы уничтожен.

– Так почему…

– Я его не остановила? – закончила за меня богиня. – Я умерла, Пенелопа, для созданного мной мира. Вернуться на Эфру не смогу, как бы этого ни желала. У бессмертия есть цена, и я ее заплатила. А Дерас… победи он тогда, стал бы всесилен. Призвал бы немыслимое количество теней, обещая им все, что угодно, хотя выполнять не стал бы, естественно. Тени бы забирали таланты, Дерас становился сильнее и беспощаднее.