(Не) Пара для генерала драконов - Валентина Ладная

Вот тебе и козырь… в лице щуплого парнишки.

Это никак не укладывалось в голове. Единственное, что знал наверняка… белому дракону нельзя навредить.

Нельзя!

А краем взгляда видя, как один из солдат заряжает магическое ружье, зло рявкнул, поражаясь силе ужаса, в котором находился, как только представил, что белый погибнет.

— Не стрелять. Все на выход.

Перескочил через огромную дыру в стене, не обращая внимания на остальных, быстро обернулся, разрывая на себе одежду, и устремился в воздух. Еще несколько черных драконов взмыли в небо.

Мысленно отдал приказ поймать и не навредить. Но не успел даже нагнать. По небу прошлась рябь, разрывая пространство.

Портал.

— Не дать уйти. Метаморф, сука, — рычал, но сделать, увы, ничего не мог, наблюдая, как белый дракон исчезает, оставляя вокруг себя пустоту. Которая вдруг расширилась, тяжелым камнем ложась мне на сердце. Я чуть не завыл… от чувства обреченности и тоски.

Это не мои эмоции — дракона.

— Уймись!

Быстро приземлился, принимая плащ от одного из командиров, что не смотрел мне в глаза, отводя взгляд в сторону.

— Собрать штаб, срочно, — бросил, не желая сейчас вступать в бессмысленные дискуссии.

И размашистым шагом пошел в зал, где меня ждал император, вальяжно растянувшись на удобном, сука, кресле.

Не церемонясь, подошел и чуть не в лицо прорычал:

— Что тут, млять, происходит, Максимилиан? Ты же все знаешь. Кто такой белый дракон? И почему помогает диким?

Максимилиан побледнел, но быстро взял себя в руки. Отбросил мою руку, что удерживала его плечо.

Я подчинился. И так понимал, что переступил все видимые и невидимые границы.

Император потер плечо, на которое я излишне сильно надавил, и, слегка морщась, заявил:

— Не понимаю, о чем ты…

От его слов меня понесло. Я схватил стул и с силой швырнул его об стену, с наслаждением отмечая, как он разлетелся на мелкие щепки и как искренне испугался император, втягивая голову в плечи.

— Я устал, понимаешь… устал. Как только я чуть ближе подхожу к разгадке, так новое событие, снова вгоняющее меня в тупик. Я подам в отставку.

Максимилиан протестующе привстал.

— Не пори чушь.

Я отмахнулся.

— Нет, ты не понимаешь… разбирайся сам со своим государством.

— Ты не оставишь своих людей.

Я зло оскалился.

— К херам всех…

Дверь с грохотом отворилась, заставляя меня взять себя в руки и замолчать. Зал стал наполняться драконами.

— Рассаживайтесь, — император взял на себя командование, что и требовал протокол. Сердце бухало в груди, я хмуро молчал, давясь от переизбытка эмоций.

А когда повернулся, чтобы начать военное собрание, то снова замер, услышав громкий рев сигнальной трубы, оповещающий об опасности, что могло означать лишь одно — на нас надвигается противник со стороны диких земель. А это означало конец мирному времени, пришло время для кровопролитной войны.

Глава 63

Уже неделю я ежечасно поднимался на высокую смотровую башню, если не находился за ее пределами в жесткой схватке с дикими, что заполонили приграничные земли, не давая ни минуты продыха.

В километре от нас единым организмом, состоящим из разных существ, насмерть стояли наши враги. Такого ожесточенного, нет, не сопротивления, а отчаяния я еще ни разу не видел. От их численности чернел горизонт. Я постоянно размышлял, гадал и не находил ответа, где все это время они могли так прятаться, что ни один, сука, разведчик ни разу их не заметил.

И я в том числе.

Погода не на шутку разыгралась, вторя настроению непримиримых противников. Сильные, бьющие в лицо порывы ветра леденили кожу и отрезвляли разум.

Я устало сплюнул, слушая неприятный хруст пальцев, нервно сжимающихся от взвинченного и удрученного ходом событий состояния.

Из дома не было вестей.

Никаких.

Хотя я и посылал сначала письма, потом даже своего человека, который до сих пор не вернулся.

Снова перевел взгляд, рассматривая противника, чувствуя, как неприятно пульсирует вена у виска.

Дикие не самые виртуозные воины.

Мои парни в несколько раз превосходили их и умениями, и силой. Но это не мешало диким раз за разом нападать, причем совсем небольшими группами, словно проверяя нас на вшивость и… я перевел взгляд в сторону, на костры, что беспощадно дымили, раздражая глаза… Погребальные костры, больше сорока штук, и всего лишь за семь дней.

Пропитанный горелой плотью и болью от потери своих людей, я не знал, что предпринять. Противник тоже нес потери, но при таком количестве бойцов это такие крохи, что я бы на месте их командования не обращал на это никакого внимания, оставаясь максимально уверенным в успешном исходе операции.

Меня поражала их нелогичность.

Да если бы они пошли на нас одним скопом — смели к херам не только пограничную крепость… они бы с легкостью захватили наши земли, переступая через холодные трупы черных.

Да, я адекватно оценивал всю ситуацию в целом.

Император отдал приказ собрать всех, кто в силах держать оружие. Но, увы, приходил один сброд. Мои командиры, верные товарищи, с которыми я прошел огонь и воду, сбились с ног, обучая новобранцев азам. Проходя по рядам горе-бойцов, прекрасно понимал, что их выпускать на поле боя нельзя.

Они просто мясо, не продержатся и секунды.

Вот к чему привело долгое сидение на своих упитанных задницах, пока мы успешно защищали границы.

Их тяжелые, неповоротливые драконы ужасно мешали

в небе.

И мы совместно с командирами приняли решение, что такие кадры выпустим в лучшем случае пешими и то в самый критичный и безвыходный момент.

Нас всего тысяча, и это с учетом дворцовой охраны.

Все.

Знай об этом неприятель, не думая пошел бы в наступление.

Но они медлили, изучали, выпуская на нас разных представителей нашего мира.

Заорали сигнальные трубы, вырывая меня из размышлений.

Новый прорыв, не дают твари даже немного поспать.

Я стремительно снял плащ, разминая затекшую шею, и нырнул в плотный воздух, возрождаясь драконом.

Громкий рык, и ко мне присоединились мои ребята.

Делая широкий круг, приземлились, как всегда, на небольшой пропитанной кровью площадке рядом с крепостью.

Под лапами затряслась земля. Из-за дыма, низко стелившегося по земле, противника еще не видно, но мощь, с которой он приближался, заставила нас преждевременно встать в боевую стойку и быть начеку.

Страха нет, только огненный бурлящий адреналин, бегущий по венам.

Твою мать.

Громко рычу, призывая приготовиться.

Мантикоры… огромные твари с разумом младенца и инстинктом безжалостного