Ричард Длинные Руки - оверлорд - Гай Юлий Орловский

– Уважают, значит, – утешил я. Он отмахнулся:

– Такого?

– А что? – сказал я бодро. – Хорошего человека чем больше…

– Я же воин, – сказал он горько.

– Ты мечтал зажить в покое, – напомнил я. Окружающие довольно загудели, сами медленно, но верно становятся альдерами, уже у всех животики, морды, щеки. Альдер сказал жалобно:

– Сам в седло не могу, какой позор!.. Спасайте, сэр Ричард! Либо от замка освободите, либо снова в какую-нить авантюру…

– Будут авантюры, – пообещал я.

Двери за нашими спинами распахнулась, обдав нас холодным ветром со взвесью снега. Я услышал, как в мою сторону бегут мужчины в железе. Оглянулся, Ревель уже опустился передо мной на колено. Рожа довольная, рот до ушей, поджарый и собранный, весь из мускулов, ни капли жира. Квадратная челюсть все такая же мощная и с острыми углами. Раньше они с Альдером мне казались из-за похожести братьями.

Я поднял его и спросил с интересом:

– А как тебе удалось не разъесться? Впервые вижу худого управителя!

Ревель ответить не успел, Альдер сказал гневно:

– Сволочь он, а не управитель! Как только вы уехали, сэр Ричард, он тут же отказался управительствовать. Мол, ничего не смыслит в хозяйстве, лучше наладит охрану замка. Так и остался. Сперва наладил, теперь поддерживает. И рекрутов обучает. Гад, все понимал, обо всем догадывался, а меня не предупредил! И это – старый друг?

Обнимая обоих за плечи, я повел их в зал. Телекс послушно идет рядом, для него эти люди ничуть не лучше, не зря же я доставил его сюда, здесь будет его темница, а эти люди – тюремщики.

С нас сняли верхнюю одежду, а когда распахнули двери в зал, навстречу пахнул воздух вовсе жаркий, пропитанный ароматами вина, жареного мяса и острых специй. За длинным столом пусто, но блюда с остатками еды в беспорядке, в кубках уцелело вино, что вообще немыслимо, ни один мужчина такого непотребства не допустит.

Альдер почтительно теснил меня к главному креслу, больше похожему на трон, но я покачал головой и, придерживая Телекса, сел с ним на соседние места. Наверху послышалась частая дробь каблучков, мелькнула женская фигура в длинном платье зеленого цвета. Все невольно задрали головы, только я шепотом объяснял Телексу, что здесь очень хорошие люди и к нему вражды не питают.

Все мы услышали звонкий голос:

– Дорогой, у нас гости?

– Точно, дорогая, – ответил Альдер с готовностью. -Ты даже не представляешь…

– По такому снегу?

– Точно, – повторил Альдер с удовольствием.

Дробь докатилась до лестницы и там, заглушённая ковром, оборвалась. Послышался испуганный вскрик. Я поднял голову, роскошная испанистая женщина ухватилась за перила, чтобы не упасть, смотрит с удивлением и страхом, словно увидела выходца из могилы. Альдер приветливо махнул ей рукой.

– Присоединись к нам, дорогая!.. Если, конечно, сэр Ричард не против.

– Не против, – ответил я, поднимаясь. – Еще как не против. Счастлив видеть вас, Женевьева Лира Ред.

Альдер сказал с удовольствием:

– Точно! Ее так зовут полностью. Никак не запомню… Женевьева, уже справившись с волнением, спускалась по ступенькам замедленно, явно приводя в порядок мысли, выражение лица и старательно выпрямляя спину до привычной безукоризненности. Как и Альдер, она прибавила в весе, хотя не так сильно, но весьма и весьма заметно, лицо повзрослело, хотя сколько там прошло…

Я обогнул стол и подал руку, сводя с последней ступеньки. Взгляд черных глаз все так же диковат и недоверчив, плюс к тому, что расстались не совсем дружелюбно. Альдер следит с добродушным видом сытого дога, сам не мастак по части политеса, а Женевьева, судя по всему, и не старается привить бывшему солдату дворянский лоск.

Придвинув ей кресло, я сел рядом с Телексом. Он держится, как и подобает сыну великого Карла, с надменным достоинством, но, понимая, что сила солому ломит, помалкивает и строптивости не выказывает, только глазки зыркают исподлобья то на Альдера, то на Женевьеву с угрюмой настороженностью.

Альдер тоже переводил то и дело взгляд на мальчишку, но молчал, а я сказал с недоумением:

– Альдер, разве я не велел тебе отвезти леди Женевьеву ее родителям?

Он усмехнулся, покачал головой.

– Сэр Ричард, со всей почтительностью должен заметить, что вы всего лишь велели брату Кадфаэлю связать нас с леди Женевьевой брачными узами. Нерасторжимыми, как вы сказали! Брату Кадфаэлю это… удалось. И еще вы сказали, что к герцогу Нурменгу, куда вы везли мою будущую жену, поручаете отвезти мне…

– И что? – полюбопытствовал я. Он ухмыльнулся.

– Все еще везу. Я вообще-то человек неторопливый. Все делаю обстоятельно. Да и зима, к тому же. А потом к концу весны ребенка ждем, тоже не до поездок будет… Вообще куда торопиться? Леди Женевьеве тут пришлось по душе. Работы очень много, а она любит… действовать. Дома сидела почти взаперти, а здесь я не заставляю ее вязать и вышивать цветочки, ха-ха! Мы все еще разбираемся с замком и землями, что вы так любезно нам пожаловали в ленное владение. Я отправил герцогу Нурменгу сообщение, что его дочь вышла за меня замуж… Он обещал прибыть в гости.

– И все еще едет? – удивился я. Альдер удивился тоже:

– Сэр Ричард, но времени сколько прошло? Это ж было почти вчера!

– Ну да, – пробормотал я, – ну да, ага… Ладно, я счастлив, что у вас все так благополучно. Вообще-то я ожидал чего-то подобного, так как прибыл именно к вам. Теперь, Альдер, тебе предстоит, как моему верному вассалу, исполнить первое поручение.

Он гордо выпрямился, глаза блеснули боевым задором, ладонь со стуком упала на рукоять меча.

– Буду рад доказать верность и преданность! Я указал взглядом на Телекса:

– Мне нужно, чтобы ты подержал этого мальчишку некоторое время. И желательно в тайне.

Его лицо посерьезнело, он кивнул Ревелю. Тот мигом вскочил и, ухватив Телекса за плечи, выдернул из-за стола и увел. Когда за ними захлопнулась дверь, Альдер сказал серьезно:

– Как я понимаю, чем меньше о нем будут знать, тем лучше?

– Да.

Он внимательно посмотрел на меня:

– А мне знать можно?

Я посмотрел на Женевьеву, она тут же приподнялась, на ее лице расцвела ослепительная улыбка:

– У меня куча дел. Вы не будете в обиде, если я оставлю вас?

Я ответил после минутного колебания:

– Женевьева, я уже понял, что вы здесь совсем не в роли послушной и покорной жены… как обещали.

Она покачала головой.

– Я обещала быть верной и послушной. Это совсем не то, что покорная.

Я указал на ее кресло, оглянулся, нет ли кого больше в зале: