Змея и Ворон - Екатерина Оленева

Когда из центра, сформированного Дэмианом силового поля, вылетел столб алого цвета, ударяя по Ворону, тот лишь приподнял бровь и чуть повёл запястьем и летевшее в него заклятие, уйдя в сторону, ударило в чёрную стену, рассыпаясь ворохом огненных искр. Вторую и третью атаку постигла та же участь. Ворон то отбивал заклятия, то сам уклонялся от них, избегая удара.

Как он практически и обещал Александре, сам не атаковал – лишь парировал удары противника, что от внимания Дэмиана, в свой черёд, не укрылось.

– Нападай! – рявкнул он.

Лоуэл покачал головой.

– Трус! – заорал Дэмиан.

Ворон в ответ только пожал плечами, поглощая сходу наколдованным магическим щитом заклинание противника.

Следующий яркий луч заклятия срикошетил обратно, сбивая Дэмиана с ног. Силой удара Майлза отбросило назад, но через секунду он вновь встал, шатаясь, явно в бешенстве – на острых скулах вспыхнул яркий румянец.

Поднявшись, он слепо бросился в атаку. Вспышки заклятий слетали с его ладоней, словно трассирующие пули, одна за другой, но поток света рассыпался золотыми искрами, отражённые защитным арканом.

В какой-то момент Ворон явно начал развлекаться, сохраняя спокойно-вежливое выражение лица: заставлял заклятия противника на лету менять направление, рассыпаться фейерверками, сгорать, словно угольки.

Некоторые контр-атаки были столь изящны, что аудитория рукоплескала, к ярости Майлза.

Вне себя от ярости, Дэмиан бросил в Ворона очередной слепящий луч заклинания, вот только на этот раз свет не рассеялся и не отступил, а мягкой спиралью обернулся вокруг своей цели. Как только спираль замкнулась, яркое свечение начало темнеть, меняя цвет с красного на чёрный.

На короткое мгновение насмешливо-бесстрастное лицо Ворона отразило нечто вроде замешательства, словно он не ожидал от своего противника… чего? Такого уровня владения магией? А ведь Александра предупреждала – не расслабляться!

Она с трудом удержалась оттого, чтобы в волнении не вскочить с места. К сожалению, она не может позволить себе столь непосредственного выражения эмоций. Всё, что можно было сделать, не боясь нарваться на насмешки папочкиных «подданных» и его едкое замечания, это сжимать руками поручни, когда напряжение или волнение становилось совсем уж невыносимым.

Вот как, сейчас, например.

Дэмиан сделал почти незаметное движение рукой, и свет, окруживший Ворона, взорвался. Искры блестящих чёрных игл разлетелись в стороны…

и…

прямо в воздухе превратились в снежный вихрь, лавиной обрушившийся на обоих противников.

– Неожиданно! – хмыкнул Эссус. – Я бы даже сказала, красиво.

Дуэлянты теперь стояли по колено в снегу. Лица обоих покрылись капельками от растаявших снежинок.

– Шут! Ты просто шут, готовый из всего сделать фарс! – тяжело дыша прорычал Дэмиан.

– К вашим услугам, – отвесил изящный поклон Ворон, привычно усмехаясь, не разжимая губ.

– Ты получишь Александру только через мой труп!

– Я бы, если честно, с радостью, да вот только, боюсь, что как раз через него мне ничего не светит.

– Ты трус! Если она действительно тебе нужна, попробуй меня победить!

– Рано или поздно ты устанешь и выдохнешься. Я не дам тебе возможности умереть красиво, – продолжал насмехаться Ворон.

– Тогда умрёшь сам!

На этот раз в руке Дэмиана сверкнул меч.

Ворон в ответ язвительно расхохотался и материализовал магический посох – своё любимое оружие, но воспользоваться им не успел. Сияющий белыми всполохами клинок Дэмиана вонзился в живот Лоуэлу, насквозь прошивая его тело, заставляя Ворона, резко отшатнувшись, сползти с клинка и, резко вскинув посох, обычным ударом вырубить противника, оглушив его.

Дэмиан без сознания рухнул у ног Ворона и, перешагнув через него, Ворон прохрипел, зажимая рану ладонью:

– Победа моя, Чёрный Змей. И ваша дочь – тоже.

Он закашлялся, на бледных губах выступила кровь, тёмной струйкой закапала вниз.

– Всё честно, – кивнул Эссус. – Что тут можно возразить? Я иного и не ожидал. Что ж? Давай, награды, – обернулся он к дочери, – беги к своему герою.

Александра не помнила, как преодолела расстояние от своего места до Лоуэла.

– Ворон!…

Он поморщился, то ли от того, что она снова назвала его нелюбимым прозвищем, то ли от боли.

– Ты… ранен….

– Я заметил. Но если ты собралась пасть наземь возле моего трупа и поработать плакальщицей, тебя ждёт разочарование – я это переживу.

Александра, стараясь не дать упасть, обвила его талию, прижимая к себе и принимая на себя вес его тела:

– Не говори ерунды.

Ворон закинув ей руку на плечо, тихо засмеялся:

– Ты довольна мной, Змеиная принцесса? Я был хорош?

– Ты был великолепен!

– Меня ждёт заслуженная награда?

– Тебе нужна перевязка и постельный режим, – покачала головой Александра.

– Ты обещала мне другое.

– Сам виноват. Не нужно было позволять себя ранить.

– Тогда не было бы нужного драматического эффекта, всё было бы слишком просто – как ты любишь. Но ты не смотрела бы на меня так, как сейчас.

– Давай лучше вернёмся в твою комнату.

– Согласен. Праздновать нашу помолвку гости могут дальше и без нас. Тем более, что я знаю более интересный способ её отметить. Просто скажи мне, что ты не против…

– Я не против.

Ворон крепче прижал Александру к себе, и они телепортировались, как ни странно, не в его комнату, а на крышу дома.

Ворон подошёл к самому краю и, опершись на парапет, заглянул вниз. Опасаясь, как бы он не сорвался, Александра последовала за ним.

Повернув голову, он с улыбкой протянул к ней руку:

– У тебя побелка в волосах – ты знаешь? Похоже на седину.

– С тобой поседеешь, – ворчливо протянула она. – Нужно вниз. Тебя необходимо перевязать.

– На таких, как я, всё заживает быстрее, чем на собаке.

Его улыбка кажется Александре вымученной:

– Почему ты перенёс нас сюда? Почему не в свою или мою комнату?

– Я – Ворон, забыла? Птица, которая любит высоту. В подземельях царят змеи, а мы, Вороны, любим высоту.

– Я змея.

– Ты дракон. Небо тебе нравится. Я знаю.

– Лоуэл?…

– Гляжу, ты делаешь успехи, крошка. Выучила моё имя?

– Я не шучу! Ты ранен и тебе нужна помощь.

– Так помоги мне, – насмешливо тянет он, протягивая к ней руку. – Иди ко мне. Я хочу тебя.