Попасть в отбор, украсть проклятье - Надежда Мамаева

— Хорошо, — выдохнула я, смирившись с неизбежностью. И на какие только жертвы девушка не пойдет ради брак… спасения родной страны! Только ради Отчизны! Определенно.

А когда я переоделась (вернее, шустрые девушки-помощницы помогли мне облачиться в пышный туалет из муара и газа) и встала перед зеркалом… Это была я и не я. Вот только от созерцания меня оторвал голос хозяйки:

— Молодость — это украшение эйры! Но нельзя, чтобы оно было единственным! — как бы невзначай обронила она, намекая на отсутствие серег и подвески.

Видимо, она так и не смирилась с высказанной мною кощунственной мыслью о корсете.

Я обернулась и выразительно так промолчала, как это умеют делать только некроманты: создавая одним своим появлением эффект гробовой тишины даже на шумном базаре. Хозяйка сглотнула, и мне захотелось заслушаться ее безмолвием.

— А у вас есть чем ее дополнить? — дождавшись, когда дама дойдет до кондиции, вопросила я тоном «могу сопроводить в загробный мир, бесплатно».

Сухая вобла отмерла и уже совершенно другим тоном, в котором послышалось и уважение, и опасение, произнесла:

— В нашем модном доме есть и ювелирные украшения, и коллекция обуви нового сезона, и мастера локонов.

Я милостиво разрешила показать мне и первое, и второе, и пригласить третьих, про себя подумав: чтобы люди тебя уважали и даже любили до гроба, нужно этот самый гроб в скором времени пообещать.

Спустя два часа я, стоявшая на ступенях базилики всех святых, была уже совершенно не я, а какая-то эйра из высшего общества. Вот только украшали меня не наряд, прическа и диадема, а Арнсгар, который держал меня за руку. Ветер, налетевший с Кейши, запутался в подоле, отчего пышные юбки на миг взметнулись вверх.

— Ты готова? — Ворон посмотрел на меня взглядом, полным любви.

— Да, — произнесла решительно. Только с ним. Всегда. В этом мире и за Гранью.

И это же «да» я сказала в тишине пустого храма. После чего мы, держась с вороном за руки, опустили переплетенные пальцы в купель, наполненную тягучей рубиновой влагой. Слова нерушимой клятвы, которую мы произносили в унисон, улетали в высь сводчатого потолка. А когда мы закончили, то я почувствовала, как по руке словно ползет вьюнок. Он опутал наши запястья, будто сплетая нас с вороном воедино. Брачная чаша засияла мягким ровным светом, искупав в нем и нас, и трясущегося молоденького священника, который, кажется, только сейчас до конца осознал, КОГО именно он венчал.

— Ваш союз благословлен и на небе, и на земле… — благоговейно прошептал он.

Я про себя подумала, что брак мага смерти и Верховного карателя, эту самую смерть зачастую несущего, с таким же успехом мог пройти одобрение и в преисподней. Впрочем, особо размышлять об этом было некогда. Особенно когда тебя целует уже законный супруг… Вот так тихо, скромно и неожиданно для самой себя я перестала быть эйрой Росс. Отныне мое запястье украшала брачная вязь, которую я спрятала под рукавом платья.

Со служителя Арнсгар взял клятву молчать о свершенном им таинстве, и мы покинули храм.

— Тай, вот держи. — С этими словами ворон протянул мне конверт. В оном были пропуск во дворец, моя краткая липовая биография, рекомендательное письмо… В общем, набор для кандидатки в фаворитки Ее Величества.

— Первичный отбор будет проводить глава дворцовой стражи.

— Это будет допрос? Сканирование амулетами? Ментальное воздействие? — Я ощутимо напряглась.

— Беседа, которая займет несколько минут. Тебе нужно протянуть мое письмо капитану Лорину. Этого будет достаточно, чтобы ты попала в отбор фрейлин.

М-да уж… к такому меня жизнь не готовила. Да и смерть, признаться, тоже. С тоской вспомнились милые личи, зомби, умертвия, восставшая нежить… С ними на погосте мне было бы гораздо спокойнее, чем с семейством Арнсгара во дворце. Я даже поежилась от этой мысли.

А потом некстати вспомнился наш молодой преподаватель темной материи, магистр Вейскрес, который без задней мысли решил познакомить свою девушку с родственниками. Но не уточнил, что с усопшими.

В общем, тонкая душевная организация так и не состоявшейся невесты преподавателя встречи с потенциальной родней не перенесла. Чуткая и ранимая эйра (она по слухам была арфисткой) от испуга снесла с петель дверь склепа, которую потом на место возвращала бригада плотников… И чего, спрашивается, невеста Вейскреса испугалась? Нормальные же покойники были! Не то что у меня: живая венценосная и уже реальная, а не потенциальная свекровь.

Мы расстались с вороном у подножия мраморной лестницы: мой магомобиль унес меня в сторону дворца, куда по приглашению вот-вот начнут прибывать кандидатки. А каратель же — выслеживать главу заговора. Благо, теперь Арнсгару было известно место, где находится логово ренегатов.

Водитель выкручивал руль, магомобиль неспешно скользил по мостовым Эйлы, а я чувствовала, как в этой повседневной суете столичных улиц начался неумолимый обратный отсчет.

Дворец встретил меня… Никак. Магомобиль остановился рядом с Замковой площадью, которая расположилась на покатом склоне Имперского холма. В дни праздников здесь можно было наблюдать парадные разводы караула. А в дни народного возмущения (впрочем, вялого) — пикеты.

Помнится, я даже участвовала в одном из таких. Ну кто в пятнадцать лет не совершал безумств? Хотя обычно оные у нормальных девушек были больше с романтическим уклоном. Но где Тайрин Росс — и где норма? Со мной же случилось участие в демонстрации против налога на фамильяров. Я даже плакатик несла с надписью «Вся власть — совятам!», и шапочка у меня была на голове с клювом и крылышками… Я тогда думала, что изображаю птицу счастья… Хотя, сдается мне, выглядела чудом в перьях.

С такими ностальгическими мыслями и поднялась по мраморным ступеням, оставив за спиной площадь и здание воздушного адмиралтейства. Стражи в зеленых мундирах, ознакомившись с моим пропускным документом, распахнули передо мной двери восточного крыла.

Надо сказать, что в императорском дворце находились не только семейные помещения и комнаты для прислуги. Из лекций по общей истории и культуре империи сохранились эпизодические знания, что здесь располагались ещё и дипломатическая приемная, бальные залы, комната карт (правда в оной играли не в преферанс, а скорее в военное дело и географические ребусы). Наверняка было и много чего еще… Вон ведь какая громадина: два крыла, несколько переходов, опять же сад с фонтанами, расположившийся от стен до отвесного спуска Имперского холма.

Вот только я, как и большинство адептов, занятия магистра Ирона, пытавшегося уложить в пустые головы студиозусов знания о культурном наследии, безбожно прогуливала. А всё потому, что начинались они в десять утра. Для некромантов, топчущих погосты по ночам, — несусветная рань. В общем, я их просыпала. Ну и вправду: зачем простому магу сведения о всяких чайных-обеденных-музыкальных комнатах? Докладом о малахитовой гостиной нежить обратно в могилу не уложишь. То ли дело ломик: простой или наколдованный — не суть. Определенно, он будет эффективнее.