Колдовство для олигарха - Марина Тройнич

Девчонка вдруг рассмеялась:

— Интересно, отец Илии женат? А то, Флорушка, тебе грозит опасность. Ведь в тебя цари влюбляются.

Я поддержал шутку:

— Не вам, княгиня, завидовать — тоже на себе князя женили. Да если бы просто князя…

Договорить не успел, сразу почувствовал, что настроение у Любки упало. Вновь подумал: «Почему?»

В это время полог шатра приподнялся, и внутрь скользнула Илия:

— Не бойтесь, плохого вам не сделают. Сегодня устроят праздник в честь моего возвращения, принесут жертвы нашим богам. Вас позовут.

Любка подошла к Илии и обняла ее:

— Наверное, ты рада, что нашла родных.

Однако в глазах Илии появилась грусть.

— Нет. Я не хочу замуж за Гледа. Он мой жених с детства, но я люблю Савву.

Я хотел спросить, а где же Свег и воины, но тут полог шатра поднялся вновь. Явился вождь в сопровождении рослого парня. Илия подошла к отцу и потерлась щекой о его плечо. На его спутника взглянула холодно и настороженно. Я не сомневался, что это и есть жених. Фигура у парня была как у атлета, но грубо размалеванное лицо не добавляло привлекательности. Взглянуть бы, когда краска смыта. Но при любом раскладе до Саввы ему — как до небес.

Оба вошедших приложили руку к сердцу, приветствуя нас. Потом вождь поблагодарил за то, что были добры с его дочерью, и пригласил на пир. Также добавил, что сегодня, если богам будет угодно, состоится свадьба брата Илии. Вскоре мужчины вышли, захватив с собой бывшую служанку.

Про пир я понял отлично, а вот про свадьбу — не совсем. При чем тут боги? Решил не заморачиваться — увижу своими глазами. Хорошо уже то, что обращаются вежливо. Даже наши вещи вернули. Тут я совершил большую ошибку. Мои спутницы, смеясь, стали примерять наряды, готовясь к празднику. Несмотря на мое женское перевоплощение, от вида обнаженной Любки меня бросило в пот. Хорошо, что Настасья Вахромеевна свято верила, что девчонка мне сестра, и мое состояние отнесла на свой счет.

Время близилось к вечеру, когда за нами пришли. На территории, отведенной для праздника, горели костры. На них жарили мясо. Тут же разрывали его руками и съедали. Местную водку черпали большим ковшом из сосуда, похожего на тыкву, и пили по очереди. Я заметил, что женщин и девушек куда меньше, чем мужчин. Нас провели туда, где расположились несколько молодых девчонок. Усадили рядом с Илией. Дочь вождя была чем-то недовольна. Может, расстроилась из-за своего жениха? Но он сидел у другого костра, с воинами.

Любка наклонилась к Илии и что-то спросила. Та ответила:

— Ты не должна находиться среди невест. Ты замужем. Я говорила об этом отцу.

Ну и какая разница? Вряд ли Любка чувствовала бы себя лучше в окружении арапок. Огляделся по сторонам, у одного из костров увидел и боярина Свега.

После застолья воины вскочили на ноги и пустились в какую-то пляску, подбрасывая вверх копья и издавая дикие крики. Потом образовали круг вокруг нас. Молодой воин оставил своих товарищей и приблизился к одной из девчонок. Парень не дошел до нее около метра, когда она резво вскочила и, сорвавшись с места, помчалась в степь. Парень последовал за ней. Вскоре высокий ковыль скрыл их от наших взоров.

Теперь все присутствующие с жадным любопытством вглядывались в окружающий полумрак. Что это было? Невеста решила сбежать от нежеланного супруга?

Илия пояснила:

— Таков обычай. Если жених не поймает невесту, свадьбы не будет. В следующий раз за ней побежит другой. Может, ему повезет больше.

В это время на поляну вылетела девушка. Неудачливый жених намного отстал от нее. Я хмыкнул:

— Не догоню — так хоть согреюсь.

Любка странно покосилась на меня, и я проглотил язык. Избитые выражения нашего мира она наверняка знает.

Прибежавшая девчонка уселась на свое место с торжествующей улыбкой.

Вскоре присутствующие стали расходиться. Нас отвели в предоставленное жилище, но, перед тем как опустился полог шатра, я заметил, что вождя и стоящего с ним рядом Свега обступили воины. Они что-то горячо говорили, показывая на нас.

Любка тоже это увидела. Проворчала:

— Кажется, мы привлекли излишнее внимание местного населения.

Настасья вздохнула:

— Ну и обычаи! Хотя, если невеста бегает хорошо, ее счастье.

Я пошутил:

— Окажись я на ее месте, убежала бы. А Настасьюшка поколотила бы. В самом плохом положении наша княгиня — драться не умеет, бегает вряд ли лучше дикарей. Сразу бы была обеспечена мужем.

Любка взорвалась:

— Шиш им, а не муж! Я-то бы нашла способ скрыться.

Бесенок зашептал мне в ухо:

— Она правду говорит, хозяин. Думай о себе. А ведьма может выбраться хоть сейчас.

Продолжить разговор не успели — в шатер стремительно влетел Свег. Выражение лица боярина было расстроенным. Он зло гаркнул:

— Чего нарядились? Решили мужикам понравиться? Так добились своего. — И внезапно остыл. — Плохи дела. Не хотят вас отпускать. Говорят, у них женщин мало, воинам жены нужны.

Мы застыли в изумлении:

— Свег, ты не шутишь?

— До шуток ли тут? Разве не слышали, какой гвалт подняли?

Я присвистнул:

— Вот и делай добро. Мы им Илию вернули, а они нас решили пленить.

Свег устало вздохнул:

— Если бы добровольно вернули. А так они сами нас захватили и в своем праве. Вождь вроде и рад бы уступить просьбам дочери, но против воинов не пойдет. Своя рубаха ближе к телу.

Мы уставились на Свега:

— И что делать будем?

— Думать. На каждую из вас по нескольку претендентов. Меньше всего охотников взять в жены княгиню. Привлекли их внимание светловолосые — Флора и Настасья Вахромеевна.

Любка буркнула под нос:

— И когда планируется это радостное событие? Мы что, тоже бегать будем? Хоть бы время на тренировку дали.

— Нет, все понимают, что вас догонит первый же воин, а вы должны достаться самым достойнейшим. Вождь решил, что завтра мужчины будут охотиться. У кого добыча окажется лучше, тот и сможет на вас претендовать.

Я про себя выругался: ноги поотрываю претенденту. Но как же трудно, оказывается, быть бабой!

Настасьюшка так и стояла, открыв рот. У Любки лицо окаменело. Похоже, она всерьез о чем-то задумалась. Я решил ночью не спускать с нее глаз: вытворит чего, с нее станется. Свег с тревогой посмотрел на нас:

— Ладно, утро вечера мудренее. Ложитесь спать, невесты.

Я вздохнул. Только сейчас дошло, почему Илия возмутилась, что Любку посадили с невестами. Хотела спасти ее от замужества.